Перевороты жизни

От лица Леры. Сестра Алины.

Ранее 2 месяца.

Июнь, жаркий летний вечер в Липецке. Солнце уже клонилось к закату, но воздух всё ещё хранил дневное тепло.

Я стояла у фонтана в центре города, нервно крутила в руках визитку с лаконичной надписью «Радамир | DJ» и поглядывала на часы.

Ещё утром я думала:

«Ну уж нет, я не стану ему звонить»

— но скука и внезапный порыв взяли верх.

Алина не смогла со мной погулять, как обещала, а сидеть одной было невыносимо.

Я набрала номер.

- Алло, Радамир? Привет, это Лера. Та самая, которой ты когда‑то дал визитку в клубе… Это было два месяца назад. Слушай, ты сейчас свободен? Может, прогуляемся?

На том конце провода послышался лёгкий, тёплый смех:

- Свободен. И да, я тебя помню. Где встречаемся?

- У Нижнего парка. Я в красной кофте, меня сложно не заметить.

- Уже иду.

Через десять минут он появился — высокий, в светлой футболке и джинсах, с лёгкой улыбкой.

Я сразу отметила: глаза живые, в них искрится любопытство.

- Радамир, - он протянул руку.

- Лера, - она пожала её крепко, чуть задорно.

Они двинулись вдоль набережной. Сначала разговор шёл осторожно: о погоде, о городе, о том, как я оказалась в Липецке.

- Я сама из Чаплыгина, - пояснила ему. - Сюда приехала навестить сестру, но у неё сорвались планы. Вот и решила… спонтанно позвонить.

- И не зря, - улыбнулся Радамир. - А чем занимаешься в Чаплыгине?

- Учусь в техникуме. Ушла со школы после 9, думала, сестру подожду, а теперь ещё 2 года. - пожала плечами. - Потом переберусь в Липецк, хочу тут остаться. Тут больше возможностей, да и сестра рядом.

- Липецк — город небольшой, но живой. Особенно летом. - кивнул Радамир.

Постепенно разговор становился легче. Я шутила — то про прохожих, то про вывески, то про жизнь в целом.

Сначала осторожно, потом всё свободнее. Радамир не отставал: отвечал с лёгкой иронией, но без вызова — скорее, с интересом.

- Ты, кажется, диджей? — спросила я. — В том же клубе работаешь? И как, много людей ты заставил танцевать против их воли?

- Только тех, кто уже хотел, но стеснялся, — парировал он. — Да, в том же. Хорошо платят, ну или мне так достаточно. А ты? Чем живёшь, когда не звонишь малознакомым диджеям?

- Пишу сценарии для воображаемых сериалов, - серьёзно сказала я. - В одном главная героиня — кошка, которая расследует пропажу сметаны в параллельной вселенной.

Радамир на секунду замер, потом расхохотался.

- Это гениально. Ты точно умеешь удивлять.

Так они прошли два часа — болтали, смеялись, спорили о музыке, о фильмах, о том, можно ли считать пиццу полноценным ужином.

Я заметила, что с ним легко: он не пытался её переиграть, не обижался на шутки, а отвечал в том же ключе — спокойно, но с огоньком.

- Знаешь, - сказала она, когда они остановились у моста, - я думала, ты будешь каким‑то пафосным клубным типом. А ты… нормальный.

- О, спасибо, - он изобразил поклон. - Это лучшая характеристика за год.

Мы снова засмеялись.

Спустя полтора месяца

Мы сидели в маленьком кафе на окраине города. За окном золотился июньский закат, а на столе стояли два лимонада со льдом. Я рисовала на салфетке смайлики, Радамир смотрел на меня и вдруг сказал:

- Лер, а давай… официально? Ну, в смысле, давай будем парой?

- Официально? То есть ты хочешь, чтобы я перестала называть тебя «тот диджей из клуба» и начала говорить «мой парень»? - подняла брови в недоумении.

- Именно.

Я на секунду задумалась, потом улыбнулась — по‑настоящему, без сарказма.

Честно, он мне давно нравится, но не думала, что предложит стать парой.

- А знаешь, мне нравится эта идея. Да, я согласна.

Радамир улыбнулся в ответ, взял меня за руку.

- Отлично. Тогда в субботу идём на концерт. Я играю, а ты будешь в первом ряду — и чтобы хлопала громче всех.

- Договорились. Но если сыграешь что‑то медленное, я начну петь. Предупреждаю сразу.

- Приму риск.

Мы рассмеялись, и я подумала:

- «А ведь всё началось с одной визитки и спонтанного звонка».