принцесса
На его светлом лбу выступили мелкие капли пота. Он резко дернул Марата за рукав куртки и выдохнул:
ан: Валим...
м:Стойте, — коротко,как отрезал,бросил Марат.
Его голос прозвучал неожиданно глухо и спокойно, хотя в зелёных глазах на секунду отразилось опасное, лихорадочное пламя. Он не сдвинулся ни на миллиметр.
Старший из разъездовских — высокий, плотный парень в засаленной кожаной куртке и надвинутой на лоб шерстяной шапке — медленно подошёл поближе. Его шаги были ленивыми, уверенными, хозяйскими. Остальные четверо парней остались стоять у крыльца магазина «Копеечка», лениво переминаясь с ноги на ногу и контролируя взглядами всю улицу. Малолетка с разбитым носом прятался за их спинами, злобно шмыгая носом и указывая на нас пальцем.Старший остановился в двух шагах от Марата. Из его рта клубами валил густой белый пар. Он окинул нашу компанию презрительным, тяжёлым взглядом и процедил сквозь зубы:
—Вы нахуя малого...
Договорить он не успел. Марат, не дожидаясь окончания вопроса, резко подался вперёд. Его кулак, натренированный в уличных драках, с глухим, сочным звуком врезался разъездовскому прямо в переносицу. Раздался отчётливый хруст ломающегося хряща. Парень отшатнулся, хватаясь руками за лицо, из-под его пальцев моментально брызнула тёмная кровь, пачкая снег под ногами.
м: Вот теперь — валим! — заорал Марат.
Он мертвой хваткой вцепился в мою ладонь, и мы сорвались с места. Пёсик, за которого только что шла война, всё так же испуганно прижимался к моей груди. Его крошечное сердечко колотилось о мои рёбра, как сумасшедшее.Мы бежали по заснеженному пустырю, проваливаясь в глубокие сугробы. Холодный воздух обжигал лёгкие, во рту появился противный привкус железа от быстрого бега.
м: Да брось ты своего пса! — на бегу заорал Марат, оборачиваясь и видя, как тяжело мне бежать с ношей. — Из-за этой шавки нас сейчас догонят и закопают!
а: Нет! — крикнула я в ответ, упрямо прижимая щенка ещё крепче. Его мягкая шерсть колола пальцы. — Я его уже люблю! Не брошу!
ан:Бежим к вам, там ближе! — крикнул Андрей, который бежал чуть позади, тяжело дыша и оглядываясь.
м:Домой нельзя! — рявкнул Марат, перепрыгивая через поваленный забор. — Они адрес вычислят, потом караулить у подъезда будут. На базу идём!
а: На какую, блять, базу?! — задыхаясь, спросила я. Моя разбитая губа снова закровоточила, и я слизывала соленый привкус.
м:Меньше вопросов, больше движений! — скомандовал брат.Сзади, разрывая морозную тишину дворов, донеслись яростные крики погони:
— Стойте, ссыкуны малолетние!!
— Мы же всё равно догоним, хуже будет!
Злость внутри меня вспыхнула сильнее страха. На секунду замедлив шаг, я резко развернулась на бегу и со злобной ухмылкой показала преследователям средние пальцы на обеих руках, скрестив их в форме жирного фака.
м: Аля, блять! — заорал Марат, хватая меня за куртку и силой увлекая за собой. — Ты вообще без мозгов?! Беги давай!
Примерно через пять минут безумного бега по казанским закоулкам мы оказались у нашего двора. Моё сердце готово было выпрыгнуть из груди, ноги налились свинцом, а куртка промокла от пота под колючим ветром. Мы пролетели мимо нашего подъезда.
а: Куда?! — выдохнула я, чувствуя, что силы на исходе.
