Я плюс киноимператор - это просто катастрофа!

Однако надеждам Янь Цзысю выспаться было не суждено сбыться. Уже в восемь утра его разбудил настойчивый, словно произошло что-то экстренное, звонок Чэн Хуна.

— Тебе лучше действительно иметь серьезный повод будить меня, иначе в этом месяце полностью лишишься зарплаты! — рявкнул Янь Цзысю.

— Быстрей посмотри горячие темы, — поторопил Чэн Хун. — Прямо сейчас, немедленно.

— Говори сразу, что случилось? — Янь Цзысю, не выспавшись, был не в духе. — Я снова в топе? Ну и что, разве я боюсь этого?

— Нет, это Сунь Синьжань попался на одноразовой интрижке!

— А? — удивился Янь Цзысю. — Сунь Синьжань засветился со случайной связью?

— Да, только что всплыло! Девушка — обычная. Переспала с Сунь Синьжанем, обрадовалась, не удержалась и похвасталась подружке. А та пошла хвастаться другим подружкам, и среди них оказалась фанатка Сунь Синьжаня. Фанатка в шоке: не могла поверить, что её кумир, продающий образ нежного и невинного парня, трахается с кем попало. Она и выложила всё в сеть. Теперь у Сунь Синьжаня все фанаты в истерике.

Янь Цзысю:

— ... Ну Сунь Синьжань и придурок! С его-то популярностью – и со случайными девками спать? Какой бесстрашный, однако...

Чэн Хун, услышав это, просто обомлел:

— Ты думаешь, что имеешь право его осуждать? Сам сейчас разве не то же самое собрался делать? Уверен, что со случайным интернет-другом до постели дело не дойдет?

— Я не собираюсь ни с кем спать!

— Но у тебя же роман по переписке! — Чэн Хуну хотелось то ли плакать, то ли смеяться. — История Сунь Синьжаня тебя ничему не учит? Нельзя просто так контактировать с обычными людьми! Звезда должна держать дистанцию с простыми смертными, понимаешь? Нужно сохранять загадочность, поддерживать свой образ. Ты сам-то понимаешь, кем являешься? Ты, конечно, не продаёшь образ нежного невинного парня, но у тебя огромная фан-база! Если ты сегодня встретишься со своим маленьким книжным другом, а он завтра, разволновавшись, расскажет об этом своим друзьям и родственникам, то послезавтра весь мир будет знать, что у Янь Цзысю интернет-роман по переписке! Умоляю тебя, господин Янь, романы по переписке — это совершенно не вариант. Особенно для тебя. Люди тщеславны, им трудно удержаться от хвастовства. Если бы ты был обычным человеком и встретился с таким парнем, как ты, разве тебе не захотелось бы похвастаться? А вдруг этот самый Лимон действительно начнёт хвастаться? Тогда завтра в горячих темах будешь уже ты.

— У меня нет романа по переписке.

- Значит, нет романа... Но ты так жаждешь с ним встретиться? Нет романа, а ты так упрямо не слушаешь советов?

— Мы просто общаемся как друзья по чтению.

— Я-то поверю. А интернет поверит? Интернет поверит, что вы просто невинно вместе читаете книжки, без любви и прочего? Как думаешь, такое возможно?

Янь Цзысю: ...

— Смотри, история Сунь Синьжаня всплыла не раньше и не позже, а именно сегодня. Это знак свыше, предупреждение тебе, что то, что ты задумал - дело гиблое.

Янь Цзысю: ...

— Ты понял?

— Понял.

— И ты всё равно пойдёшь на встречу?

Янь Цзысю вздохнул:

— Дай подумать.

— Подумать? — Чэн Хун решил, что его артист безнадёжен. — И у тебя ещё хватает наглости говорить, что это не роман по переписке?!

Янь Цзысю понял, что объяснить что-либо не получится:

— Тебе не понять...

Сказав это, он повесил трубку.

