Глава 27
Хотя Цзун Ци хотел нанять больше сотрудников, он не хотел делать это обманным путём.
Однако Сяо Хун в настоящее время был только на уровне C и не мог победить этого босса B-уровня, поэтому они вдвоём не могли остановить Араки Синнё. У них не было выбора, кроме как впустить её.
— Ребёнок, это была мамина вина раньше. Пожалуйста, прости меня.
Пока Цзун Ци готовил жареного цыплёнка для Сяо Хун, Араки Синнё продолжала следовать за ним, причитая. Она даже заплакала, когда увидела, как он умело достаёт жареного цыплёнка из кастрюли, сетуя на то, что её ребёнок теперь может готовить для себя сам. Она чувствовала, что пропустила слишком много его взросления, и умоляла дать ей ещё один шанс.
Сяо Хун жевала жареного цыплёнка, а Цзун Ци сидел за столом, тупо поедая свою еду, терпя бесконечные причитания.
Он задавался вопросом, почему сюжет фильма ужасов «Ужас в деревне Араки» вмешивается в реальность.
Изначально Цзун Ци думал, что всё, пережитое во время съёмок, закончится, когда съёмки будут завершены. В конце концов, на форуме актёров давно говорили, что съёмки фильмов ужасов больше похожи на попадание в альтернативное измерение с заданной сюжетной линией, не имеющее связи с реальностью.
Посты на форуме упоминали, что актёры, которые возвращались в свои места съёмок, обнаруживали, что все фоновые персонажи и сюжеты были вымышленными и не могли быть найдены в реальной жизни.
Цзун Ци когда-то искал следы деревни с помощью различных картографических приложений во время съёмок в деревне Араки, но ничего не нашёл. Даже онлайн-поиски показывали, что в истории Сянси не было такого древнего племени.
Это предполагает, что режиссёры фильмов ужасов и фильмы в системе актёров фильмов ужасов были вымышленными и не существовали.
Но теперь большой босс из «Ужаса в деревне Араки» появился в реальности.
Чем больше Цзун Ци думал об этом, тем серьёзнее становилось его выражение лица. Он открыл телефон и поискал.
Действительно, и энциклопедии, и карты показывали существование деревни Араки в Сянси, и были исторические записи о древнем племени.
После завершения фильма деревня внезапно появилась.
Почему? Может ли быть, что система фильмов ужасов может влиять на реальность?
Цзун Ци не мог понять.
Через некоторое время причитания постепенно прекратились.
Цзун Ци увидел, как глаза Анны закатились один раз, вернувшись от белого к нормальному чёрно-белому, и призрачная аура, покрывающая всю квартиру, также рассеялась.
Ветер легко приподнял край шторы, и солнечный свет был нежным.
Он вздохнул с облегчением, зная, что Анна вернулась.
Хотя Анна забыла лица актёров во время съёмок «Ужаса в деревне Араки», Араки Синнё только что подошла к Цзун Ци, и Цзун Ци раскрыл свою личность как её коллега. После этого разоблачения они узнали друг друга.
Увидев их, Анна вздохнула:
— Извините, она только недавно проснулась и ещё не полностью восстановила свои силы. Говорят, что кто-то съел закуски, оставленные в её гробу, поэтому она всё ещё слаба и не может долго оставаться снаружи.
Цзун Ци и Сяо Хун: «...»
Подождите! Эти закуски звучат знакомо, не те ли это, которые они взяли, вскрывая гроб, чтобы победить кровавого трупа?
И человек, и привидение издали виноватый, сухой смех, один смотрел в небо, другой — в землю.
Цзун Ци поспешил вмешаться, чтобы сгладить ситуацию:
— Ничего страшного, ничего страшного. Я хотел спросить, какие у вас сейчас отношения с Араки Синнё?
Он был очень обеспокоен Анной, которая была талантливой актрисой.
Хотя Анна, казалось, хорошо ладила с Араки Синнё, он боялся, что несовместимость между привидениями и людьми могла повлиять на продолжительность её жизни.
— Мы близкие подруги, мы сразу нашли общий язык.