м: К пацанам, — коротко бросил Марат, сворачивая за угол дома, где располагалась хоккейная коробка.Мы выбежали к катку. Там царила своя, особая жизнь. Около ворот стояли те самые двое парней, которые приходили к нам утром — кудрявый, вечно недовольный Турбо и лысый, спокойный Зима. На самом катке происходило суровое зрелище: полтора десятка мальчишек помоложе — «скорлупа» — синхронно отжимались на холодном, колючем снегу под присмотром старших.Я буквально перевалилась через деревянный бортик катка. Сил стоять больше не было. Я аккуратно опустила щенка на лёд, где он тут же неуклюже заскользил лапами, а сама без сил рухнула на снег прямо у бортика, раскинув руки в стороны и жадно хватая ртом холодный воздух.Зима медленно подошёл ближе, с любопытством разглядывая нашу взмыленную компанию.
з: Че случилось, молодежь? — спросил он, прищурив глаза.
т: От кого бежим? И что за собака? — Турбо сделал шаг вперед, хмуро глядя на щенка, который уже пытался грызть шнурок его ботинка.
м: Долгая история... — выдохнул Миша, упираясь руками в колени и пытаясь восстановить дыхание.Зима перевёл взгляд на меня, и его лицо мгновенно посерьёзнело. Он присел на корточки рядом.
з: Че с лицом? — тихо спросил он, вглядываясь в мою разбитую губу, на которой запекалась кровь.Андрей, который держался бодрее всех, быстро пояснил:
ан:Бежали от разъездовских. Алю ударил их скорлупа, ну и вот что из этого вышло... Это если вкратце.Не успел он договорить, как из-за угла соседнего панельного дома показалась разъездовская компания. Они шли быстро, тяжело дыша, их кулаки были сжаты. Но увидев количество пацанов на катке, они заметно сбавили шаг и остановились у бортика.
Турбо мгновенно оценил ситуацию. На его лице появилась хищная, опасная ухмылка. Он обернулся к отжимающимся на снегу ребятам и громко крикнул:
т: Ща разберемся, пацаны! Отдыхаем!
Мальчишки тут же поднялись со снега, отряхивая ладони, и плотным кольцом обступили каток. Разъездовские подошли ещё ближе. Их старший, у которого из носа всё ещё капала кровь после удара Марата, хмуро оглядел присутствующих.
— Ваша скорлупа? — спросил он, указывая подбородком на Марата и Мишу.
Турбо и Зима спокойно перешагнули через бортик. Они подошли к разъездовским и поочередно пожали им руки — уличный этикет соблюдался свято, даже на грани драки.
з: Ну, наша, — спокойно ответил Зима, но его взгляд, брошенный на нас с Маратом, был крайне неодобрительным.
— Чтобы больше на нашем районе я их не видел, — жестко произнес разъездовский старший. — Мелкий наш из-за них весь в кровище.
Зима промолчал, лишь сильнее нахмурился. Но тут в разговор вмешался Турбо. Он сделал шаг вперед, заслоняя нас собой.
т: А то что ваш пацан ударил сестренку нашего пацана, не смущает? — вкрадчиво, с опасной угрозой в голосе спросил он. — Я так-то за нее спросить могу с тебя. По полной программе.
Старший из Разъезда усмехнулся, окинув Турбо презрительным взглядом.
— А ты ей кто вообще, чтоб впрягаться за неё? Пусть вон, браток её впрягается, раз такой смелый.
т: Чё ты, со скорлупой тягаться будешь? — Турбо опасно сузил глаза, его голос стал похож на шипение гадюки. — А брат их старший с Афгана вернется и пояснит тебе обо всем. Вову Адидаса знаешь? Вот он вернётся — и спросишь с него, если захочешь. А пока его нет, я за них отвечаю.
Аля стояла просто в шоке, не понимая того, где и с кем она сейчас стоит. а самое главное, как в этом замешаны ее братья.
— Да она сама не захотела собаку отдавать! — пискнул из-за спин старших разъездовский малолетка.
— Скорлупа молчит! — резко оборвал его свой же старший, несильно хлопнув по затылку.
а: Да пошёл ты! — крикнула я из-за бортика, приподнимаясь на локтях.
з: Тебя тоже касается, — грубо бросил мне Зима, даже не оборачиваясь. — Помолчи лучше.
Старший разъездовский оценил соотношение сил на катке, перевёл взгляд на окровавленное лицо своего мелкого, а потом на мою разбитую губу. Он тяжело вздохнул и сплюнул на снег.
