Глава 076.
Когда партитура была почти написана, от Чэнь Хуаня также пришли новости.
Владельца аккаунта «Попугай Энтертейнмент» зовут Чжан Игуан, он живет в небольшом уездном городке в провинции К.
Чтобы убедиться, что он не лжет, Чэнь Хуань отправил туда людей и за деньги напрямую получил все записи связи за последнюю неделю.
Их переслали на электронную почту Се Сыхэна.
Временной промежуток был довольно коротким, поэтому после просмотра удалось быстро вычислить человека, который связался с «Попугаем» через WeChat для публикации этого сообщения, но Цзи Янь не ожидал, что этот человек окажется крайне бдительным: он не раскрыл Чжан Игуану никакой личной информации в переписке, даже деньги Чжан Игуан забирал наличными в определенном месте.
Цзи Янь смотрел на историю переписки и невольно размышлял:
- Кто бы это мог быть?
Се Сыхэн рассудил:
- Это определенно кто-то из той толпы любовников Линь Цзэ.
Раскрытие дела Линь Цзэ утянуло за собой кучу народа, и он не ожидал, что в конечном итоге эта обида перейдет на Цзи Яня.
Эти слова напомнили Цзи Яню:
- Точно! И этот человек, скорее всего, еще и знает Чжун И.
Се Сыхэн сказал:
- Твой предыдущий альбом все уже давно забыли, и если это не Линь Цзэ проболтался, то это точно Чжун И.
Цзи Янь внезапно встал, выражение его лица было нетерпеливым:
- Нужно обязательно найти Чжун И!
Се Сыхэн поднялся вслед за ним, слегка нахмурившись:
- Но ведь Чжун И сбежал в Юго-Восточную Азию.
- Не говоря уже о Юго-Восточной Азии, даже если это Ботсвана, Камерун или Эфиопия, я обязательно его верну!
Се Сыхэн, видя, как он взволнован, почувствовал прилив горячей крови в груди:
- Хорошо!
В крайнем случае, придется, отбросив стыд, пойти просить старика из семьи.
Цзи Янь также отправил информацию о Чжун И своему старшему брату, который постоянно занимался проектами за границей, и попросил его помочь с поисками.
Цзи Янь думал о том, что история чата «Попугай Энтертейнмент» доказывает, что кто-то намеренно его подставил, а песни доказывают его творческие способности. Но если добавить к этому показания Чжун И, это также сможет доказать, что первоначальный владелец тела совершенно не знал о происхождении того альбома и понятия не имел об авторе песен по имени hhhh.
Студия «Тяньлань», создавшая альбом «Я люблю тебя», была незаконной маленькой звукозаписывающей мастерской, которая полностью следовала указаниям заказчика «Хаохэ», помогая Цзи Яню завершить этот альбом.
Что касается hhhh, то это был лишь вымышленный автор песен, созданный «Хаохэ» для перекладывания вины.
Но найти Чжун И было трудно, поэтому первоочередной задачей оставалось завершение песен.
Аранжировка первых пяти песен была в процессе, и ему оставалось только ждать.
Взглянув на стоящего рядом Се Сыхэна с белоснежным полотенцем на шее и полусухими волосами, Цзи Янь доброжелательно напомнил:
- Учитель Се, вы тоже устали, идите сначала домой отдохните.
Се Сыхэн согласно кивнул:
- Да.
Затем в выражении его лица промелькнуло некоторое затруднение:
- Но мне сейчас негде жить.
Цзи Янь удивился:
- Почему?
Се Сыхэн объяснил:
- Разве я не жил вместе с Чэнь Хуанем в «Шицзи Ипинь»? Из-за того, что я покинул шоу, он не позволяет мне вернуться и даже сменил пароль.
Цзи Янь тоже знал, что, хотя Чэнь Хуань большую часть времени проводил у своей девушки, можно было считать, что он жил с ним.
Однако он всё же засомневался:
- У вас только та одна квартира?
Се Сыхэн беспомощно улыбнулся:
- Откуда у меня столько денег.
Цзи Янь: ...
