9.
Время 19:00. Большая часть первокурсников стоит в фойе третьего этажа, ожидая начала собрания.
На этаж входят двое старост — Владимир Сергеевич и Илья Иванович. Их серьезные лица сразу же привлекают внимание студентов, и разговоры постепенно затихают. Владимир Сергеевич среднего роста и немного сутуловатый, с привычкой поправлять свои волосы, начинает:
— Здравствуйте, мы собрали вас на собрание по поводу вашего поведения в общежитии. Мы надеялись, что ваш курс будет лучше остальных, но оказалось наоборот.
Собрание начинается с обвинений. Илья Иванович продолжает:
— Только за первый месяц у вас два раза прорвало туалет, сгорела плита. Поднимите руки, у кого объяснительная?
Больше половины первокурсников поднимают руки.Я смотрю на своих подруг и шепчу:
— Блин, ну не я одна такая.
— За что? — недоумевает Коряков, поднимая брови.
С разных концов начинают раздаваться голоса: одни оправдываются за зарядку, другие — за электроприборы, третьи — за шум после отбоя. Каждое новое обвинение вызывает смех и перешептывания среди студентов.
— Вот вы думаете, что за зарядку нечестно дают объяснительную, но это не так. У нас в общежитии очень плохая проводка, которая в любой момент может загореться, — говорит Вова,осматривая толпу с укоризной.
Илья Иванович не оставляет без внимания и туалеты:
— Что творится в туалетах? Мальчики, вы попадать не умеете? Почему на каждом унитазе рисунки, ещё как будто от одного автора?
Эта фраза вызывает новый взрыв смеха среди первокурсников. Я смотрю на Даню, который смеется с шутки Корякова и что-то рассказывает Максу. В этот момент я чувствую, как внутри меня загорается желание общаться с ним. Просто хочется подойти, поговорить, но я быстро отгоняю эти мысли и возвращаюсь к собранию.
— Дальше про курилки и алкоголь, — продолжает Илья, и его взгляд останавливается на мне. Я понимаю, что он помнит мой проступок. Я стою почти в первых рядах и ощущаю себя заметной.
— Не надо приходить на вахту бухими и потом еле доходить до комнаты. Нам рассказывают, что вы спотыкаетесь об порог, а потом, качаясь, показываете этот пропуск. В коридорах падаете на ровном месте.
Смех снова раздается в зале, но мне становится неловко.
— Хотим вас предупредить, что теперь мы начинаем ходить по комнатам не как санитарный отряд, который ставит вам десятки за просто так. А честные оценки по бланку. Так что убирайтесь в комнатах.
Слова старосты звучат как сигнал: обстановка становится более строгой. Первокурсники обмениваются взглядами, понимая, что теперь их поступки находятся под вниманием. Я ощущаю легкое волнение: как же мы все справимся с новыми требованиями? В то же время меня охватывает любопытство к тому, как будут развиваться события.
— Также с января будут в коридорах висеть видеокамеры, — произнес Илья Иванович, и в зале послышался общий тяжёлый вздох. Большинство студентов переглянулись, и на лицах многих отразилось недовольство и растерянность. Это известие повисло в воздухе, словно туман, который не собирался развеяться.
— Теперь за вами будет намного легче следить по ночам, — добавил Владимир Сергеевич с легким укором в голосе. Его слова звучали как напоминание о том, что свобода, которой они наслаждались, теперь будет ограничена. Волнение среди студентов нарастало: кто-то шептался с соседом, кто-то просто уставился в пол, не зная, как реагировать на эту новость.
— Завтра будет проверка комнат, — предупредил Илья, и снова послышались недовольные возгласы. Некоторые из студентов начали перешептываться, обсуждая, что это может означать для них. Проверка комнат — это не просто формальность, это возможность старост увидеть, в каком состоянии живут их подопечные. И это означало, что нужно привести в порядок не только свои вещи, но и избавиться от следов недавних вечеринок и беспорядков.
— На этом собрание заканчивается. Если есть вопросы — задавайте, если нет — можете идти, — подытожил Семенюк, указывая на двери. Студенты начали быстро расходится.
Некоторые из них начали обсуждать новость о видеокамерах и проверке. Кто-то заметил:
— А что если мы просто будем вести себя нормально? Может, тогда нас не тронут?
Другие же отвечали с сарказмом:
— Да уж, как будто это когда-то работало!
Собрание закончилось, но разговоры продолжались. Я решила подойти к Даниле и спросить его мнение по поводу камер. Он стоял немного в стороне и выглядел задумчивым.
— Привет! Как ты думаешь, это правда поможет? — спросила я.
Он пожал плечами и ответил:
— Не знаю. Может быть, это просто способ заставить нас вести себя лучше. Но идея с камерами хуйня полная.Мы же не преступники.
С установкой камер и регулярными проверками наша жизнь в общежитии станет иной. Теперь нам придется проявлять осторожность, и это вносило дополнительное напряжение в наши будни.
***
После отбоя в общежитии, когда все должны были уже спать, я почувствовала, что мне нужно немного освежиться. Я решила пойти в туалет, чтобы помыть руки. Пройдя по коридору, я заметила, что ночь окутала всё вокруг, и в темноте не было видно никого, кто бы мог наблюдать за нами. Это придавало мне уверенности.
