Разбуди мой пепел

Утро после дня рождения Адама началось не с тренировки, а с того, что Эвелин обнаружила у своей кровати... тапочки с подогревом и стакан свежевыжатого сока. Адам стоял в дверях, скрестив руки на груди, и в его взгляде читалось: «Даже не думай тянуться за пистолетом без моего разрешения».
- Адам, я беременна, а не при смерти, - проворчала Эвелин, пытаясь встать. - Мне нужно на полигон, Кирилл обещал прогнать меня по полосе препятствий.
- Кирилл сейчас занят, - отрезал Адам, подходя ближе и мягко, но настойчиво усаживая её обратно. - Он изучает каталоги бронированных детских колясок с системой пожаротушения. На полигон ты пойдешь только в качестве зрителя. В удобном кресле. С подушкой.

Обед в главном особняке

Новость о наследнике достигла Дона Антонио и Марии быстрее, чем пуля вылетает из ствола. Когда команда прибыла на семейный обед, Дон встретил их, сияя ярче своего золотого перстня.
- Внук! - пробасил старик, обнимая Эвелин так осторожно, словно она была сделана из тончайшего венецианского стекла. - Мария, ты слышала? В нашем доме снова будет детский смех... и топот маленьких берцев!
Мария плакала от счастья, уже планируя детскую в нежно-голубых тонах, но Дон прервал её:
- Никаких голубых тонов, дорогая! Стены должны быть укреплены титановыми пластинами, а на окна мы поставим пуленепробиваемые стекла четвертого класса. Я уже отдал приказ инженерам разработать колыбель с датчиками движения и автоматическим сигналом тревоги на пульт Адама.
- Папа, может, еще турель на потолок поставим? - съязвил Джозеф, обнимая Софи.
- Хорошая идея, сын! Запиши, - серьезно ответил Антонио, и Джозеф поперхнулся вином.

Тренировочная база. Вечер.

Эвелин всё-таки прорвалась в спортзал, но то, что она там увидела, заставило её расхохотаться. Кирилл и Макс с крайне сосредоточенными лицами сооружали нечто странное.
- Что это? - Эвелин указала на конструкцию из стали и кевлара.
- Это прототип «Супер-Няни 3000», - гордо заявил Макс. - Коляска-вездеход. Полный привод, защита от химических атак и встроенный планшет с моими алгоритмами. Если кто-то подойдет к ребенку ближе чем на пять метров без распознавания лица - сработает электрошокер в ручке.
- И я добавил туда отсек для подгузников, который открывается только по отпечатку пальца Адама, - добавил Кирилл, вытирая пот со лба. - Безопасность превыше всего, Эви!
Эвелин покачала головой, чувствуя, как в груди разливается тепло. Эти суровые мужчины, привыкшие к крови и пороху, теперь всерьез обсуждали мягкость обивки для младенца.