Ни единому слову, включая знаки препинания, нельзя было верить.
Се Сыхэн поднял глаза и огляделся вокруг, от потолка до пола, его голос звучал тихо, с оттенком сожаления:
- В этом доме есть и моя некоторая заслуга, могу ли я пожить здесь пару дней?
Какая там «некоторая заслуга» - Цзи Янь вспомнил, что от покупки квартиры до ремонта, от мебели до бытовой техники, от матрасов до постельного белья - за всё платил Се Сыхэн.
Первоначальный владелец тела не вложил ни копейки, въехал сразу на всё готовое и даже продал свою прежнюю квартиру за крупную сумму.
Уйти, оказывается, должен был он сам.
Под его ясным и полным надежды взглядом Цзи Янь медленно кивнул:
- Тогда живи.
Брови Се Сыхэна расслабились, он поднял уже погасший экран телефона:
- Я сначала спущусь вниз подзарядить телефон?
Цзи Янь махнул рукой.
Иди.
В этом доме живи как хочешь, и заряжайся где хочешь.
Се Сыхэн прошел в гостиную.
Он знал, что Чжун И важен для Цзи Яня, поэтому ему необходимо было позвонить старику.
Но, честно говоря, начать разговор было довольно трудно.
С тех пор как в 18 лет он ушел из дома, хотя в финансовом плане поначалу и зависел от семьи, а в плане связей негласно пользовался покровительством старика, уходя, он бросил резкие слова. Се Сыхэн был как мертвая утка *(упрямый, не признающий ошибок), и как бы трудно ни было, он никогда не просил о помощи.
За исключением ежемесячных дежурных расспросов о здоровье, отец и сын общались крайне мало.
Самое главное, что раньше, настаивая на разводе, он еще раз повздорил со стариком, и их отношения стали еще более натянутыми.
О невестке Цзи Яне старый господин Се знал немного, но что касается семьи Цзи, то развод менее чем через год был для него предательством.
Это нарушало главные табу бизнесменов, и он этого не допускал!
Когда старый господин Се увидел на дисплее входящий звонок от «Твари», его веселое настроение от разговора с женой мгновенно испортилось.
Мать Се знала, что если сын захочет найти её, он позовет её лично; раз уж он звонил отцу Се, значит, определенно было какое-то дело, поэтому она оставила отца и сына наедине.
Как только старик ответил, собеседник на том конце сразу начал с поручения:
- Пап, помоги мне найти человека.
От этого злость вспыхнула с новой силой.
Этот его единственный сын с самого детства был непослушным. Мало того, что он непременно хотел найти себе парня, так еще когда его просили унаследовать семейное дело, он настаивал на том, чтобы добиваться всего самому.
Чем бы ни заниматься, лишь бы не идти в кино сниматься.
Сниматься в кино тяжело, старик думал, что через 3 месяца тот соберет вещи и вернется домой, но не ожидал, что у него окажется столько путей; он снимался целых 5 лет и даже стал знаменитым.
Что же до того, какая это была слава, старика это не заботило.
Старый Се с силой затушил сигару в пепельнице и разразился тирадой в трубку:
- Какого человека искать? Кто тебе будет помогать? Где ты тут отца увидел?
Обрушив на него эти три вопроса в самую душу, старик заставил Се Сыхэна замолчать на несколько секунд, прежде чем тот смиренно произнес:
- Пап, у меня сейчас неприятности, я хочу попросить тебя помочь мне.
Старик холодно усмехнулся:
- Помочь тебе? С чего бы мне заботиться о том, жив ты или сдох!
Се Сыхэн прямо спросил:
- Тогда тебе и на жизнь твоей невестки наплевать?
Старый господин Се опешил:
- Невестка? Чушь собачья! Откуда у меня невестка? Разве вы не развелись?
До этого он слышал, что Се Сыхэн и Цзи Янь уже ходили в бюро по гражданским делам разводиться.
Старый господин Се тогда на месте разбил две чашки из сине-белого фарфора и 2 часа ругался перед матерью Се. Он проклинал всех предков Се Сыхэна до восемнадцатого колена. Из-за чего мать Се не знала, стоит ли его успокаивать или нет.
