7• Первый шаг.
Вечерний воздух Коктебеля был прохладным и густым, от него доносился запах соленного моря. Мы шли по набережной залитой тусклым светом фонарей. Киса шел впереди, как вождь, а мы с Вишней сзади. Иногда он оглядывался на нас, когда слышал интересную тему в нашем разговоре и не упускал момент вставить свои пять копеек. А иногда просто молча оглядывался, будто проверяя не ушли ли мы.
«Он думает, что ведет нас. Но на самом деле он ведет меня к своей погибели» – усмехнулась я у себя в мыслях.
На набережной ветер гнал мелкую рябь по воде, а вдалеке, ближе к скалам, действительно горел костер. Небольшой, почти догорающий, но вокруг него сидели несколько человек.
– О, наши, — Вишня ускорила шаг.
Приблизившись я увидела трех парней, которые разговаривали между собой.
– Опа, Кисуля пришел, — заметил Кису темноволосый парень, который на вид был старше всей компании.
– Здорóва, — он обменялся рукопожатием с каждым из парней, – Че кисните? Я вам тут пополнение привел, — он самодовольно улыбнулся и указал рукой на меня, – Знакомьтесь, Вишню знаете, а это Эффи. У нее зубки острые, так что смотрите, чтоб не укусила.
Вишня тем временем объятием поздоровалась с каждым из компании, было видно, что они знакомы давно.
Я подошла ближе к огню, и пламя согрело моё лицо, в то время как три пары глаз были уставлены на меня.
– Это Мел, – Киса указал на короткостриженного парня в пальто и коричневом шарфике. Взгляд у него был более чем задумчивый. Он коротко кивнул мне.
– Это Гендос, — парень, который мне показался самым старшим из компании, великодушно улыбнулся мне. Появилось ощущение, что у него добрая душа.
– А это Хенк, — парень с чуть вьющимися блондинистыми волосами подкидывал палки в костер, он помахал мне свободной рукой.
– Эффи, значит? — вопросительно посмотрел на меня Мел, – Из Москвы?
– Из ада, — я усмехнулась, – Но, признаюсь, у вас здесь получше. Тут хотя бы звезды видно.
Я подняла взгляд к небу, а остальные повторили за мной. И вправду на темном полотне находилось куча маленьких далеких огней. А после все взгляды вновь вернулись на меня. Киса в то время ухмылялся, видимо, ему понравился мой ответ.
– Тогда добро пожаловать в наше чистилище, — добродушно улыбнулся Гена, отпивая пиво, – У нас тут, конечно, не столица, зато черти посимпатичней будут.
– И дрова дешевле, — добавил Хенк, вновь подбрасывая палки в костер,
– Слушай, Эфф, а в твоем «аду» все такие... колючие, или просто нам так повезло?
– Нам повезло, Хенк, — ответила за меня Вишня, – У нее это в крови.
В такой шумной компании мы и сидели. Честно, мне даже нравилось с ними. Но признаться в этом я пока не готова. Парни смешно шутили, Киса рассказывал очередную «не выдуманную историю, о которой невозможно молчать». А потом к делу подошли и зефирки, которые мы все дружно стали поджаривать на костре и есть, запивая это всё дело пивом.
– Ну чё, Эффи, страшно в нашей глуши? — спросил Кислов, протягивая мне бутылку пива.
– Пока не очень, — я пожала плечами,
– Бывало и похуже.
Киса усмехнулся, а после достал пачку сигарет. Чапман с вишней. Я, конечно, больше люблю К.Риттера с виноградом, но если выбирать чапман то, наверное, я бы выбрала с ванилью.
– Куришь, лисица? – спросил он глядя на меня.
Без слов я взяла у него из пачки одну сигарету. Мои пальцы больше не дрожала в присутствии врага рядом. Наоборот, я чувствовала себя крайне спокойно.
– Только я Риттена больше люблю, — я чиркнула его зажигалкой.
Огонек вспыхнул, освещая моё лицо и его глаза. Он смотрел на меня с азартом ещё не зная, что я – та самая крыса, которая заберет у него все завтра. А я смотрела на него и думала:
«Прости, Ванька, из детских воспоминаний. Тот мальчик, который хотел на меня жениться давно уже не такой, каким был раньше. А эта девочка хочет просто выжить.»
