вот это знакомство .
Казань в январе девяностого года напоминала застывший кинокадр, проявленный в тусклых, серо-голубых тонах. Небо, тяжёлое и низкое, словно придавленное к крышам пятиэтажек, сыпало мелкой, колючей крупкой. Мороз стоял такой, что дышать приходилось через раз, пряча нос в колючие шерстяные шарфы, а шаги редких прохожих отзывались в пустых дворах хрустальным, почти металлическим звоном. Город жил по своим, негласным и жестоким законам асфальта, но за закрытыми дверями квартир всё ещё теплилось простое, хрупкое человеческое тепло.
Алие Суворовой исполнилось пятнадцать лет. Ровно столько же, сколько и её брату-двойняшке Марату. Они были похожи той неуловимой, зеркальной схожестью, какая бывает только у близнецов: те же быстрые, внимательные глаза, те же упрямые разлёты бровей и как оказалось, очень длинный язык. Они жили в просторной квартире вместе с родителями и старшим братом Вовой. Вова сейчас был далеко — там, где солнце плавило камни, а в воздухе свистели чужие пули. Он служил в Афганистане, но в письмах, которые бережно хранились в ящике комода, обещал, что вернётся очень скоро.
Аля отсутствовала в Казани долгие полгода — уезжала в тихую, заснеженную деревню под набережными Челнами , чтобы присмотреть за приболевшей бабушкой. Вернулась она только вчера, уставшая, пахнущая дорожным дымом и плацкартным теплом. И именно вчера их родители спешно уехали в долгую командировку по линии завода, оставив ребят хозяйничать в одиночестве. Квартира принадлежала им двоим, и это пьянящее чувство свободы кружило голову.
Утро началось безжалостно. Аля мирно спала в своей кровати, укутавшись в тяжёлое ватное одеяло. Ей снился какой-то удивительно тёплый, летний сон, где пахло скошенной травой и парным молоком, как вдруг иллюзия растаяла. На лицо обрушился ледяной, обжигающий поток. Вода попала в нос и рот. Аля резко взвизгнула, подскочив на постели и судорожно хватая ртом воздух. Перед ней с пустым гранёным стаканом в руке стоял Марат. На его лице блуждала невыносимо довольная, глумливая ухмылка.
а: Ты чё, петух бритый?! — хрипло закричала Аля, вытирая мокрое лицо рукавом пижамы и запуская в брата подушкой.
Марат ловко увернулся, хохотнув.
м: А чё ты не просыпаешься? В школу надо, тебе документы обратно подавать сегодня. Директор ждать не будет.
Аля тяжело вздохнула, откидываясь обратно на мокрую простыню и поворачиваясь на бок лицом к брату. Её каштановые чуть вьющиеся волосы слиплись от воды, а на щеках горел сонный румянец.
а: Марат, ну ты чё? Какая школа? Родни дома нет, давай отдохнём сегодня. Всего один денёк. Вчера только приехала, кости до сих пор после поезда ломит.
Марат на секунду посерьёзнел, убирая стакан на тумбочку. Он пригладил свои коротко стриженные волосы.
м: Вова узнает — нам пиздец, — тихо, но веско произнёс он.
Имя старшего брата в их доме было непререкаемым законом. Вова держал их в строгости, и его авторитет был непоколебим даже на расстоянии тысяч километров.
а: Не узнает, — Аля умоляюще посмотрела на брата своими зелёными глазами. — Ну кто ему расскажет? Маратка, ну пожалуйста.
Марат постоял, переводя взгляд с мокрой подушки на сестру, и наконец махнул рукой.
м: Ладно. Твоя взяла.
а: Ну всё, я спать, — довольно пробормотала Аля, натягивая сухое одеяло по самые уши и закрывая глаза.