Анна улыбнулась:
— После того как меня столкнули в колодец, я встретила её. Мы обе были жалкими, потерявшими своих детей. Её тело давно разложилось со временем, поэтому я пригласила её разделить моё. К счастью, у меня чистая конституция инь, так что теперь мы две души в одном теле.
Подождите? Выкидыш?
Цзун Ци и Сяо Хун обменялись потрясёнными взглядами.
— На самом деле, Араки в том же состоянии, что и я.
Анна сказала мягко:
— Я знаю, что моя личность отличается от персонажа в фильме, но знать и погружаться в роль — это две разные вещи. Араки потеряла своего ребёнка много лет назад. Теперь она обманывает себя, её восприятие спутано. Возможно, даже если она знает, она не хочет просыпаться.
— Она тоже жалкий человек. Если возможно, я хочу помочь ей восстановить её тело. Но как привидению, это может быть очень трудно.
Её выражение было немного усталым. В этот момент можно было увидеть следы той Анны, которая изначально участвовала в крупном сценарии. Но при ближайшем рассмотрении она, казалось, была неотделима от персонажа в фильме.
— Если возможно, пожалуйста, позвольте ей остаться.
Цзун Ци опустил голову, загребая еду в рот, не говоря ни слова.
Той ночью ему приснился сон.
Давным-давно в древнем племени родилась Синнё.
Сила Синнё была самой сильной со времён великого шамана. Она с детства несла надежды всей деревни.
В племени у Синнё было много обязанностей.
Благословение, молитвы о дожде, выращивание гу, общение с небом и землёй, связь с духами и богами и защита от врагов — всё это было задачами Синнё.
Араки растили с высокими ожиданиями, тренировали силами всей деревни. Она, как и каждая предыдущая Синнё, усердно работала для племени, защищая сотни семей.
Родословная великого шамана была слишком драгоценна. В эпоху земледелия она была почти основой существования племени, секретом долголетия племени.
Чтобы сохранить чистоту родословной, племя много лет следовало принципу кровнородственных браков.
Каждое поколение Синнё, достигнув определённого возраста, должно было выйти замуж за самого сильного воина в племени и рожать детей, пока не родится девочка с родословной великого шамана — следующая Синнё.
Хотя это казалось непостижимым для современных людей, для Араки, выросшей в племени, это было не трудно принять.
Её судьба была предопределена с рождения, и её воспитание не включало понятие «бунт». Другими словами, как Синнё с обязанностями, она не видела в этом ничего плохого.
Но всё разрушил посторонний.
Они тайно влюбились.
Посторонний пригласил Араки сбежать, но она отказалась, не в силах отказаться от своей ответственности перед племенем.
Молодые люди не знают последствий импульсивной любви, но с точки зрения правильности и неправильности, исход любви был слишком трагичным, как бы его ни оправдывали.
К сожалению, секреты нельзя сохранить навсегда. Когда жители деревни обнаружили это, Араки уже была на несколько месяцев беременна.
Жители деревни боялись, что драгоценная родословная великого шамана будет утеряна для другого племени, поэтому они однажды ночью в ярости собрались и жестоко убили постороннего.
Араки не могла причинить вред членам племени, поэтому она беспомощно наблюдала, как её возлюбленного убивают у неё на глазах.
Но это было не всё.
Каждое поколение Синнё могло иметь только одного ребёнка. Если первый ребёнок был девочкой, больше не рождалось девочек. Хотя пол плода был неизвестен, племя не позволяло Синнё рожать, разбавляя родословную великого шамана.
— Это мальчик! Пожалуйста, не вредите ему.
Она упала на колени на землю, плача, но никто не поверил ей.
Жители деревни жестоко привязали Араки к деревянному колу и насильно извлекли из её утробы кровавый, недоразвитый плод.
Старейшина осмотрел плод деревянной палкой и покачал головой:
— Действительно мальчик, жаль.
Этот ребёнок не должен был умереть.
Но они никогда не дали бы ему шанса.
Супружеская измена с посторонним была непростительным преступлением в племени.
Но Араки не могла умереть ещё, по крайней мере, пока не родит следующую Синнё.