Тень в ночи

Однако идиллия длилась недолго. Пока команда смеялась на кухне, обсуждая, кто будет учить мелкого стрелять первым, в подвале базы ожил один из скрытых серверов Макса.
На экране всплыло зашифрованное сообщение из темной сети. Короткое, как выстрел:
«У дьяволов появилось слабое место. Плод созреет к весне. Начинаем сбор урожая».
Макс, зашедший за банкой газировки, замер, увидев красный мигающий индикатор. Его лицо мгновенно стало белым. Он понял: их секрет перестал быть секретом. Кто-то из выживших наемников Легиона или конкурентов Дона узнал о беременности Эвелин и решил, что нерожденный ребенок - идеальный рычаг для давления на Адама и Кастеллано.
Макс быстро стер сообщение и закрыл доступ, но руки его дрожали.
- Кэп... - прошептал он в пустую комнату. - У нас проблемы.
Ночь в особняке была тихой, но для Макса она превратилась в цифровой ад. Он ворвался в кабинет Адама, когда тот изучал чертежи системы безопасности для детского крыла. Макс молча положил распечатку перехваченного сообщения на стол.
Адам прочитал строку про «сбор урожая» дважды. Его лицо не изменилось, но пальцы, сжимавшие ручку, хрустнули, и дорогой пластик лопнул, забрызгав чернилами карту острова.
- Кто? - коротко бросил Адам. Его голос был подобен звуку льда, трескающегося под ногами.
- Код зашифрован через прокси-серверы в Албании, но почерк... это «Синдикат Семи». Те, кто выжил после разгрома Легиона. Они знают, Кэп. Знают о сроке, знают о клинике. У нас в тылу крыса.
Адам медленно встал, подошел к окну и посмотрел на сад, где в лунном свете виднелась фигура Эвелин - она сидела на качелях, медленно покачиваясь.
- Ей ни слова, Макс. У неё только начал проходить токсикоз, она начала спать по ночам. Если она узнает, что наш ребенок - цель, она снова наденет бронежилет и пойдет вырезать города. Я не допущу этого.
- Но Кэп, она заметит! Ты не умеешь врать ей! - прошептал Макс.
- Я не буду врать. Я буду действовать. Собери Кирилла и Джозефа в подвале через десять минут. Втайне.
Час спустя. Окраина Палермо.
Адам, в черном худи с накинутым капюшоном, встретился с информатором в вонючем переулке за рыбным рынком. Он был один, без привычного сопровождения команды, решив разобраться с «крысой» лично и быстро.
- Говори, где они прячут связного, - Адам прижал информатора к кирпичной стене так, что у того затрещали ребра.
- Я... я не знаю... Слышал только про старую верфь... Адам, отпусти, у меня семья!
- У меня тоже, - прорычал Адам, и в его глазах блеснула такая тьма, что информатор едва не лишился чувств.
Чего Адам не знал, так это того, что в тридцати метрах, в тени старого фургона, замерла тонкая фигура. Эвелин приехала сюда на такси, заподозрив неладное еще тогда, когда Адам слишком резко закрыл ноутбук при её появлении.
Она стояла, прижав руку к животу, в котором уже теплилась новая жизнь, и чувствовала, как внутри закипает холодная ярость.
«Пытаешься защитить меня, Адам? Снова решаешь за двоих?» - подумала она, проверяя запасной магазин своего «Глока».
Она видела, как Адам отпустил информатора и направился к своей машине. Эвелин не стала его окликать. Она знала: если он идет на верфь один, значит, там пахнет большой кровью.

Верфь «Ла Вела». 02:30.

Адам вошел в заброшенный цех через крышу. Он двигался как тень, ломая шеи часовым раньше, чем они успевали вскрикнуть. Он искал того, кто отправил письмо.
Но на центральной площадке, под светом одинокой лампы, его ждал сюрприз. Стул, на котором сидел связанный связной Синдиката, и... Эвелин, которая стояла рядом, лениво прислонившись к железной балке и играя своим боевым ножом.
- У него был передатчик в зубе, Адам, - не оборачиваясь, сказала она. Её голос был ровным, но в нем вибрировала угроза. - Я выбила его пять минут назад. Ты опоздал.
Адам замер, выходя из тени.
- Эвелин... Ты должна быть в постели.
- А ты должен был рассказать мне правду! - она резко развернулась, и в её глазах Адам увидел то, чего боялся больше всего: возвращение «дьявола». - Ты думал, я буду сидеть дома и вязать пинетки, пока за моим ребенком охотятся? Ты забыл, кто я?
- Я хотел, чтобы ты была в безопасности! - Адам шагнул к ней, пытаясь обнять, но она выставила руку, останавливая его.
- Безопасность - это когда враг мертв, а не когда жена в неведении. Мы работаем вместе, Адам. Или я ухожу из этого дома и решаю проблему своими методами. Выбирай.
Адам посмотрел на неё - бледную, решительную, с едва заметно округлившимся животом под курткой - и понял, что проиграл.
- Хорошо. Вместе. Но ты сидишь в машине, пока я зачищаю периметр.
- Посмотрим, - усмехнулась Эвелин, передергивая затвор. - Кстати, связной сказал, что заказ пришел не извне. Заказ пришел изнутри клана Кастеллано.
Адам замер. Если это правда, то свадьба Марии и Дона была лишь началом большой игры, где призом была жизнь их будущего ребенка.