— Ладно. Есть косяк с нашей стороны, — признал он. — Давайте так: забудем этот конфликт. Ваша девка тоже не промах.
С этими словами он грубо взял своего малолетку за лицо, поворачивая его к Турбо и демонстрируя разбитый нос, опухшую губу и наливащуюся синевой бровь. Турбо с искренним удивлением и долей уважения глянул на меня через плечо. На его губах промелькнула быстрая ухмылка.
т: Договор, пацаны, — ответил Турбо, протягивая руку.
Они вновь пожали руки. Разъездовские развернулись и медленно пошли прочь, скрываясь в серых сумерках дворов.
Едва чужие пацаны скрылись из виду, Турбо резко повернулся к нам. Его лицо снова стало злым и напряжённым.
т: Вы че, молодежь, натворили?! — рявкнул он, подходя к Марату и Мише. — Совсем берега попутали? Или вам в фанеру прописать для профилактики, чтоб мозги на место встали? Или нет... Я Вове все расскажу, когда он приедет. Он вам таких пиздюлей даст, мало не покажется!
а: Стукачи долго не живут, — дерзко бросила я, поднимаясь со снега и отряхивая штаны.
Турбо буквально задохнулся от такой наглости. Он резко шагнул ко мне, его лицо покраснело от злости.
т: А что мне делать, а?! — заорал он, брызжа слюной. — Ждать, пока вас где-нибудь в подворотне забьют как собак бешеных, а с меня потом Вова спросит ?! Ты думаешь, мне в кайф за вас перед Разъездом отдуваться?!
з: Не ори ты так, я оглох, — поморщился Зима, аккуратно отодвигая Турбо плечом.
Турбо шумно выдохнул, пытаясь успокоиться. Он обернулся к притихшим пацанам.
т: Так... Адидас , Пальто, Ералаш — на каток бегать! Десять кругов! Быстро! А ты, — он ткнул пальцем в мою сторону, — в качалку иди. Сиди там и не высовывайся.
а: Ага, больше тебе ничего не надо? — я скрестила руки на груди, упрямо глядя ему в глаза. — Может, мне ещё станцевать перед тобой?
т: Блять... — Турбо в сердцах хлопнул себя ладонями по бёдрам и закатил глаза. — Как с тобой сложно... Да иди ты куда хочешь! На все четыре стороны!
а: Я и собиралась, — буркнула я.
Я нагнулась, бережно взяла притихшего щенка на руки и уже повернулась, чтобы уйти домой, как дорогу мне преградил Зима. Его взгляд был мягким, но настойчивым.
з:Аль, пошли, я тебе губу обработаю, — тихо сказал он.— Сильно разбита, инфекцию занесёшь в этой грязи.
а: Не нужно, само заживет, — я попыталась обойти его, но он мягко перекрыл мне дорогу.
з: Пошли, говорю. Как раз качалку нашу покажу. Посидишь в тепле, согреешься.
Я посмотрела на него, потом на уныло бегающего по кругу Марата, потом на щенка, который дрожал от холода у меня на руках. Холод действительно начинал пробираться под куртку.
з:Только недолго, — неохотно согласилась я.
Вахид улыбнулся — едва заметно, одними уголками губ — и кивнул головой в сторону железной двери подвала.Он повёл меня внутрь. Спустившись по бетонным ступеням, мы оказались в просторном полуподвальном помещении. Там пахло металлом, старой кожей, потом и дешёвым одеколоном. По центру стоял самодельный боксёрский ринг, огороженный толстыми канатами. В углу высились груды ржавых блинов от штанг, стояли самодельные тренажёры из сварных труб, а на стенах висели плакаты с Арнольдом Шварценеггером и Брюсом Ли.
а: И вы тут... тусуетесь? — спросила я, с любопытством оглядываясь вокруг.
з: Типа того, — отозвался Вахид, проходя в небольшую каморку за рингом. Он начал копаться в старом деревянном шкафчике, гремя какими-то баночками.
з: О, вот она! — донёсся его торжествующий голос.
Зима вышел из каморки, держа в руках пластиковую аптечку с красным крестом. Он подошёл ко мне.
