Глава четырнадцая
Прошло менее двадцати минут. Позади послышался легкий скрежет двери, а после размеренные шаги. Не было сомнений, что перед ней появится Витя. Волосы были чуть взъерошены, глаза в кучу, а дыхание сбито.
— Неужели решил устроить себе пробежку? Не бережете себя, Виктор Палыч, — ехидно улыбнулась Алиса и уставила взгляд исподлобья.
— Ты как всегда очень любезна, — он резко оставил соседний стул в сторону и сел ближе. — Ты плакала что ли? — Ему хватило одного взгляда, чтобы понять: с ней что-то не так.
— Да, по тебе любимому и родному страдаю тут, — для убедительности она всхлипнула носом и уставилась в окно.
— Аронова, не пизди. Че случилось, — он убрал ее ладони с лица, двумя пальцами придерживая за подбородок.
— Нормально со мной все, — девушка отмахнулась. — Давай перейдем к делам.
— Нет, пока ты не расскажешь, что произошло. — Витя продолжил стоять на своем, а девушка в миг поменялась в лице возвращаясь к тому странному звонку.
Сейчас она смотрела в чисто голубые глаза, понимая, что не имеет даже малейшего шанса быть с ним. Судьба написана по-другому, им не суждено быть вместе. Он для другой создан, той, что сейчас в другом времени и сидит, сгорбившись над ее кроватью, тихо плача.
— Саш, ты так из-за Белого загналась что ли? — Его взгляд стал более мягче.
— Вить, — она нова отмахнулась. — Давай потом. Работы много, тебе моей соломы до кучи еще не хватает. Через час у меня встреча с Фарой, а ты обещал супер пупер план, — Пчелкина на имени друга словно ушат воды вылили. Плечи передернуло, а губы были сжаты.
— Ну ладно, — голос осип. — Что мы имеем.
— Имеем двух бодающихся баранов. Никто друг другу не уступит и оба против семей своих не пойдут, но товар нельзя впускать к нам, ни при каких обстоятельствах.
— Тебя напрягает только товар?
— Да, Вить... — Алиса устало провела ладонью по лицу. — Я не могу смотреть на то как Космос тупеет на этой дряни. Он же со дня на день с собой что-нибудь сделает. Человек невменяем.
— Это бизнес, Аронова. Здесь иначе ни как, — взгляд отрешенный, голос глубокий, словно в горло песок насыпали, от этого слышалась хрипотца.
— Ах, ну если бизнес, тогда конечно. Будем хитрить. Соглашаемся на эту хуйню, но с мелким шрифтом в документах для выгоды Белого. Овцы целы и волки сыты. Только к концу года даже школьник будет сидеть игле, — вымолвила Алиса на одном дыхании.
— Слишком замудрила. Товар элитный. Пойдет только в высшие слои. От предпринимателей до органов и выше. К школьникам это точно не просочится.
— Слишком самоуверенно, — оба смотрели друг на друга испепеляюще, но больше никто ничего не говорил. Витя пробубнил себе под нос еле различимые фразы.
— Саш, в таком темпе мы работать не сможем, ты же понимаешь?
— Ладно... — Она выдохнула. — Буду третьим лицом во всей этой истории.
— В смысле? — Удивился Витя.
— Белый послушает меня в любом случае. Тут он мне доверять может. Осталось обработать Джураева, а это дело техники, — она пожала плечами, отпив остывший кофе.
— Забыл, ты же у нас в это мастер. — Прыснул Пчелкин.
— Объяснись.
— Признайся, Аронова, что ты тупо пользовала меня для своих махинаций, — он привстал, что прыснуть ядом прямо в лицо, шепотом. Лицо ее в миг покраснело от злости и обиды. Кого угодно, но не его точно. Да и зачем им пользоваться. Плоды авторитета приносят ее мозги, а не украшение в виде Виктора Пчелкина.
— Считай, что я совершила ошибку, когда прыгнула к тебе в постель. Признаюсь, ты тогда был на твердую тройку, — Алиса приблизилась к нему еще сильнее. Со стороны выглядело будто они готовы были вот-вот поцеловать, но на деле... На деле играли. Кто сделает больнее друг другу.
— Был бы я настолько плох, ты бы не стонала и не молила. Впервые слышал настолько громкие стоны. Пару раз, думал оглохну, — Витя самодовольно ухмыльнулся, а у Алисы готов был пойти пар из ушей.
— На меня никто не жаловался до тебя, а ты видимо стареешь. С Алинкой уже сколько за ручку ходишь, а она не дает. Обидно, наверное, да?
— Она по умнее некоторых будет. Чем сложнее девушку затащит в постель, тем интересней. С тобой все было гораздо проще. Цветочки, прогулки и все.