Проснулась Алия во второй раз уже ближе к полудню. В квартире стояла тишина, нарушаемая лишь мерным тиканьем настенных часов в коридоре. Марат ещё спал, зарывшись носом в подушку. Аля тихо поднялась, накинула на плечи старую кофту Марата и вышла на балкон. Их комната была самой большой и просторной в квартире, и из неё вела дверь на широкий, застеклённый балкон. На улице было светло, но солнце казалось блеклой, замерзшей монетой, затерявшейся в серой выси. Она достала из кармана помятую пачку, выудила оттуда последнюю сигарету и чиркнула спичкой. Дрожащий огонек осветил её лицо. Аля сделала глубокую затяжку, выпуская тонкую струйку сизого дыма сквозь приоткрытую створку окна. Дым лениво таял в морозном воздухе. Она залипла в одну точку, глядя на покрытые инеем ветки старого тополя во дворе. Мысли текли медленно, возвращая её к деревенскому покою, который теперь казался далёким сном. Казань встретила её шумом, тревожным ожиданием и предчувствием чего-то неизбежного.Из раздумий её вырвал тихий скрип балконной двери.
м: Дай мне сигарету, — раздался хриплый, сонный голос.
На балкон вышел Марат. На нём были только семейные трусы , а его плечи мелко дрожали от ворвавшегося в проём холода.
а: Оденься, а! — возмутилась Аля, отворачиваясь. — Ты нормальный вообще? На улице минус двадцать, а он в трусах ходит, как по бульвару.
м:Отстань, — раздражённо буркнул Марат, прижимаясь плечом к обледеневшему подоконнику и шмыгая носом. — Сигарету дай, говорю.
а: Нету больше сигарет, — Аля протянула ему догорающий бычок. — На, мою половину до кури. А я до магазина сбегаю. Ларек у дома еще не снесли?
м: еще нет, иди быстрее, — Марат жадно затянулся, зажмурив глаза от удовольствия.
Аля вышла с балкона в тёплую комнату. Быстро стянула пижаму, натянула широкие плотные штаны и тёплый свитер крупной вязки. Из угла балкона донёсся крик брата:
м: Шапку не забудь!
Аля проигнорировала его слова. Не потому, что была обижена или не хотела разговаривать. Просто она терпеть не могла, когда за ней присматривали или пытались контролировать каждый шаг. За полгода самостоятельной жизни у бабушки она привыкла сама решать, что ей делать и как одеваться. Это правило — слушаться беспрекословно — касалось только Вовы. Вове она прощала любую строгость.
Она накинула короткую дублёнку, обула тёплые ботинки на шнуровке и подошла к зеркалу в прихожей. Взъерошила кудрявые волосы, решив, что шапка действительно только испортит причёску.
а: Ушла! — звонко крикнула она в глубь квартиры и, не дожидаясь ответа Марата, захлопнула за собой тяжелую входную дверь.
Спустившись с пятого этажа, Аля толкнула тяжелую дверь подъезда. На улице её тут же встретил колкий, бодрящий морозец. Он моментально разогнал остатки утренней сонливости, заставив кожу покрыться мурашками. Воздух был настолько чистым и холодным, что при каждом вдохе в груди приятно покалывало.
Аля шла не торопясь, разглядывая знакомые с детства дворы. За шесть месяцев её отсутствия здесь мало что изменилось: те же серые коробки домов, те же занесенные снегом детские площадки, те же редкие прохожие со смурными лицами. Но чтобы побыстрее вернуться в тепло, Аля всё же прибавила шаг
В небольшом сером ларьке за углом пахло тёплым хлебом, дешёвым пластиком и привозным шоколадом. Здесь было тепло, и Аля с удовольствием задержалась у окошка.
а: Здравствуйте, — вежливо улыбнулась она продавщице, кутавшейся в пуховую шаль. — Можно мне сигарет белорусских две пачки и коробок спичек.
Женщина средних лет молча достала товар из-под прилавка.
— Держите. С вас рубль.
Аля протянула помятую бумажку, забрала пачки и спички.
а: До свидания.
