5.
Небольшая уютная студия, залитая мягким светом. Повсюду холсты, тюбики с акрилом и запах разбавителя. Хёнджин подготовил два чистых холста и целую палитру ярких цветов.Сомми стоит перед мольбертом в огромном фартуке, который ей явно велик, и с опаской держит кисть.
— Джинни, ты уверен? Из нас двоих художник только ты... Я же максимум нарисую «палка-палка-огуречик», и это будет выглядеть как катастрофа на фоне твоего шедевра.
подходя сзади и обнимая её за талию, кладя подбородок на плечи— Эй, искусство — это не про правильные линии. Это про то, что ты чувствуешь. Просто закрой глаза и веди кистью так, как ведет тебя музыка.
Прошло полчаса. Сомми увлеклась и начала рисовать что-то абстрактное в нежных тонах. Хёнджин работает сосредоточенно, но краем глаза постоянно следит за ней.
В какой-то момент, когда Хёнджин слишком серьезно задумался над оттенком синего, Сомми хитро прищуривается. Она макает палец в ярко-розовую краску и — ляп!— ставит аккуратное пятнышко прямо на кончик его носа.
— Ты сейчас серьезно?
— Тебе идет! Это добавляет твоему образу «мучимого гения» немного яркости.
— Ах так? Ну всё, Сомми-я, ты сама напросилась.
Он хватает тонкую кисть, макает её в золотистую и бирюзовую краску и начинает «охоту». Вместо того чтобы пачкать её одежду, он аккуратно ловит её за руку и начинает рисовать изящные узоры прямо у неё на скулах и виске. Это превращается в интимный момент: его дыхание близко, его пальцы нежно придерживают её подбородок.
— Вот... теперь ты сама — произведение искусства. Мой личный боди-арт.
Вечерний город. Они идут к машине, оба слегка перепачканные краской, но абсолютно счастливые. Хёнджин на минуту отлучается к цветочному ларьку на углу.Он возвращается, пряча что-то за спиной, и внезапно протягивает ей пышный, невероятно ароматный букет сирени.
— Я помню, ты говорила, что этот запах напоминает тебе о чем-то светлом. Пусть он напоминает тебе о нашем сегодняшнем дне.
Сомми утыкается носом в прохладные цветы, чувствуя, как сердце затапливает нежность. Его забота проявляется в таких мелочах — помнить случайную фразу, заметить блеск в глазах.
Коридор перед их дверью. Тишина, мемберы, скорее всего, уже спят или играют в приставку.
**Действие:** Сомми прижимает букет к груди, глядя на Хёнджина. На его носу всё еще красуется то самое розовое пятнышко, которое он так и не стер.
— Спасибо за сегодня, Джинни. Это было идеальное свидание.
— Для тебя — хоть луну с неба, ты же зна...
Он не успевает договорить, потому что Сомми быстро подается вперед и нежно целует его в щеку, прямо рядом с краской.
— Спокойной ночи, мой художник.
Хёнджин стоит в коридоре, глупо улыбаясь и касаясь рукой щеки
— Спокойной ночи...
Снимается эпизод, где мемберы проходят медицинский чек-ап и укрепляют иммунитет. В планах — витаминный укол. Для всех это рутина, но для Сомми — настоящий кошмар.Сомми сидит на кушетке, побледнев до синевы. Она до белых костяшек сжимает края своей толстовки.
Бан Чан пытается её подбодрить: — Эй, Сомми-я, посмотри на меня. Это как укус комарика, честно!
Хан корчит смешные рожицы, пытаясь её рассмешить: — Смотри, я сейчас сам сделаю три укола ради тебя! Только не плачь!
Феликс держит её за левую руку, поглаживая ладонь
— Дыши, милая, просто дыши.
Но ничего не помогает. Стоит медсестре достать шприц, как у Сомми начинают дрожать губы, а на глазах выступают слезы. Она просто не может заставить себя расслабить руку.
Съемка заходит в тупик. Персонал начинает перешептываться. Хёнджин, который до этого стоял в стороне, внимательно наблюдая за своей девушкой, внезапно делает шаг вперед.
— Погодите, парни... У меня есть идея. Врач, будьте готовы, сейчас самый подходящий момент.
Он подходит к Сомми, перекрывая ей обзор на медсестру. Его взгляд серьезный, но в глубине глаз пляшут искорки.
— Джинни, никакие шутки сейчас не по...
Он не дает ей договорить. Хёнджин обхватывает её лицо ладонями и неожиданно целует её . Это не просто быстрый чмок — это глубокий, нежный поцелуй, который заставляет весь мир вокруг Сомми исчезнуть. Все звуки больничного кабинета, запах антисептика и страх растворяются.
В ту же секунду, пока она пребывает в состоянии приятного шока, медсестра делает быстрый укол.Хёнджин медленно отстраняется, его лоб упирается в её лоб.
— Всё. Уже всё закончилось.
Сомми моргает, переводя взгляд на свою руку, где уже наклеен пластырь с мультяшным героем.
— Ты... ты это специально?
— О-о-о! Хван Хёнджин, ты играешь не по правилам! Это была запрещенная техника отвлечения!
— Зато сработало. Она даже не дернулась.
После съемок, когда все разъехались, Хёнджин уговорил менеджера отпустить их прогуляться. Ночной город окутан синими тенями и яркими вывесками.Они идут по пустынной набережной. На Сомми снова то самое худи Хёнджина, а он крепко держит её за руку, пряча их переплетенные пальцы в кармане.
— Ты меня сегодня очень сильно выручил. Но я всё равно немного злюсь, что ты сделал это при всех.
Хёнджин останавливается под светом фонаря и притягивает её к себе
— Я просто не мог видеть, как ты мучаешься. Моя идея была единственным способом вытащить тебя из той паники.
Он аккуратно целует её в висок, а затем они просто идут дальше, обсуждая всякие глупости. Хёнджин покупает ей горячий шоколад в круглосуточном кафе, и они долго сидят на скамейке, глядя на отражение огней в воде.
— Знаешь, кажется, теперь уколы у меня будут ассоциироваться не с болью, а с тобой.
— Значит, план сработал идеально. Но в следующий раз давай обойдемся без шприцов, ладно? Просто поцелуи мне нравятся больше.