В словах Чэн Хуна, несомненно, была доля истины. Даже без этой истории с Сунь Синьжанем Янь Цзысю понимал, что встречаться с интернет-другом для звезды — это действительно искать приключения на свою задницу.

Но он уже обдумывал этот вопрос раньше, а также размышлял о всевозможных реакциях собеседника после того, как тот узнает, что он — сам Янь Цзысю, а не просто похожий на него человек. Янь Цзысю считал, что действительно готов это принять.

Более того, он знал «Лимончика» лучше, чем Чэн Хун. «Лимончик» отличался от многих: он был так общителен по той причине, что у него не было родных или близких и ему не с кем было поговорить.

К тому же, «Лимон» не из тех, кто любит хвастаться. Он даже в «друзьях» на своей странице почти ничего не публиковал. Янь Цзысю считал, что «Лимон» не из тех, кто станет распускать язык.

За всё время их знакомства, как бы «Лимон» ни ненавидел своих коллег, он ни разу не назвал их имён. Ругаясь, он мог обозвать кого-то «придурком», но грубых слов не употреблял. По сути, он был человеком, очень внимательным к чужой приватности.

Именно поэтому Янь Цзысю и согласился на встречу.

Это было не сиюминутное решение, принятое сгоряча. Он хорошо всё обдумал, убедился, что этому человеку, скорее всего, можно доверять, и только тогда определился.

Более того, Янь Цзысю считал, что между ним и Сунь Синьжанем есть принципиальная разница. Он же не собирался заниматься с «Лимончиком» сексом. Они просто встретятся в реальности, чтобы поболтать.

С каких это пор звёздам нельзя дружить с обычными людьми? Если вести себя прилично, чего бояться?

Впрочем, хотя Янь Цзысю не боялся, Чэн Хун буквально паниковал.

Актера так достали причитания Чэн Хуна, что в конце концов ему пришлось уступить:

— Ладно, я сделаю так, чтобы он не видел моего лица. Устроит?

Чэн Хун не понял:

— Ты что, собираешься надеть маску? В интернете полно твоих фото в маске, это не поможет.

— Я не буду надевать маску, — вздохнул Янь Цзысю.

— А как тогда?

— Мы договорились встретиться в отеле «Цзинлай». Я не буду вставлять карточку-ключ в гнездо, чтобы не включился свет. Так сойдёт?

Чэн Хун: ????

— И это называется «встретиться в реале»? — Чэн Хун посчитал эту затею странной. — Неужели твой друг по переписке согласится?

— Думаю, да. У него характер получше, чем у тебя.

— А ты уверен, что он не будет тайком пытаться тебя разглядеть? — не поверил Чэн Хун.

— Уверен, — Янь Цзысю посмотрел на него. — Не суди о других по себе. Он гораздо послушнее тебя.

Чэн Хун, у которого характер был не очень и который не был послушным:

— ... ладно. Главное, чтобы он не узнал, что ты Янь Цзысю.

— Понял, — устало ответил мужчина. — Иди уже. Я посплю ещё немного. Разбудил ни свет ни заря. Я не выспался.

— Это я не выспался! — Чэн Хун хлопнул себя по груди. — Мне всю ночь снилось, как твой роман по переписке раскрыли, а твои фанаты заваливают меня личными сообщениями и звонками с проклятиями. Я аж в кровати подскочил среди ночи, как будто меня кипятком обдали!

Янь Цзысю похлопал его по плечу:

— Тяжело тебе. Но, по-моему, мои фанаты не такие уж страшные. Я в своём возрасте имею полное право встречаться.

— Это ты так думаешь, — вздохнул Чэн Хун и покинул номер.

Янь Цзысю снова лег в постель и проснулся уже в час дня, сразу отправив «Лимону» сообщение: «Давай встретимся сегодня в 8 вечера, номер Е в «Цзинлае». Как придешь, поднимайся на лифте на верхний этаж»

Шангуань Циннин слегка удивился: «Так поздно? Мы прямо в номере встретимся? Я думал, в холле...»