Се Сыхэн лениво и равнодушно ответил:
- Договорились на год, как бы мы развелись.
Старый господин Се застыл, услышав это:
- Не развелись?
Раньше он сам вопил, что не может выносить Цзи Яня, и требовал развода даже через суд, а теперь почему всё изменилось?
Се Сыхэн давно это предугадал и спокойно сказал:
- Не веришь - я включу видеосвязь.
Как только видео включилось, старый господин Се действительно увидел, что тот сидит на диване в гостиной их общего дома для новобрачных.
Значит, не развелись.
Эта вилла была куплена как дом для новобрачных, когда они поженились.
Для старика не имело значения, был ли это формальный союз или брак по контракту на один год.
Это был первый брак его сына, и всё должно было выглядеть достойно.
Эта вилла - от покупки и ремонта до мебели и бытовой техники, от матрасов до постельного белья - была полностью оплачена стариком.
Думая о том, что сын будет здесь жить, он когда-то внимательно, много раз осматривал каждую деталь этого дома и помнил всё очень отчетливо.
- Что случилось с Цзи Янем? - Старый господин Се никогда не следил за новостями шоу-бизнеса, читая только финансовые разделы.
- Подставлен плохими людьми.
Старый господин хлопнул по столу и вскочил:
- Кто? Кто это смерти ищет!?
Се Сыхэн отправил информацию о Чжун И. На видео старый господин посмотрел с затруднением:
- Он сбежал за границу, как его искать?
Видя, что старый господин все еще колеблется, Се Сыхэн слегка нахмурил брови и позвал:
- Па-ап...
Протянутый и смягченный звук в конце заставил руку старого господина Се, державшую телефон, неконтролируемо дрогнуть.
Тон сына на другом конце видео был решительным:
- Мне все равно, ты обязательно поможешь мне найти человека до завтрашнего дня.
Старый господин Се: ... Сын, который в 18 лет в период бунтарства ушел из дома, чтобы смело ворваться в индустрию развлечений, который никогда не связывается первым без причины, высокомерный, крутой, ненавидящий мир и холодный, на самом деле оказался мастером капризов *(человек, который ведет себя по-детски/ кокетливо, чтобы вызвать симпатию или добиться своего)?
Цзи Янь ждал дома до 5:30 вечера, и как раз собирался поесть, когда Хэ Гуан прислал сообщение:
[Можешь приходить.]
Хэ Гуан связался с четырьмя музыкальными студиями, распределив песни между ними, к тому же партитуры, написанные Цзи Янем, были очень четкими, поэтому все прошло во много раз быстрее, чем обычно.
Теперь все 5 фонограмм были уже у него в руках, ожидая лишь вокала Цзи Яня, чтобы вдохнуть в них душу.
Цзи Янь ответил ему на сообщение:
[Буду через полчаса.]
Поесть он уже не успевал.
Цзи Янь взял свой блокнот и быстрым шагом направился к выходу.
Се Сыхэн как раз наливал ему суп и быстро спросил:
- Куда ты? Я пойду с тобой.
Цзи Янь: ...
Почему этот человек не только прицепился как колючка, от которой не избавишься, но и ведет себя как хвостик?
Увидев, что тот поставил миску и последовал за ним, Цзи Янь остановился и серьезно указал пальцем:
- Будь паинькой, отдыхай дома.
Се Сыхэн: ?
Будь паинькой?
Снова раскомандовался?
Студия Хэ Гуана так и называлась - «Студия Хэ Гуана», это была студия звукозаписи с самым топовым оборудованием в городе S, расположенная в офисном здании.
Это было одно из тех мест, куда мечтали попасть бесчисленные певцы.
Цзи Янь специально сделал несколько лишних кругов на машине, чтобы убедиться, что за ним не следуют папарацци, и только после этого вошел в студию.
В студии, где стены, потолок и пол были чисто-черного цвета, Хэ Гуан спорил со звукорежиссером студии Ван Анем.
Ван Ань и Хэ Гуан сотрудничали много лет и работали в полной гармонии. Но сегодня вечером он должен был отстаивать свою правоту.