з: Ты на диван присядь.
Я обернулась и послушно опустилась на старый, продавленный кожаный диван в углу. пса я посадила рядом — он тут же свернулся клубочком, смешно сопя.Вахид сел на корточки передо мной. Он открыл аптечку, достал темный флакончик с перекисью водорода и обильно налил её на кусок белой ваты.
з: Будет щипать. Терпи, — предупредил он.
Когда он аккуратно прислонил холодную, шипящую ватку к моей разбитой губе, я на автопилоте зашипела от резкой боли, зажмурив глаза и вцепившись пальцами в обивку дивана. Перекись запенилась, стекая по подбородку. Вахид аккуратно стёр её сухим бинтом. Его движения были удивительно бережными для уличного бойца.
а: А зовут-то тебя как? — спросила я сквозь стиснутые от боли зубы, стараясь отвлечься.
з: Вахид, — тихо ответил он, выбрасывая грязную вату в урну. — Для пацанов — Зима. Но ты можешь просто Вахид.
Я посмотрела на него. В тусклом свете подвальной лампы его лицо казалось очень спокойным и каким-то надёжным. На секунду мне показалось, что вся эта уличная грязь и жестокость Казани остались где-то далеко, за пределами этой маленькой, пропахшей железом комнаты.
Домой я вернулась уже в сумерках. В квартире стояла тишина — Марат, видимо, всё ещё бегал круги на катке под присмотром Турбо. Я зашла в ванную, держа на руках песика. он был грязным, от него пахло мокрой шерстью и улицей. Я включила тёплую воду в ванной, настроила душ и опустила щенка в воду.
Тут же начался хаос. Бублик испугался шума воды, начал отчаянно барахтаться, скользить лапами по эмали и брызгаться во все стороны.
а:Блять! Я вся мокрая!! — заорала я, когда очередная порция брызг прилетела мне прямо в лицо и на футболку. Мои волосы моментально намокли, а одежда прилипла к телу.Кое-как, потратив кучу сил и мыла, мне удалось смыть с него уличную грязь. Я вытащила мокрого, дрожащего щенка из ванной и поставила его на кафельный пол.
Он тут же замер на секунду, а потом со всей силы отряхнулся. Брызги полетели на стены, зеркало и на меня.
а:Фух... Самая сложная часть пройдена, — выдохнула я, утирая лицо полотенцем.
Но я рано радовалась. Стоило мне отвернуться, как щенок словно с ума сошел. Почувствовав свободу и чистоту, он пулей вылетел из ванной и с радостным лаем понесся по коридору.
а: Стой!! Не надо, это Вовина комната!! — в панике закричала я, вспомнив, что дверь в комнату старшего брата осталась приоткрытой.
Но было поздно. Малыш на полной скорости влетел в комнату Вовы. Эта комната была для нас с Маратом священным местом — там всегда царил идеальный, почти армейский порядок. Вова ненавидел, когда к его вещам прикасались без разрешения. пес с разбегу запрыгнул на его кровать, застеленную дорогим шерстяным покрывалом, которое Вова привёз из-за границы. Пёсик начал радостно кататься по нему на спине, вытирая мокрую шерсть о чистую ткань. На покрывале моментально расплылись грязные, мокрые пятна.
а: Эээ, он меня убьет! — простонала я, вбегая в комнату и пытаясь поймать эту лохматую ракету.Я потянулась к нему, но пес расценил это как игру. Он весело гавкнул, перепрыгнул на письменный стол, который стоял впритык к кровати, и повалил там всё: стопку книг, чернильницу, подставку для ручек и Вовин армейский блокнот. Всё это с грохотом полетело на пол.Я замерла в ужасе, глядя на этот разгром. Если Вова вернётся и увидит это... Нам с Маратом не поздоровится.Я сделала резкий выпад, наконец-то поймала скользкого щенка за шкирку и крепко прижала к себе. Он затих, преданно глядя на меня своими глазами-бусинками.