Чэнь: «В холле много народу.»

Шангуань Циннин понял: «Ну ладно... А ужинать будем?»

Чэнь: «Давай не будем. Поешь перед тем, как идти на встречу. У меня тут кое-какие дела, освобожусь только к восьми. Извини.»

Шангуань Циннин немного расстроился: «Если ты занят, можем перенести.»

Чэнь: «Потом, наверное, времени тоже не будет. Ничего, давай сегодня. Просто не смогу с тобой поужинать, извини.»

Lemon: «Ничего страшного, работа важнее.»

Хотя он, вроде, согласился, на душе у Шангуань Циннина стало как-то немного погано. Он-то планировал поужинать вместе, даже специально искал в интернете, что вкусного есть в «Цзинлае». А в итоге ужин отменился.

Впрочем, хорошо уже то, что они вообще увидятся. Встреча с «Молчание-золото» для него важнее ужина, поэтому просто увидеться — уже здорово.

Тут парню кое-что пришло в голову, и он спросил: «Ты сказал, номер Е? Я читал в интернете, что на верхнем этаже «Цзинлая» имеются президентские люксы, обозначаемые по буквам. Они все очень дорогие, и бронировать их надо заранее. Ты уже забронировал?»

Чэнь: «Ага.»

Lemon: «А-Чэнь, ты и правда богат.»

Янь Цзысю усмехнулся. «Цзинлай» принадлежал его друзьям, поэтому номер Е давно держали специально для него, чтобы он жил там во время визитов в город С. Если бы съёмочная группа не предоставила ему отель, он, как обычно, остановился бы в «Цзинлае».

Чэнь: «Да, есть немного денег...»

Lemon: «Сколько стоит номер? Давай пополам. Я оплачу половину.»

Чэнь: «Не надо. Я сам решил его забронировать, с тобой не согласовывал. Так что тебе не нужно ничего платить и не нужно чувствовать себя обязанным. Я иногда здесь живу, уже привык. Не бери в голову.»

Шангуань Циннин, видя такую настойчивость, чувствовал себя неловко. Но Янь Цзысю был непреклонен, и, сколько бы Шангуань Циннин ни спорил, в конце концов тот так и не взял с него денег.

Шангуань Циннин вздохнул, про себя отметив, что его друг по переписке, видимо, действительно может позволить себе такие траты.

В шесть вечера Шангуань Циннин покинул отель и на такси отправился в «Цзинлай».

Ехать было довольно далеко, но дорога заняла всего полчаса. Боясь, что «Молчание-золото» ещё не приехал, Шангуань Циннин сначала поужинал, потом побродил по окрестностям, прикидывая, что бы купить ему в подарок.

Около семи сорока он наконец вошёл в «Цзинлай» и, как сказал ему «Молчание-золото», поднялся на лифте на верхний этаж, где и отыскал номер Е.

По какой-то причине свет в коридоре возле номера Е не горел. Шангуань Циннин смог разглядеть букву Е на двери только благодаря фонарику телефона.

Юноша постучал и замер в ожидании.

Вскоре за дверью послышалось какое-то движение.

— А-Нин?

Шангуань Циннин впервые слышал, чтобы «Молчание-золото» называл его так.

Сердце его дрогнуло, но он послушно отозвался, выключил фонарик и убрал телефон в карман.

Янь Цзысю приоткрыл дверь изнутри и, скользнув за неё, встал так, чтобы оставаться невидимым.

Шангуань Циннин уставился в темноту номера:

— Ты не включил свет?

— Зайди сначала, — сказал Янь Цзысю.

Шангуань Циннин снова достал телефон и включил фонарик.

Янь Цзысю увидел свет сквозь щель и мягко попросил:

— А-Нин, убери телефон, хорошо?

Шангуань Циннин замер в полном недоумении. Он совершенно не понимал, что происходит.

Он послушно выключил фонарик, заблокировал экран, но телефон в карман не убрал.