- Хэ Гуан, просто скажи мне! Как можно записать 5 песен за одну ночь? Кто может за одну ночь хорошо спеть 5 песен? Не получится ли из этого, черт возьми, 5 куч дерьма?
Хэ Гуан спокойно произнес:
- Ты сначала подготовься, а там видно будет.
- Я, черт возьми, подозреваю, что у этого человека даже текста песни еще нет! Если бы не тот факт, что эти партитуры написаны очень хорошо, я бы, черт возьми, ни одной песни не стал записывать!
Учитель Ван был дотошен в работе, но обладал грубым характером, и «черт возьми» было его единственным междометием.
Ван Ань изначально выражал сильные сомнения по поводу записи пяти песен за ночь, а когда вошедший мужчина снял маску и открыл свое лицо, его выражение лица и вовсе резко изменилось.
- Черт возьми, Хэ Гуан, не говори мне, что эти песни принадлежат Цзи Яню?
Зная, что тот определенно будет решительно против, Хэ Гуан намеренно не говорил Ван Аню о происхождении песен заранее, и только сейчас сухо объяснил:
- Они Цзи Яня.
- Цзи Яня? Не верю! Это все... - Ван Ань хотел было сказать «это все плагиат», но, видя виновника перед собой, проглотил слова обратно.
Но Цзи Янь уже понял вторую половину фразы и улыбнулся:
- Они все мои, и никакого плагиата.
Ван Ань издал легкий смешок и промолчал.
Ван Ань считал, что Хэ Гуан сошел с ума. Какая сейчас репутация у Цзи Яня снаружи? Он действительно собирается помогать Цзи Яню записывать песни в такой ответственный момент? Он хочет связаться со словом «плагиат» и испортить свою репутацию?
Ван Ань стоял в стороне, скрестив руки на груди, и даже не смотрел на людей, явно демонстрируя отказ от работы.
Хэ Гуан мельком взглянул на Цзи Яня:
- Я помогу тебе записать.
Цзи Янь кивнул:
- Хорошо.
- Давай сначала послушаем аккомпанемент. - Хэ Гуан щелкнул мышкой, запуская аудиодорожку. - Первая песня начинается с затакта *(муз. термин, означ. начало мелодии со слабой доли), далее идет акустическая гитара, фолк в соль-мажоре, гитарная любовная баллада и электроника.
Поскольку в партитурах, полученных Хэ Гуаном, не было названий песен, он обозначал их по характеристикам.
Музыка зазвучала из динамиков.
Цзи Янь знал, что ради скорости в этих песнях отсутствовало много сэмплов реальных тембров, и по сравнению с оригинальной версией была значительная разница. Но время поджимало, и нужно было справляться с текущей ситуацией.
Он должен был закончить все песни до концерта Сини, поэтому мог только снизить требования и сначала набрать количество.
Прослушав, они приготовились начать запись вокала.
Ван Ань так и не ушел, он сидел на стуле рядом с холодной ухмылкой и наблюдал, как они вдвоем записывают песни.
Только что он прослушал 5 полных фонограмм и счел их весьма неплохими.
Ван Ань прослушал бесчисленное количество песен и по одному звуку понимал, какая песня может стать хитом.
Но он никак не верил, что их написал Цзи Янь.
Как певец-плагиатор мог написать такие песни?
К тому же, раньше были предоставлены только партитуры без текста, и он не знал, как Цзи Янь собирается петь.
Ван Ань заметил, что Цзи Янь принес с собой блокнот.
Неужели он уже написал слова и будет стоять внутри, читая по блокноту?
Хоть бы он вообще успел выучить песню.
Ван Аня это раздражало.
Начинать учить песню прямо во время записи - это определенно пустая трата жизни звукорежиссера.
И что примечательно, таких певцов было немало.
Хотя Цзи Янь и принес блокнот, он лишь мельком пролистал его, отложил и направился в студию звукозаписи.
Ван Ань, полный подозрений, не удержался, опустил скрещенные руки и начал внимательно наблюдать.
