Глава 19: Поцелуй
Спустя неделю лечение матери Линь Тина подошло к концу.
Когда медсестра снимала с женщины датчики ЭКГ и кислородную маску, Шэнь Чухань почувствовал, как Линь Тин крепко, до боли, обнял его.
Линь Тин не мог этого видеть, но в то мгновение между ним и матерью возникла невидимая, сокрушительная связь. Казалось, будто на больничной койке на самом деле лежал он сам.
Рядом стоял лечащий врач. Он терпеливо разъяснял меры предосторожности и выписывал рецепты на экстренные случаи. Однако сложные медицинские термины то и дело ставили вторую тётю Линь Тина в тупик.
Линь Циюй послушно конспектировала его слова. Её тонкие пальцы крепко сжимали механический карандаш, который быстро шуршал по бумаге. Время от времени она вскидывала голову и переводила на Линь Тина долгий, внимательный взгляд, полный скрытого любопытства.
- Циюй ведь в этом году сдаёт выпускные экзамены? - поинтересовался доктор, поправив очки на кончике носа. Покончив с диагнозами, он охотно сменил тему.
Линь Циюй молча кивнула.
- Уже решила, куда будешь поступать? - снова спросил он.
Услышав этот вопрос, Линь Тин инстинктивно обернулся. Его темные, незрячие глаза отыскали силуэт стоявшей позади сестры.
- В наш городской медицинский, - отозвалась Линь Циюй.
Почувствовав на себе взгляд брата, девушка едва заметно поджала губы и добавил уже увереннее: - Да, я всерьез об этом думаю. Медицинский институт в городе Х - лучший в стране, а после выпуска можно сразу попасть на стажировку в ведущую клинику.
В глазах врача промелькнуло искреннее облегчение.
- А я был уверен, что ты выберешь литературу, - улыбнулся он. - Помню, в детстве тебя за уши нельзя было оттащить от книг. Почему вдруг медицина?
Линь Циюй притихла, подбирая слова.
В этой тишине Линь Тин медленно повернул руку и осторожно коснулся пальцами костяшек Шэнь Чуханя.
Тот сразу перехватил это едва заметное движение и тихо, едва слышно спросил:
- Что такое?
- Господин Шэнь, вы не могли бы выйти со мной? Мне нужно глотнуть свежего воздуха, - Линь Тин попытался улыбнуться, но улыбка вышла натянутой. - Запах антисептиков здесь такой удушливый... Мне от него не по себе.
Шэнь Чухань внимательно вгляделся в его побледневшее лицо. Не говоря ни слова, он мягко кивнул, готовый следовать за ним куда угодно.
Он бережно повел Линь Тина к выходу из палаты. Но стоило Шэнь Чуханю потянуться к дверной ручке, как за их спинами раздался тихий, но твердый голос Линь Циюй:
- Потому что я хочу до конца разобраться в болезнях головного мозга и нервной системы.
Тяжелая дверь палаты с негромким скрипом поддалась. Шэнь Чухань придержал её, пропуская Линь Тина вперед.
На улице вовсю бушевало тепло, но пальцы Линь Тина оставались ледяными.
Несмотря на то, что Линь Тин какое-то время держался за теплую руку Шэнь Чуханя, его пальцы всё ещё оставались чуть покрасневшими и зябкими.
- ...Я хочу вылечить глаза моего брата...
Прежде чем девушка успела договорить, её голос заглушил стук закрывшейся двери. Линь Тин устремил взгляд перед собой и пошел дальше за Шэнь Чуханем, ни разу не обернувшись.
Из-за слепоты Линь Тин мог долго не моргать. Когда он наконец очнулся от своих мыслей, то почувствовал легкую резь в глазах. Он поднял голову, потер уголки век, и несколько слезинок увлажнили кончики его пальцев.
Шэнь Чухань вывел Линь Тина на просторную лужайку позади больницы. Здесь не было густых деревьев, поэтому солнечный свет щедро заливал всю землю. Стоя под теплыми лучами, Линь Тин чувствовал, как мягкий свет окутывает его со всех сторон, постепенно согревая тело и прогоняя недавний озноб.
- Господин Шэнь, вы не могли бы описать, как здесь всё выглядит? - спросил Линь Тин. Он приподнял голову и уставился в безоблачное голубое небо со смесью любопытства и тоски. В его собственном мире тьмы не было ничего, кроме ослепительно белого, бесконечно простирающегося света.
Шэнь Чухань слегка повернул голову, чтобы полюбоваться красивым профилем Линь Тина, прежде чем осмотреться вокруг.