Выйдя на улицу, она вновь окунулась в холодную сырость январского дня. Не теряя времени, прямо на ходу сорвала слюду с пачки, достала одну сигарету и ловко чиркнула спичкой, прикрывая огонёк ладонью от ветра. Тёплый, горьковатый дым наполнил лёгкие.
Она почти добежала до своего подъезда, когда заметила боковым зрением двоих парней. Они бежали со стороны соседнего двора, тяжело дыша и оглядываясь. На ходу Аля выкинула бычок в сугроб, быстро открыла тяжелую подъездную дверь и, проявив вежливость, придержала её для бегущих.
Парни буквально влетели в прохладный полумрак подъезда. Один из них, повыше, в тёмной куртке и спортивной шапке, тяжело дыша, бросил на ходу:
— Спасибо.
а: Должны будете, — усмехнулась Аля, заходя следом и двигаясь чуть впереди них по бетонным ступеням.
На первых двух этажах её совершенно не смущало, что они идут следом. Мало ли в подъезде жильцов. Но когда они миновали третий этаж, Аля почувствовала, как внутри зарождается лёгкое беспокойство. Парни не отставали, их тяжёлые шаги эхом отдавались от крашеных стен. Когда они проскочили четвёртый этаж, сердце Али забилось чаще. Они шли целенаправленно на пятый. «Может, к соседям?» — мелькнула слабая надежда.
Но парни её опередили. Тот, что повыше, легко обошёл её на полуторной площадке и уверенно подошёл именно к её двери. Он начал громко и требовательно стучать в неё кулаком.
Аля остановилась на верхней ступени, скрестив руки на груди. Тревога внутри сменилась привычным упрямством и раздражением.
а: Вы к кому? — громко спросила она, разглядывая незваных гостей.
Парень, который стучал, обернулся. У него было резкое, угловатое лицо, из-под вязаной шапки выбивались кудрявые тёмные волосы, а в глазах горел какой-то дерзкий, недобрый огонёк.
— Не твоего ума дело, — грубо отрезал он, даже не соизволив нормально повернуться.
Аля опешила от такой наглости. Её щёки мгновенно вспыхнули — не от холода, а от злости.
— Турбо, — негромко предостерег его второй парень, чуть пониже, в серой куртке. У него было более спокойное лицо, он был лысый, сразу видно, бандиты какие то.
а: Хамло, — четко, с расстановкой произнесла Аля, запуская руку в карман дублёнки в поисках ключей.
Парень, которого назвали Турбо, резко повернулся к ней всем корпусом. Его ноздри раздулись от возмущения.
т:Чё ты сказала? — его голос прозвучал угрожающе.
Второй парень попытался придержать его за рукав куртки:
т: Зима, подожди...
а: Что слышал, хам, — Аля перестала искать ключи. Она выпрямилась, смело глядя ему прямо в глаза. Внутри всё дрожало от адреналина, но отступать она не собиралась. — Повторить? Или с первого раза уши снегом забило?
т: Оборзела молодёжь, — Турбо сделал шаг к ней, его кулаки сжались. — Повезло тебе, что ты девка. А то...
а: А то что? — Аля вызывающе вскинула подбородок.
т: В фанеру бы тебе дал, — процедил он, наклоняясь чуть ближе.
Второй парень, Зима, тем временем продолжал настойчиво барабанить в дверь Суворовых, параллельно бормоча под нос:
з: Ну давай же, Адидас, открывай...
«Адидас? — пронеслось в голове у Али. — это кто вообще?». Но времени на размышления не было — Турбо стоял слишком близко, и от него веяло опасной, уличной агрессией.
а: Смотри, чтобы я тебе в фанеру не дала, — смело заявила она, хотя понимала: если этот бугай действительно решит ударить в ответ, ей несдобровать. Но гордость была сильнее страха.
т: Ты? Хаха! —Турбо издевательски рассмеялся и подошёл к ней вплотную, буквально нависая сверху. Его лицо было в нескольких сантиметрах от её лица. Он явно брал её на понт, уверенный в своей безнаказанности и превосходстве.—
т: Ну! Ну! Давай, бей! Чё стоишь? Бей, если смелая!