Я глубоко затянулась, пропуская едкий дым сквозь легкие, и выдохнула его тонкой струйкой. Аромат вишневого табака смешался с запахом соленного моря и костра. Было странно, почти нереалистично сидеть с ним, вместе курить сигареты и играть роль равнодушной гости, когда внутри все горело от предвкушения.
Костер начал затухать, бросая последние оранжевые отсветы на наши лица, и было принято дружное решение пойти прогуляться. Поднявшись, я кинула окурок в догорающий костер и вместе со всеми двинулась на встречу приключением. Пиво уже добавило легкий градус к нашей атмосфере, от чего парни стали громче смеяться, а Вишня, обняв Хенка за шею, начала что-то напевать.
Мы отошли от набережной и углубились в переулки. Город ночью менялся. Здесь, вдали от ярких огней, он становился тише и загадочнее. Рядом со мной шел Хенк и рассказывал про город.
– Вот это старые кварталы, Эфф, — его голос звучал чуть громче, чем нужно для такой тишины, – Тут каждый камень помнит сто историй! А вот эта лестница.. — он указал на крутую, почти разрушенную лестницу, уходящую куда-то вверх, – Говорят, что по ней только влюбленные ночью ходят. Ну, или те кому лень обходить.
Я слушала его, иногда кивала, иногда улыбалась. Хенк был милым, совершенно беззлобным. Его истории, возможно, немного приукрашенные, помогали мне получше узнать город. Я впитывала детали: куда ведут эти узкие проходы, где кончаются тупики, как расположены дома. Мой мозг, даже под легким влиянием алкоголя, продолжал работать выстраивая карту местности.
Мел шел рядом с нами, иногда добавляя что-то свое в рассказы Хенка. Позади нас шли Гена, Киса и Вишня, они тоже болтали о чем-то своем, но больше всего я слышала смех Вишни — громкий и беззаботный. Киса небрежно перекидывался с ней колкостями, а Гена ржал и тоже добавлял что-то.
Мы свернули в ещё один узкий проулок, и вдруг остановились у каменного парапета, за которым открывался вид на другую часть бухты. Здесь было совсем темно. Мой взгляд устремился в чёрное море, в котором отражались звезды. Воздух стал чище, свежее и пах морем. Отсюда доносился лишь шум прибоя, такой умиротворяющий, что на секунду мне показалось, будто я могу раствориться в этой темноте.
– Вот сюда я люблю приходить, когда хочется тишины, — пробормотал Мел, кутаясь в шарф.
Я уперлась руками в парапет, наблюдая, как волны с шумом бьются о скалы. Позади послышались голоса, ребята нас нагнали.
– Нравится? — аккуратно подошла ко мне Вишня.
– Нормально, — хмыкнула я. Не люблю приукрашивать. Да, завораживает, но в своей жизни я повидала не мало мест, в которых все выглядело и получше и похуже. Поэтому чувства потихоньку притуплялись.
– А чё не ахуенно? — с улыбкой подошел Ваня.
– Ахуенно будет когда я высплюсь, — усмехнулась я и оттолкнулась от парапета, – Поздно уже.
Вишня глянула в телефон и закивала:
–Точно, пошли.
С парнями мы обменялись парой прощальных фраз и удалились.
– Эффи.
Я обернулась. Это был Киса. Он также стоял с парнями, только те общались о своем, а он смотрел на меня. Его руки были сунуты в карманы, на лице опять играла улыбка.
–Чего?
– Ничего, — он усмехнулся, – Просто интересно, надолго ли ты тут.
Я фыркнула.
– Посмотрим. Спи спокойно, Киса, — я развернулась и пошла дальше.
– Ты тоже, лисица, — крикнул он мне в спину.
Вишня шла рядом, молчала. Мы свернули за угол и только тогда она спросила, протягивая мне сигарету:
– Ну как тебе компания?
– Нормально, — я взяла сигарету из её рук, — Забавные.
– Киса сегодня странный, — Вишня покосилась на меня, – Обычно он на новых людей внимания не обращает.
– Мне все равно, — я прикурила,
–Пойдем быстрее, спать хочу.
До дома мы дошли быстро. Лифт поднял нас на последний этаж, и Вишня ушла в ванную, бросив на ходу:
– Я первая.
Я зашла в свою комнату, кинула сумку на стул. Достала телефон, сообщение все также висело перед глазами.
Завтра. 23:00. Бухта.
Убрала телефон в карман.
Завтра все начнется.