***
Она не сразу поняла, открыла глаза или нет, потому что ничего не поменялось. Несколько раз моргнула, почувствовала движение век, но всюду куда дотягивался взгляд была сплошная серость. Не было видно ни линии горизонта, ни силуэтов, даже ее собственная тень пропала.
«...не подходи ко...
...да ничего... случиться...
Пам..пара.па..па..па.пам...
Следу...я...стан...»
«Тут кто-нибудь есть?» – тишина.
Вокруг пустота.
«...из-за твоих...снова...подставляешь...
та.та.та.тамм...
абонент...абонент...
...не молчи...ож..ста...»
«Эй!» – рот открывался, но звук отсутствовал, казалось, он существовал только внутри нее. Под ногами ощущалась опора. Она делает шаг, потом еще один, но будто остается на месте.
Бессмысленно.
Картинка не менялась, все голоса звучали в ее голове, сначала громко, но даже они в какой-то момент пропадают.
Это было похоже... она не знала на что это было похоже, никогда такого не чувствовала. Как это вообще – чувствовать? Что это за слово? Слово – это... это...
Пустота растворяла любое упоминание реальности.
Прежде чем появилось хоть что-то возможно прошла вечность.
Времени тут в общем-то тоже не было.
Но вот глаза наполнили слезы и потекли по щекам, это было первое, что она ощутила с момента появления, потом пространство начало наполняться гулом.
И зажглись огни взлетно-посадочной полосы, которая сходилась в яркую светящуюся точку, дающую надежду вырваться.
Девушка сделала глубокий вдох, легкие наполнил прохладный воздух, и шагнула, почувствовав под подошвой шершавую поверхность. Еще шаг. Точка становилась все ближе, несмотря на то что свет ее тускнел, уже можно было разглядеть прямоугольник, который оказался дверью.
Обычной деревянной дверью, с блестящей латунной ручкой, и нарисованной мелом стрелкой. Такой реальной в этом «ничего», что даже собственное тело начало казаться недостаточно осязаемым по сравнению с ней.
При прикосновении ручка оказалась теплой, как будто только недавно за нее кто-то держался.
Она посмотрела по сторонам, но кроме нее никого не было. Больше всего хотелось сбежать отсюда, куда бы не вела эта дверь. Ручка легко нажалась и девушка почувствовала, что падает.
Вторым воспоминанием было ощущение полета и голос пилота доносящийся из динамиков:
«Уважаемые пассажиры, говорит командир воздушного судна. Мы начинаем снижение.
Температура воздуха в аэропорту назначения составляет плюс пять градусов, идёт дождь.
Местное время — один час восемнадцать минут.
В связи с погодными условиями наш рейс немного отстает от графика, посадка ожидается через двадцать минут.
Просим вас занять свои места и пристегнуть ремни безопасности.»
Девушка открыла глаза и посмотрела в иллюминатор, и сначала ей показалось, что самолет летит в такой же самой пустоте, из которой она только вырвалась. Сердцебиение начало учащаться, но приглядевшись увидела, что они просто летят в облаках, и картинка меняется.
Можно было подумать, что все приснилось, но ощущение безысходности оставалось таким же как и было там.
Оглядевшись, она увидела, что салон был наполовину пуст.
Самолет снижался, его затрясло, от перепада давления заложило уши.
«Все хорошо, это всего лишь небольшая турбулентность, мы не падаем, крылья не отваливаются» - эта мысль ее как будто бы привела в чувство.
«Крылья это хорошо, их подарили людям птицы. Птица может лететь куда угодно. Куда я лечу?»
Чтобы отвлечься девушка начала исследовать карманы своей куртки, в левом лежал телефон и билет, в правом какие-то чеки и несколько леденцов. Один она на автомате развернула и закинула в рот.
Лимонный, неплохо.
Под сиденьем обнаружился рюкзак, но достать его было решено после приземления.
Город внизу был похож на светящийся нейрон.