Аля больше не могла терпеть этот липкий, вызывающий взгляд. Все обиды, накопленные за день, вся злость на его грубость вылились в одно резкое движение. Она с размаху ударила его кулаком прямо в переносицу. Хруст.
Турбо отшатнулся, хватаясь руками за лицо. Из-под его пальцев моментально хлынула густая, тёмная кровь.
т: Сука! — выкрикнул он.
И тут, словно в сказке, замок защёлкал, и дверь квартиры распахнулась. На пороге стоял удивлённый Марат. Аля пулей проскочила мимо брата, влетела в прихожую и тут же спряталась за его широкую спину, тяжело дыша.
т: Иди сюда, шкура малолетняя! — заорал окровавленный Турбо, пытаясь прорваться в квартиру, но Марат мгновенно выставил вперёд руку, упираясь ему в грудь.
м: Турбо, за языком следи, — холодно и жестко произнёс Марат. Его сонный вид испарился в секунду.
т: Ты чё, Марат?! — Турбо вытирал кровь рукавом куртки, его глаза были бешеными. — Ты чё, за какую-то левую тёлку впрягаешься, а не за своих пацанов?! Она мне нос чуть не сломала!
м: Эта левая тёлка — моя сестра так то, — спокойно ответил Марат, не убирая руки. — че вообще уже случилось?
Зима, стоявший чуть позади, удивлённо округлил глаза.
з: Сестра?
т: Чё, в натуре? — Турбо даже перестал вытирать нос, уставившись на Марата.
м: Да, — Марат вздохнул, косясь на меня. они явно не должны были про меня знать. — Она вчера только вернулась. че пришли вообще, пацаны?
Турбо зыркнул на меня из-под насупленных бровей, а потом мотнул головой в сторону коридора.
т: Без лишних ушей.
Аля картинно закатила глаза, фыркнула и демонстративно ушла вглубь квартиры, бросив на ходу:
а: Больно надо ваши секреты слушать.
Зайдя в комнату, Аля сбросила дублёнку и переоделась в домашнее — длинную, просторную футболку, которая доходила ей почти до колен. Немного успокоившись, она почувствовала, как в животе призывно заурчало. Время было обеденное, а они с Маратом так ничего и не ели.
Она вышла на кухню и принялась доставать из морозилки домашние пельмени, приготовленные ещё мамой перед отъездом. Разогрела сковороду, плеснула масла. Вскоре по квартире разнёсся умопомрачительный аромат поджаривающегося теста и мяса.
Парни всё ещё стояли в прихожей и о чём-то бурно спорили, но стоило Алие выйти из комнаты, как они моментально замолчали, переведя на неё свои взгляды.
а: угомонитесь , не слушаю я , — проворчала она, проходя мимо них на кухню. — Марат, кушать будешь?
м: Буду, — кивнул брат. — Иди на кухню и дверь закрой.
Аля снова закатила глаза, но послушно ушла, плотно прикрыв за собой дверь. Сковородка весело шкворчала. Спустя пару минут дверь приоткрылась, и на кухню заглянул Марат.
м: Аль, они у нас посидят немного? Им переждать надо.
а: Да пусть сидят, мне-то что, — пожала плечами Аля, переворачивая пельмени лопаткой. — Спроси у них, кушать они будут?
Из коридора тут же донёсся звонкий, слегка картавый голос Зимы:
з: Я точно буду! —Аля и Марат переглянулись и негромко рассмеялись.—
а: А этот... кучерявый? — специально погромче спросила Аля, намекая на Турбо. —
Марат высунулся в коридор, переговорил с парнями и вернулся.
м: Не, он не будет. Гордый слишком.
а:Ну и пусть голодным сидит, — фыркнула Аля.
Спустя пятнадцать минут золотистые, с хрустящей корочкой пельмени были готовы. Аля выложила их на две большие тарелки, обильно полила сметаной и пошла звать парней. Открыв дверь в спальню, она остановилась в дверном проёме, оперевшись плечом о косяк.
