Перекрестки

Странный звук, рядом слышалось шумное дыхание, что-то влажное ткнулось в ухо, а потом, мягкое шершавое и тоже влажное пару раз прошлось по щеке, носу, веку. Рен приоткрыла глаза, увидела перед собой огромную пасть с зубищами и язык, который хотел еще раз лизнуть.

– Фу, фу, блять, сгинь чудище! – она резко подорвалась, ударившись головой о стол, который стоял рядом с диваном. От резкого подъема в глазах на несколько мгновений потемнело.

Большой пес напрягся от громкого крика, но не отбежал, а наоборот подвинулся чуть ближе, положил голову на диван и внимательно посмотрел на девушку.

– Чего орешь, будто он тебя сожрать собирался? – донесся сбоку мужской голос – Оул просто соскучился и рад тебя видеть. Всё время рядом торчал, не отходил. А ты его напугала.

Пес моргнул, как будто бы соглашаясь с хозяином, а потом встал и подошел к нему, подставляя коричневую голову ему под руку, чтоб тот его погладил. Мужчина отвлекся от чертежей, которые лежали на столе, и повернулся к Рен:

– Ты как? Выглядишь отвратно – он поморщился, но взгляд выражал тревогу.

– А где... – она попыталась объяснить жестами – ну... как же его... с кем я пришла?

"Инк. Инк. Инк. Инк." – имя из трех букв, тикало в голове как секундная стрелка.

– В соседней комнате, тоже отлеживается. Что с тобой происходит, у тебя снова проблемы?

– Все ок, я в порядке, надо помочь... Нику. – она попыталась встать, но ноги подкосились и пришлось снова сесть.

Артус внимательно смотрел на нее, но помощь не предлагал. Рен обвела взглядом комнату, обнаружила, что ее куртка лежит на спинке дивана и потянулась к ней. В правом кармане лежали лимонные леденцы, она достала пару штук и один за другим закинула в рот.

– Серьезно? Тебе надо нормально поесть и восстановить силы, иначе ты не то что пацану не поможешь, а сама отчалишь на тот свет.

– Фсе намана. Я там, кафется, уве была – от воспоминаний побежали мурашки по спине – мовет фторой аз бувет лехше.

Она догрызла конфеты и снова встала. Немного пошатывало, но идти могла. Артус со вздохом закатил глаза, кивнул на одну из дверей, и вернулся к своим чертежам.

Ник очнулся.

Попытался пошевелиться, но тело казалось ватным, а голова пустой и хрупкой, как у фарфоровой куклы. Только левая рука продолжала печь, хотя ощущения притупились. С усилием повернул голову, чтоб посмотреть на нее, и это движение было похоже, на откручивание болта с прикипевшей резьбой.

В глазах двоилось, а во рту пересохло. Когда он сфокусировал взгляд на руке, то ожидал увидеть что угодно: ожоги, лохмотья кожи, кости, даже отсутствие самой руки. Но нет, она было точно такой же, с какой он проснулся с утра – целая и невредимая, никаких признаков повреждений.

"Так почему же, так жжет?" – ладонь что-то крепко сжимала. Попытка разогнуть пальцы тоже ни к
чему не привела.

Открылась дверь, и рядом послышались шаги.

– Эй, малыш, ты как? – голос Рен был хриплым, а сама она выглядела так, словно умерла, а потом восстала.

– Как будто два дня бухал, – слова давались тяжело – а теперь похмелье мучает. И ведь самое обидное, – он закашлялся – что не пил.

– Такое бывает, когда смешиваешь разные – она задумалась, подбирая слово – потоки.
Рен аккуратно взяла руку парня, чтоб осмотреть. Конечность была неестественно горячей, и возникал вопрос – почему. Сначала показалось, что дело в вещи, которую Ник сжимал в кулаке, но тепло шло не от нее.

– Ты холодная... как морозилка – в месте ее прикосновения жар потихоньку стал отступать.

– Открой рот. – она достала из кармана еще один леденец, и дала его парню.

– Ну и гадость... это кусок лимонной кислоты? – Ник скривился, сначала его прошиб холодный пот, а потом по коже побежали мурашки, и появилось покалывание, как после онемения. – Верни руку, она такая приятная.

– Запоминай, что я сейчас скажу, это должно отпечататься у тебя на подкорке: Если нашел на улице подозрительную вещь, с явно выраженным магическим следом, аномалию неизвестного происхождения, существо иного происхождения – ни в коем случае не трогать голыми руками, сообщить в отдел Контроля. При наличии необходимой лицензии допускается устранение или транспортировка объекта для исследования в лабораторию.