а: Сиди тут, чудовище, — проворчала я, унося его в нашу с Маратом комнату и плотно закрывая дверь.Наведя относительный порядок в комнате Вовы (хотя пятна на покрывале всё равно остались), я решила сходить в магазин. Мне безумно хотелось пить после всей этой беготни, да и собаке нужно было купить хоть какого-то корма.
В магазине «Копеечка» было людно и душно. Я отстояла небольшую очередь.
а: Мне две бутылки «Буратино» и собачий корм, — сказала я усталой кассирше.
Женщина молча выдала мне стеклянные бутылки с ярко-жёлтым лимонадом и шуршащий пакет с дешевым сухим кормом. Я расплатилась и вышла на улицу.
На дворе уже окончательно стемнело. Зажглись редкие желтые фонари, отбрасывая длинные тени на сугробы. Я достала из кармана сигарету, подкурила её от спички и медленно пошла в сторону дома. Горячий дым приятно обжигал горло. На душе, вопреки всему дневному хаосу, было удивительно спокойно. Тихо падал пушистый снег, укрывая следы дневных битв.Я уже подходила к своему подъезду, когда из тени деревьев донёсся резкий, залихватский свист.
т: Курим, да? — раздался насмешливый голос.
Я обернулась. Из темноты, лениво покачиваясь, вышел Турбо. На его лице красовался свежий, наливающийся фиолетовым синяк под глазом, а переносица была заклеена пластырем. Он подошёл ближе, ехидно глядя на бутылки в моих руках.
т:Ещё и бухаем, — хмыкнул он.
а: Во-первых, это лимонад, — холодно ответила я, приподнимая бутылки «Буратино». — Во-вторых, тебя ебёт?
Турбо усмехнулся, засунув руки в карманы куртки.
т: Ну меня-то нет. А вот брату твоему — да.
а: Да Марату все равно, — отмахнулась я, собираясь уйти.
т: Я не про Марата, — тихо и веско произнес Турбо, делая шаг вперед. — Я про Вову.
Внутри меня всё похолодело. Встреча с разгневанным Вовой — это последнее, чего мне хотелось.
а: Только попробуй ему рассказать, кучерявый— я сделала шаг к нему, угрожающе сузив глаза. —
Турбо лишь весело прищурился, ничуть не испугавшись моей угрозы.
т: Я подумаю над твоим предложением, Аля.
а: Ну-ну, подумай, — фыркнула я, резко развернулась и скрылась в подъезде, громко хлопнув дверью.
а: Марат, я вернулась! — крикнула я, проходя в квартиру и сбрасывая ботинки.Я зашла в нашу комнату. Марат лежал на ковре, а собака весело прыгала вокруг него, пытаясь укусить за ухо. Брат улыбался — искренне, по-детски, забыв про свой уличный пафос.
а: Ну а теперь, — я села на кровать, строго глядя на него, — я жду объяснений. Что это за базы? Что за пацаны? вы в группировке , да?
Марат вздохнул, перевернулся на бок и потрепал щенка по загривку.
м: Давай отложим этот разговор до приезда Вовы, Аль. Он приедет — сам всё расскажет. Так правильнее будет.
Я посмотрела на него, вздохнула и решила не настаивать. В конце концов, мы сегодня выжили, и это главное. Я залезла в карман куртки и достала оттуда бутылку, которую припасла для него. Это было не «Буратино». Это была бутылка дешёвого пива, которую я умудрилась выменять у знакомого пацана у магазина.
а: На, держи. подгон, — я кинула ему бутылку.
Марат ловко поймал её, его глаза удивлённо расширились, а на лице расплылась широкая довольная улыбка.
м: О, нифига себе! Пасиба, Алька! — он тут же открыл её об край стола. — Че, может, кассеты глянем на телике? У меня там «Терминатор» есть на видаке.
а: Я только за! — обрадовалась я.
Мы перебрались в гостиную, устроились на диване. Бублик улегся у нас в ногах, тихо сопя. Мы пили лимонад и пиво, смотрели фильм, бурно обсуждая спецэффекты, и громко смеялись. Я смотрела на Марата и понимала, как безумно скучала по нему все эти полгода. Он был моей половинкой, моим братом, и никакая улица не могла разрушить эту связь.