Когда я вошла в туалет, я подошла к крану и начала спокойно мыть руки, чувствуя, как холодная вода смывает усталость и напряжение. В этот момент дверь открылась, и в туалет зашел Илья Коряков. Я немного напряглась, не зная, как он отреагирует на моё присутствие здесь.
— А чего это мы не спим? — спросил он с улыбкой, его голос звучал непринужденно.
— Ручки помыть пришла, — ответила я, стараясь выглядеть максимально естественно.
— Ну хорошо, смотри, не пей больше, — произнес он с легкой насмешкой.
Я удивленно подняла брови:
— Вам показалось, я не пила.
— Ага, конечно. Тебя же Кристина Вишневская зовут? — продолжал он, как будто проверяя свою память.
— Да, а что? — спросила я, чувствуя легкое беспокойство. Неужели он знает о чем-то, о чем мне не известно?
— Чтобы не перепутать, если что. Ладно, иди спи, — сказал он и вышел из туалета.
После его слов я осталась стоять у крана с намыленными руками, немного не понимая, к чему был этот диалог. Но главное — я не получила пизды, как мне казалось в начале. Это было облегчением. Я вернулась в свою комнату с легким ощущением странности от произошедшего.
Легла на кровать и попыталась уснуть, но мысли о разговоре с Ильей не давали покоя. Почему он так интересовался мной? Что он имел в виду? Я закрыла глаза и попыталась сосредоточиться на чем-то другом.
***
Первая пара была физкультура, как всегда по вторникам. Я лежала на кровати, и все переставляла будильник на 10 минут позже, как это делали и девочки. Время летело быстро, и уже было 8:50, а урок начинался в 9:15. Я поняла, что пора вставать, и, собравшись с силами, направилась в ванную. Там я быстро почистила зубы, умывшись, вернулась в свою комнату.
В комнате царил легкий хаос: девочки суетились, пытаясь накраситься и привести себя в порядок. Я же решила не тратить на это время — его было слишком мало. Быстро переодевшись в физкультурную форму, я закрыла за собой дверь и вместе с девочками направилась в третий корпус.
По пути мы встретили Руслана и Лизу, а затем еще пару одногруппников. Все были в приподнятом настроении, обсуждая предстоящий урок. Зайдя в спортивный зал, мы выстроились в шеренгу, как это обычно делали. Учительница начала отмечать отсутствующих.
— Сегодня будет свободный урок! — произнесла она с улыбкой. — Вы можете играть в баскетбол, волейбол, бадминтон или делать йогу, но только не сидеть. Надо что-то делать.
Я обрадовалась такому известию — свободный урок всегда был отличной возможностью немного расслабиться и поиграть. В этот момент я заметила Нелю рядом.
— Неля, не хочешь со мной в бадминтон сыграть? — спросила я.
— Погнали— ответила она радостно.
Так как в корпусе были совмещены два спортивных зала, большая часть нашей группы перешла на второй, а мы остались на первом. В зале царила оживленная обстановка: парни играли в баскетбол, и их громкие крики и смех наполняли пространство. Мы немного отодвинулись в бок, чтобы не мешать ни себе, ни им, и решили перейти через сетку на другую половину зала.
— Давай, лови! — сказала я, подбрасывая воланчик и направляя его в сторону Нели. Она ловко ответила, но я не успела отбить мяч, так как воланчик перелетел в другую сторону.
— Итак, по новой! — предложила я. Теперь воланчик кидала Неля. Мы повторяли это множество раз, стараясь отработать наши удары и движения. Однако в какой-то момент он вдруг пропал.
— Неля, где блять воланчик? Ты же только что отбила! — спросила я с недоумением.
Неля обошла зал и начала подозрительно смотреть на баскетбольное кольцо.
— Я думаю, он попал внутрь железяки, на которой держится кольцо. Там есть место, — предположила она.
Я решила проверить, где же наш мяч. Подойдя к кольцу, заметила лестницу, стоящую рядом. Стараясь быть осторожной, я начала подниматься по ней. На последней ступеньке я действительно увидела воланчик, который лежал прямо посередине продолговатого места в баскетбольном кольце.
— Как же его достать? — подумала я. — Только если забраться на тумбочку, в которой закреплен огнетушитель... Но это было бы слишком рискованно, ведь в зале были камеры.
Я слезла с лестницы, разочарованная тем, что не смогла достать воланчик. Мы с Нелей обменялись взглядами и решили быстро заменить мяч, пока учительница не заметила.
— Я схожу в её кабинет, — предложила я.
Я прошла в кабинет учительницы. Она сидела за столом и что-то писала, погруженная в свои мысли. Я осторожно открыла тумбочку и, к счастью, там было много воланчиков.Я быстро взяла его и вернулась к Неле.
— Всё готово! — сказала я с улыбкой.
Мы начали играть снова, будто ничего не произошло.Вдруг учительница пришла и сказала:
— Так, ребята, можете собираться, урок окончен!
С облегчением вздохнув, мы побросали ракетки и направились к выходу, обсуждая наши игры и планы на следующий урок.