эпиллог 1.
Прошло 2 года после свадьбы
На том же озере, где когда-то парни подошли сзади со словами «Вы выйдете за нас?», теперь стоял большой деревянный домик с широкой террасой, спускающейся прямо к воде. Лето было тёплым, солнце золотило поверхность озера, а воздух пах соснами и шашлыками.
На террасе собрались все.
Лена и Чейз сидели чуть в стороне. Лена, уже заметно округлившаяся на восьмом месяце, смеялась, когда Чейз в очередной раз пытался запретить ей вставать.
— Я просто хочу принести тебе воды, — ворчал он.
— Чейз, я беременна, а не инвалид, — отвечала она, но всё равно позволяла ему себя опекать. В его глазах до сих пор горел тот же самый огонь, что и четыре года назад.
Блейн и Лики стояли у перил. Лики, в лёгком белом платье, кружилась, показывая Блейну, как теперь выглядит их старое тату — они сделали общее, переплетённое. Блейн не отрывал от неё взгляда, будто до сих пор не мог поверить, что она — его жена. На безымянном пальце у обоих блестели простые, но очень красивые кольца.
Эван и Кэсси устроились на большом пледе на траве. Кэсси что-то горячо рассказывала, размахивая руками, а Эван просто улыбался и иногда поправлял ей выбившуюся прядь волос. Они поженились вторыми — самыми шумными и весёлыми свадьбами из всех. До сих пор иногда спорили по мелочам, но всегда мирились так, что остальные только отводили глаза и улыбались.
Бобби и Элли были самыми тихими. Они сидели на ступеньках террасы, Элли положила голову ему на плечо. Бобби одной рукой обнимал её, а второй держал удочку, хотя рыба явно не интересовала его сегодня. Они поженились скромнее всех — только самые близкие, в маленькой часовне у леса. Но именно их любовь казалась самой спокойной и глубокой.
Ты сидела чуть поодаль на качелях, которые Блейн повесил специально для тебя. Рядом сидел твой муж — твой Блейн. Тот самый, который когда-то заставил тебя заплакать от счастья у этого озера. Сейчас он просто молча держал твою руку, перебирая пальцами твоё обручальное кольцо.
— Эй, народ! — вдруг громко сказал Чейз, поднимая бокал с безалкогольным сидром. — За нас. За то, что мы не побоялись тогда подойти. И за то, что вы все сказали «да».
Все подняли бокалы. Смех, звон стекла, тёплые взгляды.
Лики вдруг тихо спросила:
— А помните, как мы все замерли, когда они спросили?
— Я до сих пор иногда просыпаюсь и думаю, что это был сон, — улыбнулась Кэсси.
Элли подняла голову с плеча Бобби и мягко сказала:
— Это был лучший день в нашей жизни.
Ты посмотрела на Блейна. Он уже смотрел на тебя. Без слов. Просто тот самый взгляд, от которого внутри всё ещё теплеет.
Ты улыбнулась и прошептала так, чтобы услышал только он:
— Я бы снова сказала «да». Тысячу раз.
Блейн наклонился и поцеловал тебя — медленно, нежно, как будто время остановилось.
А солнце продолжало садиться за озеро, окрашивая воду в розово-золотой цвет.
И где-то там, в этом тёплом летнем воздухе, навсегда остались их «да», их смех и их любовь — такая настоящая, что даже годы не могли её изменить.