Ситуация казалась ему слишком странной. Если бы не его доверие к «Молчание-золото», он, наверное, уже ушёл бы.

Слишком подозрительно.

— Убрал, — сказал Шангуань Циннин.

— Зайди внутрь, я закрою дверь, — тихо произнёс Янь Цзысю.

Шангуань Циннин лихорадочно соображал: если он сейчас развернётся и убежит, будут ли у них с «Молчание-золото» ещё отношения?

Но всё это выглядело крайне подозрительно.

— Что ты такой таинственный? — тихо спросил Шангуань Циннин. — Странно всё это.

Янь Цзысю и сам понимал, что это странно. Но у него не было выбора. При Чэн Хуне он мог невозмутимо утверждать, что они с «Лимончиком» просто интернет-друзья. Однако текст их переписки ясно говорил об обратном.

По крайней мере, он сам вёл себя отнюдь не как обычный приятель.

Поэтому ему ничего не оставалось, кроме как скрывать свою личность, хотя бы на первых порах.

— Мне самому это тоже не очень нравится... Заходи, я не сделаю тебе ничего плохого, — проговорил Янь Цзысю. — Ты веришь мне?

Шангуань Циннин мысленно усмехнулся: если бы не верил, разве стоял бы здесь сейчас? Давно бы сбежал!

Поэтому он сделал шаг вперёд и позволил закрыть дверь.

В номере было темно. Даже стоя лицом к лицу, они могли различить лишь смутные очертания фигур, но не черты лица.

Шангуань Циннин видел только, что собеседник выше него и неплохо сложен. Больше ничего.

Янь Цзысю, уже хорошо ориентировавшийся в номере без света, взял Шангуань Циннина за локоть:

— Идём.

Юноше пришлось последовать за ним. Они дошли до дивана и сели.

— Почему ты не включаешь свет? — не понял Шангуань Циннин. — Ты не хочешь, чтобы я видел, как ты выглядишь?

Янь Цзысю заметил, что голос юноши действительно отличается от телефонного: более звонкий, не такой мягкий, и почему-то кажется смутно знакомым.

— Пока не могу показать себя.

Шангуань Циннин удивился:

— Почему? Ты же просто похож на Янь Цзысю? Я знаю. Я могу это принять.

Янь Цзысю: ...

— Всё сложнее, — понизил он голос.

— А что ещё? — недоумевал Шангуань Циннин.

Он вглядывался в неразличимое в темноте лицо:

— У тебя шрамы? Или что-то ещё? Ты стесняешься?

Янь Цзысю пришлось неопределённо согласиться:

— Ага.

— Мне всё равно, — заявил Шангуань Циннин. — Я, конечно, люблю красивых, но обычно не только на лицо смотрю. Мы уже давно знакомы, так какая разница, красивый ты или нет?

Янь Цзысю пришлось соврать:

— Мне не всё равно.

Шангуань Циннин моргнул:

— Ты комплексуешь?

Янь Цзысю, обычно самоуверенный до самовлюблённости:

— ... Ага.

Шангуань Циннин подумал, что тут уж ничего не поделаешь. Психологическая проблема — это серьезно, с ней не поспоришь.

— Неудивительно, что ты не хотел встречаться.

Янь Цзысю:

— ... Ага.

— Ладно, — Шангуань Циннин посмотрел на неясный силуэт. — Не включай свет. Будем считать, что мы просто разговариваем по голосовой связи, но лицом к лицу.

Янь Цзысю усмехнулся и спросил:

— Ты не сердишься?

— Нет, — улыбнулся Шангуань Циннин. — С чего бы? У тебя столько комплексов по поводу своей внешности, но ты всё равно набрался смелости и решился на встречу со мной. Значит, я тебе небезразличен. Так что я не сержусь. Просто, по-моему, тебе не стоит так зацикливаться. Посмотри на себя: у тебя успешная карьера, есть деньги. Ну и что с того, что внешность не идеальна? Человек живёт не одним только лицом.