Итак, все трудоспособные мужчины в деревне выстраивались в очередь каждый день, сменяя друг друга в центре деревни. Они бесстыдно оскорбляли Араки, называя её шлюхой постороннего.
Однако, возможно, из-за грубой процедуры аборта или по другой причине, со временем люди в племени обнаружили, что Араки потеряла способность зачинать.
Поскольку её матка больше не представляла никакой ценности, жители деревни решили извлечь из неё всю кровь заживо, надеясь очистить сущность крови и продолжить родословную великой ведьмы.
Она наконец сошла с ума.
В момент смерти Араки она прокляла всю деревню злобой. Чёрный туман поднялся из земли, и она стала злым духом, который никогда не сможет перевоплотиться.
Став привидением, она контролировала всех ядовитых насекомых, убила старейшину, который заколол её ребёнка, и окутала всё племя туманом из насекомых.
В конце концов, другие старейшины вбили десятки гвоздей из сломанных костей в её мёртвое тело, установили великий массив запирания душ с подвешенным гробом, соответствующий сверху внизу, и подавили её под землёй.
Физическое тело может влиять на душу, даже если это злой дух.
Таким образом, Араки, наполненная глубокой ненавистью, была запечатана в древней гробнице, её тело рассеялось, став мстительным духом.
Проклятие, которое она оставила, продолжало влиять на племя.
Сущность крови, извлечённая из тела Араки, была бесполезна, и родословная великой ведьмы была внезапно прервана. Несмотря на бесчисленные ритуалы жителей деревни и создание новых жриц в соответствии со старыми обычаями, всё было напрасно.
Без мощного оружия жрицы окрестные племена обратили на них свои алчные взгляды.
Только тогда жители деревни поняли страх.
Из поколения в поколение они приносили дорогие погребальные предметы Араки, надеясь рассеять злобу злого духа, но всё было напрасно.
В конце концов, древнее племя медленно распалось.
Эта история была погребена в пыли, забыта всеми.
Пока временная линия съёмок «Ужаса в заброшенной деревне» не привела к тому, что обедневшие жители деревни, черпая воду, случайно выловили золотые и серебряные сокровища, которые были вымыты из древней гробницы горным дождём и землетрясением, открывая эту давно запечатанную историю.
Цзун Ци наконец понял, почему его исследование сюжета не соответствовало стандартам. В конце концов, это был его первый фильм, и без руководства для начинающих, если бы он больше читал деревенские хроники и болтал с жрицей, он мог бы собрать некоторые подсказки.
Сны коротки, возможно, всего несколько строк, если их записать.
Как и во всех фильмах ужасов, у мстительного привидения было трагическое прошлое, до которого никто не мог добраться, и сюжет был несколько избитым.
Однако этот сон был краткой жизнью и долгой смертью Араки, представляя всю её жизнь.
Она давно знала, что её ребёнок умер от рук старейшины, но она упрямо и безумно плела для себя один прекрасный сон за другим, принуждая себя искать ребёнка, который не существовал.
Можно только сказать, что крик Цзун Ци «Мама» был слишком умным.
Её ожесточённый разум обрёл момент ясности.
Ядовитые насекомые не причинят вреда этому черноволосому молодому человеку.
Смутно подумала Араки.
После того инцидента родословная великой ведьмы исчезла. С тех пор никто не мог сопротивляться ядовитым насекомым, если только это не была её собственная родословная.
— Неужели мой ребёнок переродился, чтобы найти меня?
Она не могла не думать, слёзы текли по её лицу.
Когда Цзун Ци проснулся от своего сна, на улице было ещё темно.
Он тихо встал с кровати, подошёл к панорамному окну, внезапно обхватил ноги руками и сел, глядя на небо снаружи.
Было много звёзд, разбросанных по чёрному занавесу, мерцающих.
Актёры, подписанные режиссёром, отличались от обычных актёров. Сяо Хун могла восстановить свою внешность с помощью системы, и, возможно, Араки также могла использовать систему, чтобы восстановить своё тело.
Он решил завтра хорошенько поговорить с Араки.
Подумав так, Цзун Ци потянулся.
— Так много звёзд; завтра обязательно будет хороший день.
Так и будет.