2 часть
– Привет, – ответил Ландо с легкой улыбкой. – Ты из один из младших?
– Да, я Оскар. Я... я видел тебя в коридоре пару дней назад.
Ландо кивнул.
– А, да. Я помню. Ты тогда с другом смеялся.
Оскар почувствовал, как его щеки снова покраснели.
– Да, это был Дин. Мы... мы часто так.
– Понятно, – Ландо пожал плечами. – Ну, удачи тебе на тренировках.
Он повернулся и направился к выходу, оставив Оскара стоять в полном замешательстве. Это было не совсем то, чего он ожидал. Но даже этот короткий разговор, эта мимолетная улыбка Ландо, оставили в его душе неизгладимый след.
С того дня Оскар стал чаще ходить на тренировки по картингу, надеясь снова увидеть Ландо. Иногда им удавалось перекинуться парой слов, иногда – просто обменяться взглядами. Каждый такой момент был для Оскара на вес золота. Он начал изучать Формулу-4, следить за выступлениями Ландо, узнавать о нем все, что только мог.
Дин, конечно, заметил перемены в друге. Оскар стал более задумчивым, часто витал в облаках. Он пытался расспросить его, но Оскар лишь отмахивался, не желая делиться своими чувствами. Он боялся, что Дин не поймет, или, что еще хуже, будет смеяться над ним.
И вот, спустя два года, Ландо Норрис, тот самый старшеклассник, который так сильно запал в душу Оскару, покинул школу. Он уехал, чтобы полностью посвятить себя гонкам. Для Оскара это стало настоящим ударом. Он потерял не просто объект своей юношеской влюбленности, но и человека, который, как ему казалось, мог бы стать кем-то большим.
Именно поэтому Оскар в последнее время был таким странным. Выпуск Ландо из школы действительно "потушил" его, оставив после себя лишь горькое послевкусие несбывшихся надежд и невысказанных чувств. Он все еще помнил тот день, когда впервые увидел Ландо, и каждый раз, когда вспоминал его зеленые глаза, сердце сжималось от тоски.
Вернёмся в настоящее время.
– Отвали, Дин, – процедил Оскар, скрестив руки на груди и хмурясь так, что брови почти сошлись на переносице.
– Я не могу поверить, что это просто совпадение. С тех пор как Ландо ушел из твоей жизни, ты стал чужим, Оскар. Забудь об этом. Это была всего лишь школьная влюбленность, не более.
– Дин, я не могу его забыть... Он словно заноза в сердце. К тому же, судьба будто нарочно сталкивает нас на тренировках по картингу.
– Ах, да, точно... Он же еще и гонщик в Формуле 4, верно?
– Дин! Он был там, когда я едва перешел в седьмой класс. Я и сам уже давно в Формуле 4. А он – в Формуле 3. Из-за этого наши пути редко пересекаются. У него впереди еще Формула 2 и, наконец, Формула 1. Я никогда не смогу догнать его, чтобы хоть мельком увидеть... Он для меня – недостижимая звезда.
– Ха-ха-ха, смешно сказал! – звонко расхохотался Дин, за что тут же получил недовольное шиканье от учителя. Оскар лишь скривил губы, не находя в себе сил реагировать на бесчувственность закадычного друга. Дин будто был вылеплен из другого теста – он просто не мог постичь, что творилось в душе Пи.
Уроки стихли, и Оскар с Дином двинулись в сторону дома. Их путь лежал в одном направлении. Возле дома Оскара они остановились, чтобы попрощаться, встав друг напротив друга.
– До завтра, – с грустной усмешкой произнес Дин, протягивая руку. – Надеюсь, завтра за парту вернется прежний, жизнерадостный Оскар.
Оскар знал, что это лишь очередная колкость от друга.
– Угу. Пока, – отозвался он, пожимая руку и скрываясь в подъезде.
Дома Оскар пообедал и успел немного позаниматься, предвкушая тренировку. Отложив пару заданий на вечер, Пиастри собрался. Выскользнув из дома, он направился к остановке. Там уже покачивался на холостом ходу автобус. Запрыгнув в салон, Оскар поехал навстречу картингу.