– Очень своевременная информация, – смысл сказанного, несмотря на состояние, был абсолютно понятен, как будто он всегда это знал – а нормально сказать нельзя было, раньше...

– А чем ты слушал, когда я говорила ничего не трогать? – за это время Рен таки разогнула его пальцы.

Не касаясь, она подняла в воздух вещицу, а увидев что это – выругалась и захохотала. Задыхаясь от смеха, и вытирая выступившие слезы, девушка откинулась на спинку стула, который внезапно начал заваливаться назад. Вошедший Артус бросился к ней, успевая предотвратить падение. За хозяином в комнату ворвался Оул и начал лаять, не совсем понимая – это такая игра и всем весело или случилась беда.

Ник постарался отодвинуться подальше.

– Арт... – Рен попыталась сказать, и ее снова накрыл приступ – он.. спи... ик... Он у Тени... кош.. ик..

– Что случилось?

– Он у Тени.. – и опять смех – кошелек свистнул!

– В смысле, – мужчина посмотрел на вещь в воздухе – что вообще происходит?

– Вселенная шутить изволит, – она, отдышавшись, кивнула на кошелек – посмотришь что конкретно это за штука, ради чего мы чуть не померли?

Когда Артус с псом вышли, Рен снова посерьезнела и повернулась к Нику.

– Ну что, двигаться можешь?

– Как Железный Дровосек, без масленки. – парень попытался приподняться повыше.

– Не драматизируй. Я вижу, что тебя уже попустило, раздевайся.

– Так сразу? А как же сначала свидания, цветы-конфеты, я так не...

– Верх снимай, надо найти причину, что провоцирует жар. – она проигнорировала шутку, сосредоточившись на разминании своих рук.

– Фу, ты всегда такая? Я пострадавший, и вообще про ваш мир ничего не знаю, это ты должна меня наставлять на путь истинный.

– Много слов. Наставляю, снимай футболку и заткнись.

Сначала девушка исследовала кисть и предплечье, пытаясь почувствовать нить, которая бы вела к источнику тепла. Ничего не получилось. Потом еще раз, надавила посильнее, словно прощупывая пульс, и наконец ближе к плечу палец как будто укололо.

– Не могу понять, оно как будто пытается спрятаться. Неплохо бы просветить, но я не смогу, по крайней мере сегодня. Повернись спиной.

– Что значит просветить? – Ник развернулся.

– Пустить маячок по организму, типа такого – девушка взяла его за запястье, в месте где она прижала вспыхнула искра, которая проникла под кожу, и проскользив всего пару сантиметров погасла – это максимум.

– Ауч, больно! – он дернулся.

– Жизнь вообще штука болезненная. Вот это, конечно, интересно... – пальцы проскользили по лопатке, очерчивая контур появившейся отметины.

Похоже вся энергия собралась именно там, и продолжала излучать тепло, уже не такое обжигающее, скорее согревающее, отчего Рен задержалась на секунду дольше чем требовалось. На коже проступали белые линии, напоминавшие сетку светящегося города.

Города, похожего на нейрон.

И эти линии разрастались.

– Что там? Я умру? – Ник попытался посмотреть себе за плечо, но у него ничего не получилось.

– Конечно, умрешь. И ты, и я, и даже возможно Мир. – девушка встала стараясь не показывать волнения. – Или ты знаешь кого-то, кто избежал этой участи?

Пока он раздумывал над ответом, Рен вышла. Ник не мог определиться, что чувствует от всей этой ситуации. С одной стороны, ему как нормальному человеку следовало записаться на прием к психиатру, если вдруг это окажется не сном, а длительной галлюцинацией. Тот проведет различные тесты, назначит анализы, определит лечение. С другой стороны...

Хлопнула дверь.

– Выбор невелик, будем импровизировать, – Рен держала в руках перманентный маркер, бутылку и шприц – самогон, конечно, не блок-чернила, но судя по запаху сделан из той же гадости, что и они.

– Что ты задумала?

Девушка для удобства налила из бутылки в крышку немного жидкости, наполнила ей шприц, а потом ввела ее в стержень маркера.

– Хочешь глоток? – она протянула бутылку Нику, тот шарахнулся от нее как от чудовища. – Согласна, если травиться, то чем-то поприятнее. Подставляй спину. Будет больно. Опять.

Рен уселась поудобнее на стул. С какого же элемента стоит начать? Логично, с того, который охватит всю необходимую площадь.
Оценив размер расползающегося рисунка, она медленно вдохнула и выдохнула, мысленно попросив у Вселенной направить руку, начала чертить первую линию.

...с другой стороны, пусть это все-таки окажется сном.