Лимитент

– Начало было хорошим. Но потом тебе не хватило уверенности? Почему ты позволил Максу занять твое место? – с криком спрашивал главный инженер.

– Мы с Ландо ехали рядом на одной скорости. Я мешал ему проехать дальше, – ответил Оскар, немного опуская взгляд на пол.

– Когда вы ехали рядом, вас никто не мог обогнать. Это было ваше преимущество! У меня нет слов, Оскар. Ты должен был показать себя лучше. На тестах ты блистал. Что с тобой сейчас? – встав над сидящим Оскаром, спросил мужчина.

Оскар молчал. Главный инженер, разочарованно вздохнув, ушел, оставив Оскара с другими членами команды, которые вскоре занялись своими делами. Оскар остался один.

– Что со мной? Хороший вопрос, – прошептал он самому себе и направился принимать ледяную ванну.

На тестах Пиастри действительно был лучше, чем сегодня в гонке. Никто не понимал, в чем дело. Но только Оскар знал, что причина была в том, что он ехал на одной трассе с Ландо.

Ледяная вода ожогла кожу, но Оскар едва это почувствовал. Он погрузился в нее, пытаясь смыть не только усталость, но и то странное чувство разочарования, смешанное с обидой, которое его терзало. Он знал, что главный инженер прав. На тестах он был быстр, уверен, сосредоточен. А сегодня... сегодня он был лишь тенью самого себя.

Он вспоминал те моменты на трассе, когда он ехал рядом с Ландо. Это было не просто ехать параллельно. Это было ощущать его присутствие, его ритм, его намерение. Казалось, они стали единым целым, два болида McLaren, несущихся по треку, как одно целое. Но в тот момент, когда он понял, что может обогнать, он замешкался. Не потому, что не мог, а потому, что не хотел. Не хотел мешать Ландо, не хотел рисковать, не хотел нарушать эту хрупкую гармонию.

Но какой ценой? Ценой пятого места. Ценой разочарования команды. Ценой слов главного инженера.

Он вылез из ванны, ощущая, как мышцы начинают ныть от напряжения. Обернувшись, он увидел, что в его комнате кто-то есть. Это был Ландо. Он сидел на краю кровати, одетый в свою гоночную одежду, и просто смотрел на него.

– Тебе, наверное, нужно было что-то сказать, – произнес Оскар, пытаясь вернуть себе хоть немного самообладания.

Ландо кивнул, его взгляд был серьезным, но в нем не было осуждения.
– Я видел. То, как ты ехал. То, как ты отступил.

Оскар замер, не зная, что ответить.

– Ты мог обогнать, – продолжил Ландо. – Ты имел все шансы.

– Я... – Оскар запнулся. – Я не хотел тебе мешать.

Ландо встал, подошел ближе. Он не смотрел на Оскара, но его слова звучали очень искренне.
– Оскар, мы в одной команде. Но мы и соперники. На трассе каждый сам за себя. Если ты не используешь свой шанс, чтобы выиграть, ты не только подводишь себя, но и команду. И меня.

Его голос стал тише, в нем промелькнула какая-то нотка... разочарования? Или чего-то другого?

– Я знаю, что ты здесь из-за меня, – признался Оскар. – Я не хотел...

– Не думай об этом, – перебил его Ландо. – Дело не во мне. Дело в тебе. Ты быстрый. У тебя есть талант. Но тебе не хватает... агрессии. Агрессии победителя. Ты должен хотеть победить больше, чем что-либо другое. Больше, чем комфорт, больше, чем чье-либо одобрение.

Он посмотрел Оскару прямо в глаза.

– Спасибо тебе, Ландо, – произнес Оскар. На секунду он заметил, что больше не чувствует сильного стеснения при разговоре с Норрисом. Пиастри чувствовал себя более уверенно, потому что Ландо тоже шел ему на контакт и, казалось, хотел помочь ему вырваться вперед и стать чемпионом вместе с ним. – В следующий раз не буду глупить.

После этих слов Оскара Ландо положил руку на его плечо и сказал:
– Когда меня обгонял Макс, ты был нужен мне. Вместе мы бы не дали ему это сделать.