Проснулась я от того, что по моему лицу топтались маленькие лапы. Бублик вовсю прыгал по мне, мокрым носом тычась в щеки и преданно облизывая лицо.
а; Ой, блять... — пробормотала я, укрываясь одеялом с головой. — То Марат меня водой обольет, то ты залижешь... Я посплю сегодня нормально или нет?!
Я выглянула из-под одеяла и посмотрела на часы. Было 10:30 утра.
а: Блять, ну че так рано-то... — со стоном поднялась я с постели.
Марат спал на своей кровати без задних ног, зарывшись в подушку.
а: Пошли, покормлю тебя, чудовище, — шепнула я щенку.
Я тихо, стараясь не шуметь, поплелась на кухню. Открыла холодильник, достала вчерашний сухой корм. Насыпала ему полную миску. Села на табуретку, подперев щеку кулаком, и лениво зевала, наблюдая, как собака с хрустом уплетает еду.
пес быстро справился с порцией, подошёл ко мне и жалобно поскулил, преданно заглядывая в глаза.
а: Ну не смотри на меня так, я спать хочу... — попросила я его.
Но пёсик настойчиво ткнулся носом в мою ногу.
а: Ладно, ладно, пошли гулять... — сдалась я. Щенок радостно тявкнул.
а: Тихо ты, обезьяну разбудишь! — шикнула я на него, показывая пальцем в сторону комнаты Марата.Я быстро умылась холодной водой, чтобы хоть немного прийти в себя. Затем пошла в кладовую. Порывшись на верхних полках среди старого хлама, я нашла то, что искала — старый ошейник и поводок от нашего прежнего пса. Тот пес вырос очень большим, в городской квартире ему было тесно, и родители отдали его бабушке в деревню — там у неё большой дом и просторный двор, где ему было раздолье. Ошейник оказался великоват для щенка , но я затянула его на самую последнюю дырочку. Поводок был крепким.
Я быстро натянула штаны, накинула куртку и обулась.
а: Идём, идём, малыш, — позвала я собаку.
Бублик стал радостно прыгать вокруг меня, едва не сбивая с ног.
На улице дул резкий, холодный ветер. Он приятно обдувал лицо, трепал мои кудрявые каштановые волосы, выбивавшиеся из-под куртки. Я дошла до заснеженного пустыря за домами — здесь обычно никого не было.
Я отстегнула поводок и отпустила собаку побегать. Щенок пришёл в полный восторг: он носился по глубокому снегу, забавно подпрыгивая, зарывался носом в сугробы и пытался ловить ртом падающие снежинки. Наблюдать за ним было сплошным удовольствием.Я засунула руки в карманы куртки, нащупала пачку сигарет. Достала одну, сунула в зубы. Но начав искать спички, поняла, что карманы пусты.
а: Вот блин... забыла, что ли... — проворчала я раздражённо.
Я стояла посреди пустыря с сигаретой в зубах и усердно хлопала себя обеими руками по карманам в надежде найти хоть одну завалявшуюся спичку.
з: Чего одна? — раздался вдруг тихий, спокойный голос за спиной.Я от неожиданности вздрогнула и резко обернулась. Передо мной стоял Вахид. На нём была простая тёплая куртка, а на плече висел спортивный рюкзак. Он смотрел на меня с мягкой, едва заметной усмешкой.
а: Напугал! — я выдохнула, прижимая руку к груди. — Да я вот с собакой вышла погулять. А Марат там кверху жопой спит, его сейчас даже танком не разбудишь.
Вахид усмехнулся, его взгляд скользнул по моему лицу и задержался на сигарете, которую я так и не вынула изо рта.
з: Ты куришь, что ли? — спросил он, подходя ближе.
Внутри меня всё ёкнуло. «Вот блять... выдала себя», — пронеслось в голове.
а: Ну... есть немного, — пробормотала я, чувствуя, как щёки предательски розовеют.
з: Ладно, не ссы, не скажу я никому, — тепло улыбнулся Вахид. — Подкурить?
а: Была бы очень благодарна, — честно призналась я.