а: Пельмени готовы, идите.
Марат поднялся с дивана:
м: Идём.
Турбо, сидевший на стуле с зажатым пальцами носом (кровь уже остановилась, но переносица знатно опухла), окинул Алю долгим, оценивающим взглядом. На его лице появилась ехидная ухмылка.
т: А что, у вас одетыми не готовят?
Аля действительно стояла в одной футболке. Из-под подола виднелись только стройные ноги, а короткие домашние шорты были полностью скрыты тканью.
а: Что-то не устраивает — прошу на выход, — рыкнула она, резко развернулась и ушла на кухню.
Парни гуськом поплелись за ней. На кухне Аля щедро положила Марату и Зиме еды, налила холодного домашнего компота из сухофруктов. Зима тут же вооружился вилкой и отправил первый пельмень в рот. Его лицо расплылось в блаженной улыбке.
з: Ммм, это просто пушка! — пробормотал он с набитым ртом мило картавя— Зря ты, Тур... Валера, есть не стал. Пальчики оближешь. Спасибо, Алия?
а: Да, не за что, — мягко улыбнулась Аля.
Зима ей определённо нравился. Несмотря на то, что он был из той же компании, от него веяло каким-то простым, пацанским дружелюбием и добротой.
Турбо сидел у окна, сложив руки на груди и демонстративно отвернувшись.
т: обойдусь, — процедил он сквозь зубы. — Вдруг она яда своего туда напустила. От такой бешеной что угодно ждать можно.
Аля медленно опустила кружку с компотом на стол. Её глаза опасно сузились.
а: Слышь, тебе мало было? Хочешь, со второй стороны поправлю, чтоб симметрично было?
т:Ну попробуй! — Турбо резко вскочил со стула, нависая над столом.
Марат моментально среагировал. Он резко встал и загораживая её своим плечом, и твёрдо произнёс:
м: Турбо. Успокойся. Она дома.
Аля стояла за спиной брата и мысленно задавалась вопросами. «Почему Турбо? Почему Зима? Что за дурацкие клички, мы же не на зоне». Но вслух ничего не сказала — решила расспросить Марата позже, когда они останутся одни.
Турбо шумно выдохнул, поправил куртку и посмотрел на друга:
т: Зима, ты скоро?
з: Да, минут пять ещё, дай доесть-то, — пробормотал Зима, уплетая пельмени.—
т: Жду тебя в подъезде, — бросив на Алю полный злобы и обещания скорой расплаты взгляд, Турбо вышел из кухни, и через секунду хлопнула входная дверь.—
а: Что за бешеная собака его укусила? — вздохнула Аля, садясь на стул.
Зима добродушно усмехнулся, допивая компот.
з: Да ты не обижайся на него. Ты просто незнакомка для него, к тому же сразу в нос прописала. А так он хороший, честно. Своих никогда не бросает. Ладно, малые, спасибо за обед. Нам пора.
а: Всегда пожалуйста. Пока, — улыбнулась Аля.
з: Пока! — Зима помахал рукой и вышел. Марат пошёл проводить его до двери.
«вот это знакомство» подумала Аля и решила заняться делом — взялась раскатывать тесто для пирогов, которые планировала испечь к вечеру. На столе лежала скалка, стояла открытая пачка муки.
В этот момент на кухню весело ввалился Марат. Он шел, размахивая руками, что то рассказывая сестре и случайно задел локтем тяжелую деревянную скалку. Та покатилась по столу, с размаху ударила по пачке с мукой, и та, перевернувшись, полетела прямо на Алю.
Секунда — и всё вокруг затянуло белым облаком. Аля стояла посреди кухни, с ног до головы покрытая ровным слоем муки. Мука была в волосах, на ресницах, забилась в нос и рот.Марат замер, оценивая масштаб катастрофы, а затем взорвался оглушительным, безумным хохотом. Он согнулся пополам, держась за живот.