Цзи Янь вошел в студию, поправил мониторные наушники и надел их, затем отрегулировал угол поп-фильтра, откашлялся и показал жест «ок» через стекло между студией и аппаратной.
Первая песня начиналась с затакта.
Затакт - это когда вокал вступает сразу, без вступления.
В таких песнях в начале нет сопровождающего аккомпанемента, и очень легко не попасть в такт или тональность.
Хэ Гуан спросил его через систему связи:
- Нужно ли послушать еще несколько раз, чтобы поймать ощущение?
Цзи Янь покачал головой:
- Сэкономим время, давай сразу.
Ван Ань опешил, с силой хлопнул себя по ноге и расхохотался:
- Мощно! Как и ожидалось от знаменитого певца, мне действительно хочется посмотреть, какие кренделя ты тут напоешь.
Два слова «знаменитый» он произнес с особым нажимом, полным иронии.
Эта песня называлась «Tell Me», она была заглавной композицией пятого альбома «Скажи мне» из его прошлой жизни, стиль - поп-музыка.
Ритм легкий, мелодия сладкая. Хотя с момента выпуска прошло 12 лет, это по-прежнему неувядающий хит, который очень любят фанаты; его заказывают практически на каждом выступлении.
Более того, в день автокатастрофы, на годовщине восемнадцатилетия своего дебюта, Цзи Янь только что ее спел.
Хэ Гуан все еще колебался, но Цзи Янь снова поторопил:
- Начнем.
«Тогда сначала запишем один раз и посмотрим», - Хэ Гуан нажал на звуковую дорожку.
Цзи Янь спокойно смотрел на звуковую дорожку на экране студии звукозаписи и начал петь прямо с начальной точки:
- If you have a secret, tell me.
Начиная с «tell me», за его голосом зазвучали особенный чистый тембр гитары и четкий удар малого барабана.
Идеальное слияние вокала и аранжировки заставило Хэ Гуана и Ван Аня мгновенно замереть.
Ван Ань подумал: «Что это, мать его, такое? Почему Цзи Янь не фальшивит и четко попадает в такт?»
Словно он репетировал это сотни раз: Цзи Янь не только помнил текст наизусть, но и его ритмические паузы идеально ложились под музыку - разве это логично?
Ван Ань увидел, что даже обычно невозмутимый Хэ Гуан остолбенел, в недоумении глядя на певца в студии, который, придерживая мониторные наушники, был сосредоточен на исполнении.
Темп у этой песни быстрый, но Цзи Янь идеально выбирал моменты для вдоха, и ни в одной строчке не возникло нехватки дыхания или нечеткой дикции.
Как он, черт возьми, это сделал?
Ван Ань чувствовал, что единственное объяснение - Цзи Янь втайне тренировался сотни и тысячи раз.
Неужели Цзи Яня действительно оклеветали? Он правда не совершал плагиат?
Из-за того, что Цзи Янь перенес несправедливое обвинение, он накопил в себе силы и хотел доказать свою правоту.
Но неужели Цзи Янь действительно способен написать такую хорошую песню?
Эта песня «Tell Me» имела законченную структуру и текла свободно, как ручей, а мелодия была свежей, словно лист мяты или стакан лимонада без сахара.
Манера пения Цзи Яня была прозрачной и естественной, без малейших заминок, словно приключение во влажном воздухе первобытного леса, ведущее слушателей сквозь него.
Когда запись песни закончилась, у Ван Аня возникло чувство наслаждения, будто он не работал, а ценил музыку.
Ван Ань провел в студии звукозаписи 20 лет и из-за того, что слишком много пользовался слухом, обычно никогда не слушал музыку после работы.
Тем более, какой бы приятной ни была песня, если воспринимать ее как работу и прослушивать сотни раз подряд, она станет скучной и безвкусной.
Сегодняшняя работа подарила Ван Аню иной опыт.
Взгляд на профессию звукозаписи под другим углом.
«Запечатлеть созданные человеком звуки, обладающие эстетической красотой, чтобы эти звуки не были ограничены временем и пространством и всегда оставались живыми.»