Затем он стал внимательно и во всех деталях описывать ему открывшуюся картину:
- Похоже, многие вышли сюда после полудня, чтобы погреться на солнышке. В основном это пожилые люди, наслаждающиеся теплом, и дети, которые вовсю резвятся рядом. На скамейке справа от тебя сидит та пожилая дама из соседней палаты. Помнишь её?
Линь Тин ненадолго задумался, задумчиво хмыкнул и поделился воспоминанием:
- Да, помню, как лежал в больнице в прошлый раз. Я тогда заблудился, и именно она помогла мне найти дорогу назад. Она ещё рассказывала про сына пациентки с шестьдесят третьей койки, которого никто не видел, но который целый день бродил по больнице.
Поделившись этим воспоминанием, Линь Тин не удержался от смешка и добавил:
- Бабушка много болтает обо мне, но у неё добрая душа. Она часто делится с нами фруктами. Кажется, она вполне здорова - я постоянно слышу, как она насвистывает, когда прохожу мимо.
Шэнь Чухань опустил взгляд, на уголках его губ заиграла едва заметная улыбка, а лицо смягчилось, когда он посмотрел на Линь Тина. Однако, когда он снова перевел взгляд на пожилую даму, его брови на мгновение слегка нахмурились, а в глазах промелькнула тень тревоги.
Он решил не говорить Линь Тиню о том, в каком плачевном состоянии находилась эта женщина, которая ещё недавно казалась совершенно здоровой. Он промолчал о том, что болезнь всё-таки подкосила её.
С их последней встречи прошло всего несколько дней, но выглядела она ужасно. Прежде пухлые щеки ввалились и приобрели землисто-серый оттенок, а некогда аккуратные волосы теперь были растрепаны и белели, словно нетронутый снег.
- Надеюсь, она проживет долгую жизнь, - негромко произнес Линь Тин. Его щеки слегка порозовели от приятного солнечного тепла. Он потянулся вперед и мягко сжал руку Шэнь Чуханя. - Мы ведь все хотим жить долго...
Ресницы Линь Тина трепетно взмахнули, подобно крыльям бабочки. Казалось, в это мгновение он загадывал желание не столько для себя, сколько для кого-то другого.
Шэнь Чуханя вдруг непреодолимо потянуло обнять Линь Тина. Ему хотелось прижать юношу к себе, укрыть в своих объятиях от всего мира и шептать только утешительные, добрые слова, обещая будущее, полное непреходящего счастья и радости.
Тонкие плечи Линь Тина словно гнулись под непосильной ношей и были чуть опущены. Шэнь Чухань протянул руку и подушечками пальцев осторожно провел вдоль его выступающего позвоночника, безмолвно предлагая свою заботу и опору.
- А как же твоя мама?.. Какие у господина Линя планы на будущее?
Он внимательно наблюдал за молодым человеком. Линь Тин медленно повернул голову, и его силуэт отразился в глазах Шэнь Чуханя, темных, как южная ночь.
- Несколько дней назад со мной связалась старшая сестра, - тихо ответил Линь Тин. - Она хочет забрать маму к себе. Я ведь совсем ничего не вижу, а Циюй сейчас вовсю готовится к экзаменам, ей некогда за ней ухаживать. Невестка моей второй тёти тоже беременна, так что она не сможет постоянно сюда приезжать.
Голос Линь Тина звучал всё более одиноко и неприкаянно:
- Сестра нашла хорошего невролога, так что за состоянием мамы будут следить в любое время, когда потребуется.
Пока он говорил, эмоции окончательно захлестнули его. Линь Тин судорожно ухватился пальцами за одежду Шэнь Чуханя. Его изящные брови болезненно изломились, а на глаза навернулись слезы, отчего уголки век мгновенно покраснели.
- Господин Шэнь... Мне кажется, я совершенно бесполезен, - с тяжелым сердцем признался он. - Я... я так хочу облегчить им жизнь, но в итоге всё равно остаюсь для всех обузой.
Эта огромная вина копилась в душе Линь Тина уже не один день. И когда чувства, которые он так долго подавлял, наконец нашли выход, сдержать их в одночасье стало просто невозможно.
- Я ведь просто хотел хоть что-то для них сделать... - его голос задрожал, срываясь на едва различимый шепот. Юноша отчаянно пытался заглушить рвущуюся наружу боль.
Шэнь Чухань ласково коснулся теплой щеки Линь Тина и мозолистыми подушечками пальцев бережно стёр слезы, скользнувшие из уголков глаз.
- Ну как ты можешь так говорить? - прошептал Шэнь Чухань. Его тихий голос, подхваченный теплым дуновением ветра, коснулся самого уха Линь Тина. - Одно то, что господин Линь просто есть рядом, уже дарит всем нам покой и уверенность.