м:ХАХАХА ! Бляяя! Аля! Ты как привидение из мультика! ХАХАХА!
а: МАРАТ, ТЫ ИДИОТ?! — закричала Аля, отплевываясь. — ХОТЯ ЧТО Я СПРАШИВАЮ, ТЫ ИДИОТ!!!
Она с размаху дала брату звонкий подзатыльник.
м: Эу, больно вообще-то! — обиженно протянул Марат, потирая затылок, но в его глазах всё ещё прыгали смешинки.Аля огляделась диким взглядом, заметила на столе остатки муки в пакете, схватила его обеими руками и с размаху высыпала всё содержимое прямо на голову брату. Теперь Марат тоже превратился в белого снеговика.
м: Ах ты сучка мелкая! — завопил он, пытаясь схватить её.
Аля с визгом бросилась бежать из кухни. Они неслись по узкому коридору. На повороте Аля споткнулась о ковёр, покачнулась и задела тумбочку, на которой стояла любимая мамина ваза из синего стекла. Ваза опасно закачалась, но Аля успела её подхватить.
Она остановилась, тяжело дыша, и в этот момент Марат с размаху врезался в неё со спины. Они оба едва не полетели на пол.
а: Блять... — тихо выдохнула Аля, ставя вазу на место.
Марат воспользовался её секундной слабостью. Он обхватил её голову руками и начал шутливо, кулаком взъерошивать её и без того запутанные кудрявые волосы, втирая в них муку еще сильнее.
а: Пусти! Пусти, придурок! — визжала Аля, брыкаясь.
Ей удалось вырваться. Она пулей влетела в их комнату, распахнула балконную дверь, выскочила на холодный воздух и попыталась закрыть дверь за собой. Но Марат оказался быстрее. Он навалился всем телом на дверь с обратной стороны, блокируя задвижку.
м:Ну вот и сиди там, остывай! — ехидно крикнул он сквозь стекло.
а: Марат, ты гандон! Открой быстро! — закричала Аля, колотя кулаками по стеклу. На балконе было чертовски холодно в одной футболке.
м: Как я давно этого не слышал! — донёсся его довольный голос.
В этот момент в прихожей раздался настойчивый стук в дверь.
а: О, опять бешеный твой пришёл? — крикнула Аля, прижимаясь плечами к стеклу и дрожа от холода.
м:Не знаю, щас посмотрю, — крикнул Марат.
а: Эй! Балкон открой сначала, урод!
Брат только улыбнулся, погрозил ей пальцем и ушёл в коридор.
а: Марат, ты крыса! — закричала она ему вслед.
Оставшись одна на ледяном балконе, Аля поняла, что просто так это не оставит.
Её взгляд упал на угол, где стояли старые отцовские банки с масляной краской.
В голове созрел гениальный и очень коварный план. Аля обмакнула палец в густую синюю краску, подошла к стеклу и размашистым, аккуратным почерком вывела прямо по центру:
«МАРАТ ХУЙ»
Она едва успела закончить свою надпись и победно улыбнуться, как дверь в комнату открылась. Внутрь вошёл Марат. Но он был не один — за ним шли трое парней на вид лет пятнадцати, типичная дворовая «скорлупа» из их банды. Они зашли весело, что-то обсуждая, но стоило им бросить взгляд на балконное стекло, как все они замерли с открытыми ртами.
Марат проследил за их взглядами, увидел огромные синие буквы и густо покраснел до самых ушей.
м: Блять, Аля! Ты дура?! — заорал он, хватаясь за голову.
Аля прижала ладони к стеклу, победно улыбаясь сквозь морозные узоры, и громко крикнула:
а: Нечего меня было здесь закрывать!
Парни за спиной Марата прыснули со смеху, а Аля, несмотря на холод, чувствовала себя абсолютной победительницей в этой маленькой домашней войне. Январская Казань за окном по-прежнему была суровой и холодной, но здесь, в их квартире, было шумно, тепло и бесконечно живот.
___________________________________
3160 слов 🥹