Теперь Ван Ань поверил: если каждая песня будет записываться вот так с одного дубля, Цзи Янь сможет записать не просто 5 песен, а все 15!
Конечно, Цзи Янь не знал каждую песню так же хорошо, как «Tell Me». Все-таки за 18 лет карьеры он выпустил 15 официальных альбомов, 48 EP и почти две сотни песен.
В этот раз были выбраны те, что Цзи Янь знал лучше, но 2 песни все же пришлось записывать по нескольку раз, также были внесены правки в несколько аранжировок.
В итоге в 11 часов вечера запись пяти песен была завершена.
В середине процесса Ван Ань незаметно подошел и нормально включился в работу.
В конце, глядя на выгруженные 5 мастер-копий, Ван Ань не удержался от восклицания:
- Учитель Цзи Янь, ты, мать твою, слишком круто поешь.
Цзи Янь все еще не очень привык к характерным словам, которые Ван Ань вставлял в каждое предложение, и слегка улыбнулся:
- Спасибо, учитель Ван Ань.
Ван Ань с довольным видом толкнул Хэ Гуана локтем:
- Лао Хэ, если бы каждый певец был как учитель Цзи, мы бы, мать его, за год реализовали маленькую цель *(интернет-мем, означ. заработок в 100 миллионов юаней).
Хэ Гуан: ...
Цзи Янь подумал о том, что он заплатил по обычному тарифу за запись. Кажется, он почувствовал вкус того, когда человек глуп, но денег у него много.
Однако сейчас Цзи Яню нужно было сначала выпустить эти 5 песен.
Вечером хештег #Пять новых песен старого мужчины# без лишнего шума поднялся в топ горячих запросов.
Среди выпущенных на этот раз пяти песен, помимо освежающей поп-композиции «Tell Me», были также нежная гитарная баллада «Однажды я забуду тебя», электронная «Dangerous», фолк на акустической гитаре в соль-мажоре «Прогулка по лесу» и еще одна энергичная поп-песня с электрогитарой «Слезы при улыбке».
[А-а-а, великая радость! Дядя выпустил песни!]
[В последнее время был так занят сплетнями о Цзи Яне и Се Сыхэне, что некогда было следить за дядей! Неужели он правда выпустил песни?]
[Бабушка, певец, чьей фанаткой ты являешься, наконец-то выпустил песни, я пулей лечу в «Жасминовое облако»!]
[И не одну, а целых 5!]
[Дядя крут!! Оказывается, он пропадал все это время, потому что готовил что-то грандиозное.]
[Я послушал и вернулся!! Могу только кричать а-а-а-а, дядя есть дядя, 5 песен в совершенно разных стилях, но одна другой краше!]
[Старый Мужчина, должно быть, лучший автор песен среди недавних новичков, интересно, в какую компанию он в итоге попадет?]
[«Tell Me» - это просто восторг! Свежая и чистая, заставляет чувствовать себя парящим среди звезд и заснеженных гор, я могу слушать ее на повторе целый год!]
[Мне нравится «Dangerous», она просто взрывная! И суперзаедающая, с первого раза начинаешь подпевать, для живого исполнения подошли бы танцы. Интересно, умеет ли дядя танцевать?]
[Нашему дяде 38, пожалуйста, не затрудняйте его, я буду всеми силами его защищать!]
[Внешность и танцы не важны, пока мы можем слушать песни дяди, мы будем довольны.]
[Да ладно, неужели нет никого, кому, как и мне, нравилась бы «Слезы при улыбке»? Такая солнечная и динамичная, заберу ее с собой в могилу!]
[Творческой молодежи нравится «Прогулка по лесу», она наконец-то дала смелость подумать о том, чтобы сбежать от офисной каторги и прикоснуться к дням с высоким небом, широкими облаками и беззаботной жизнью.]
[Нет, вы, люди, не притворяйтесь, разве «Однажды я забуду тебя» не бьет по больному? Вы, только что расставшиеся, уверены, что не будете слушать ее и горько плакать глубокой ночью?]
[Простите, у нас все сладко. Расставание? Не существует. doge]