Он полез в карман, достал коробок спичек. Чиркнул, яркий огонёк вспыхнул на ветру. Вахид бережно прикрыл пламя ладонями, наклоняясь ко мне. Я сделала глубокую затяжку, горький дым наполнил лёгкие.
а: Спасибо, — выдохнула я дым в сторону.
з: Как губа? — спросил он, внимательно разглядывая моё лицо.
а: Да пойдёт, жить буду, — я негромко рассмеялась. — Твоя перекись творит чудеса.
з: Ну и хорошо, — кивнул он.
а: А ты чего тут? — спросила я, затягиваясь.
з: Да я к пацанам в качалку шёл, тебя вот встретил случайно.
а: Да это чудовище разбудило, — я улыбнулась и свистнула. — Иди сюда, пёсик!
Щенок, услышав мой голос, радостно примчался ко мне, обсыпая наши ботинки снегом. Я присела и пристегнула его к поводку.
з: Как назвали? — спросил Вахид, разглядывая собаку.
а: Ещё не знаю точно, думаем пока.
з: Вова не против будет? — в его голосе послышалась легкая тревога.
а: Не знаю... Ну, получу от него, не впервой, — я весело отмахнулась. Мы оба дружно рассмеялись.Вахид посмотрел в сторону жилых домов, затем снова на меня.
з: Давай я тебя провожу.
а: Да ладно, ты же по делам шёл, пацаны ждут, наверное, — засомневалась я.
з: Ничего, подождут, — мягко ответил он.
Я почувствовала, как внутри разливается приятное тепло.
а: Ну тогда давай.
Мы медленно пошли по заснеженной тропинке в сторону нашего дома. пес весело бежал впереди, натягивая поводок.
з: Ты нормальная девчонка, Алия, — вдруг тихо сказал Вахид, глядя под ноги. — Почему Вова и Марат скрывали тебя от нас всё это время?
а; Не знаю... Марат мне ничего не говорит, сказал вова сам мне все расскажет. ну я уже поняла что они в группировке состоят. а на счет того что не знакомили..наверное, это инициатива Вовы была. Он всегда меня опекает слишком сильно, как наседка.
з: Походу, Марат теперь знатно получит от него, — усмехнулся Зима.
а: Почему?
з: Ну, за то, что познакомил тебя с нами. это же он тебя притащил к нам вчера.
а: ну да, — я улыбнулась. — А вы вообще с Вовой близкие?
з: Можно и так сказать, — Вахид кивнул, его взгляд стал серьёзным. — Я и Турбо, наверное, ему ближе всех.Он скоро вернется из Афгана... и на улице всё по-другому будет. Спокойнее, что ли. Порядок наведёт.
а: Ага, придет он — и я опять буду в четырех стенах сидеть под домашним арестом, — вздохнула я.
з: Да ну, брось. Адидас же не изверг какой-то, — улыбнулся Вахид.
а: Это-то понятно. Но контроля от него будет выше крыши, поверь мне.
з: Ничего, принцесса — Вахид посмотрел на меня своим тёплым, понимающим взглядом. — Он просто переживает за тебя. Его можно понять. Время сейчас такое... суровое.
а: Ну, с какой-то стороны да, ты прав — согласилась я.
За разговорами я и не заметила, как мы подошли к нашему подъезду. Время пролетело удивительно быстро. Я остановилась у двери, поворачиваясь к Вахиду.
а: Спасибо, что проводил, — я тепло улыбнулась ему.
з: Да не за что, Аль. Мне было приятно познакомиться с сестрой друга.
Мы обнялись на прощание. Это объятие было коротким, но удивительно нежным и крепким. Я почувствовала запах его куртки — мороз, металл и едва уловимый аромат мыла.
а: Пока, — тихо сказала я, отстраняясь.
з: Пока, принцесса, — Вахид улыбнулся, его глаза как-то по-особенному тепло блеснули.
Я смущённо опустила взгляд, чувствуя, как щёки заливает густой румянец. Вахид развернулся, махнул рукой на прощание и медленно пошёл прочь, вскоре скрывшись за серыми коробками многоэтажек.
Я зашла в подъезд. На душе было тепло и радостно.
___________________________________
3859 слов 🥹