Болезненный укол в районе груди. Лучше бы он ее называл глупой, но никак легкодоступной. Спустя время до Вити дошел смысл сказанных им слов.
— Саш... — он взял ее за руку, но та вывернулась.
— Не трогай меня. — Взгляд отрешенный, полный обиды. — Думаю кофе в состоянии оплатить, — она развернулась на пятках и пошла прочь, но около выхода развернулась. Подошла медленно, нежно посмотрела на когда–то бывшего возлюбленного, со всей, дури влепив пощечину.
— Значит так, Пчела. Сделаем вид, что я ничего не слышала, отец тебя прикопает. С этого момента у нас чисто деловые отношения. Прикасаться ко мне не смей, пущу пулю в лоб без предупреждения. Не пиши, ни звони. Считай, я для тебя призрак прошлого. Забудь нашу ночь и про меня забудь, — на глазах навернулись слезы. Теперь она имела права уйти. Последнее слово было сказано за ней.
Дверь за ней закрылась слишком тихо. Окружающая обстановка будто тоже замерла. Не разговоров, ни звуков приборов. Щека еще горела после пощечины, но он будто не чувствовал. Только слова, каждое – как выстрел. Он провел ладонью по волосам и глухо выдохнул
— Блядь... — Стол перед ним вдруг стал тесным. Пространство – душным. Он откинулся на спинку стула, закрыв глаза на секунду.
Перед ним – она. Слезы, которые она пыталась удержать. И этот взгляд, не злой, а скорее больной.
Позвонить? Она не ответит, сжал трубу сильнее в руке, сам не понимая, от куда она взялась и убрал обратно.
— Сама виновата, — но голос прозвучал неуверенно.
Снаружи Алиса шла быстро, не разбирая дороги. Накаленный воздух от асфальта бил по лицу, которое было и без того красным от слез. Она обняла себя за плечи, пытаясь удержать бурю внутри себя.
— Дура...
Но назад дороги не было. Впереди ее ждал долгий вечер. Как по желаю волшебной палочки телефон издал неприятную трель. Она остановилась, чтобы перевести дыхание. Руки тряслись, взгляд расфокусирован. С раза третьего она смогла принять входящий вызов.
— Да...
— Александра Ивановна, — бодро отозвался Фара. — Я приехал, а ваши коллеги говорят мне о том, что вы ушли, но обещали вернуться.
— Ах, да. Фар, я тут недалеко... — Мысли лихорадочно перебирали варианты. Вернуться – значит столкнуться с вопросами, с взглядами и с ним...
— Саш, все хорошо? — Осторожно спросил он после продолжительной паузы.
— Да, я тут просто на себя кофе пролила. — Быстро нашла отмазку. — Сможешь приехать через час к дому Белого. Я как раз успею себя в порядок привести.
— Без проблем, согласился Фархад. — До встречи.
— Пока.
Алиса скинула трубку. Стояла неподвижно, потом глубоко выдохнула.
Она вышла к дороге и начала ловить машины. Одна проехала мимо. Вторая, третья. Четвертая даже не притормозила, а пятая наконец остановилась. Стекло плавно опустилось, изнутри выглянула девушка, светловолосая с легкой улыбкой.
— Привет, куда подкинуть?
— Добрый вечер, Котельническая. Удобно?
— Прыгай.
Алиса села на переднее сидение, аккуратно закрыв дверь. В салоне пахло чем-то сладким – ванилью или кокосом. Играла тихая музыка, почти фоном. Машина плавно тронулась.
— Тяжелый день? — как бы между делом спросила незнакомка. Алиса усмехнулась уголком губ, глядя в окно.
— Можно и, так сказать.
— Видно, — спокойно ответила та. — Но ты держишься.
— Профдеформация.
— Пониманию, — девушка слегка улыбнулась, продолжив следить за дорогой.
Некоторое время ехали молча. Город за стеклом расплывался – огни, люди, витрины. Все чужое и далекое. Алиса машинально провела ладонью по лицу, проверяя – нет ли следов слез. Достала из сумки зеркальце. Поправила макияж, дыхание постепенно выровнялось.
— Почти приехали.
— Спасибо, — машина остановилась у нужного дома. Алиса потянулась за сумкой, достала деньги.
— Брось, — махнула рукой девушка. — Бывает.
— Спасибо, — дверь за ней захлопнулась.
Она осталась стоять у подъезда. Знакомый дом, окна. Глубокий вдох. Здесь нельзя быть слабой. Она выпрямилась, провела ладонью по волосам, будто стирая остатки эмоций. И зашла внутрь.