Линь Тин на секунду замер, чуть наклонив голову, и недоверчиво спросил:
- Правда?
- Правда, - отозвался Шэнь Чухань, делая шаг навстречу и полностью закрывая Линь Тина своей тенью. - Господин Линь способен сам зарабатывать на жизнь, помогая семье. К тому же, сколько я тебя знаю, ты ни разу не воспользовался тростью.
Линь Тин вдруг смущенно поскреб затылок и едва слышно признался:
- Это только потому... что со мной господин Шэнь. Из-за того, что вы всегда держите меня за руку, мне и не нужна эта трость.
На самом деле до встречи с ним Линь Тин очень зависел от своей белой трости. Так что нельзя было сказать, будто он никогда ею не пользовался. Просто теперь эту трость заменила теплая и надежная ладонь Шэнь Чуханя.
- Раз так... - Шэнь Чухань на мгновение замолчал, а затем продолжил: - Тогда я готов держать господина Линя за руку всю оставшуюся жизнь.
Его слова прозвучали как внезапный весенний ветерок. Сердце Линь Тина пропустило удар, и именно в эту секунду он впервые отчетливо понял, что на самом деле означает «трепет сердца».
«Когда же я стал таким?» - подумал Линь Тин. Он вдруг осознал, что его зависимость от Шэнь Чуханя уже давно вышла из-под контроля.
В голове у Линь Тина воцарилась звенящая пустота. Его пальцы мелко дрожали, цепляясь за чужую одежду. И вдруг, воспользовавшись тем, что Шэнь Чухань отвлекся, Линь Тин приподнялся на цыпочки и подался вперед. Его прохладные губы едва ощутимо, словно крыло стрекозы, коснулись щеки Шэнь Чуханя.
Это прикосновение было настолько мимолетным, что его можно было бы и вовсе не заметить, если бы не предельная чуткость каждого из них.
Сразу после этого Линь Тин поспешно выпустил ткань чужого пиджака из рук и отступил на несколько шагов назад, увеличивая дистанцию. Несмотря на то, что инициатором был он сам, сейчас именно он потерял всякое самообладание. Линь Тин и сам не понимал, зачем это сделал.
Он поднял руку, касаясь собственной щеки, которая стремительно пылала жаром. Дыхание перехватило, а сердце, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди.
- Господин Линь? - позвал Шэнь Чухань, всё ещё пытаясь осознать этот внезапный поцелуй. Но в мгновение ока он заметил, что Линь Тин уже пытается сбежать, выглядя при этом совершенно растерянным и дезориентированным.
Шэнь Чухань быстро шагнул к нему, мягко перехватил за плечи и заставил поднять голову, пытаясь заглянуть в лицо.
До Линь Тина наконец в полной мере дошло, что именно он только что натворил. К лицу хлынула пунцовая краска, и его затопила волна дикого смущения. Нервно заикаясь, он отчаянно пытался подобрать слова, чтобы хоть как-то объясниться:
- Я... я не хотел... Это вышло... эм, просто... я не знаю... - голос сошел на нет, а сам он отвернулся, не в силах «встретиться» взглядом с Шэнь Чуханем.
- Значит, господин Линь у нас любитель внезапных нападений? - одной-единственной фразой подытожил Шэнь Чухань, легко заполнив паузы в его путаных объяснениях.
Шэнь Чухань посмотрел на Линь Тина с лукавой улыбкой и мягко обхватил ладонями его горящие щеки.
- Хоть мне и понравилось, это было немного неумело. Господину Линю не помешало бы немного попрактиковаться, - заметил он дразнящим, но бесконечно нежным тоном.
Мучимый совестью, Линь Тин попытался отвернуться.
- Это совсем не то, чему мне нужно учиться, господин Шэнь, - пробормотал он едва слышно, выдавая всё свое смущение.
Шэнь Чухань приподнял брови и с полуулыбкой заметил:
- А мне кажется, у господина Линя отличные способности к обучению.
Линь Тин был слишком взбудоражен, чтобы найтись с ответом на эту каверзную реплику.
- Раз уж ты так сильно хочешь учиться, давай начнем с кое-чего другого, - мягко предложил Шэнь Чухань, ласково надавливая ладонью на затылок Линь Тина и увлекая его за собой. - Например... с настоящего поцелуя.
В следующую секунду зрачки Линь Тина испуганно сузились.
Его губы обожгло таким явным, обволакивающим теплом, которое просто невозможно было проигнорировать. Шэнь Чухань наклонил голову и накрыл его губы своими, вовлекая в нежный, трепетный поцелуй.