Глава 009.
Вся гостиная вмиг погрузилась в тишину.
На бегущей строке потоком хлынули одни вопросительные знаки.
Все сомневались, не ослышались ли они.
Чи Жун не удержался и переспросил, чтобы подтвердить:
- Ты сказал, какой инструмент собираешься использовать?
Если бы не слово «электро» перед этим, он бы не счел это настолько абсурдным.
Зато съемочная группа услышала всё четко и вывела на экран.
Иньлюй:
[Гость номер один: электрогитара, гость номер четыре: фортепиано. Подтверждаете? После подтверждения, пожалуйста, завтра завершите выступление в соответствии с выбранным инструментом.]
В прошлой жизни Цзи Янь еще в старшей школе собрал группу и выступал на музыкальных фестивалях, в университете поступил в консерваторию на профессиональное обучение, а на четвертом курсе выпустил первый альбом и вступил на поп-сцену.
Хотя он владел многими инструментами, только гитара со времен старшей школы неизменно сопровождала его на музыкальном пути, сливаясь с ним в единое целое.
Чи Жун хотел было еще что-то посоветовать, но Цзи Янь уже невозмутимо произнес, ставя точку:
- Подтверждаю.
Иньлюй:
[Завтрашнее выступление начнется в 17:00. Но утром у всех тоже будет задание! Чтобы свидание послезавтра прошло идеально, завтра утром, пожалуйста, выберите подарок для своего партнера по свиданию. Что ж, на сегодня съемки окончены, всем приятных снов.]
После выключения прямого эфира артисты заметно расслабились и разошлись кто куда.
В душе Жуань Сюй едва не рассмеялся в голос, не понимая, зачем Цзи Янь так рисуется, ведь завтра всё равно всё вскроется.
Он хотел было подколоть Цзи Яня парой фраз, но подумал, что завтра и так найдется немало людей, желающих над ним посмеяться, так что спешить не стоит.
Сейчас первоочередной задачей было сблизиться с Се Сихэном.
Сегодняшний успешный взаимный выбор дал Жуань Сюю почувствовать, что они с Се Сихэном еще могут вернуться к былой близости.
Увидев, что Се Сихэн встал и собирается уходить, Жуань Сюй окликнул его:
- Сихэн.
Се Сихэн остановился и обернулся:
- Что-то случилось?
Жуань Сюй с обеспокоенным видом заговорил:
- У меня завтра выступление, я немного волнуюсь, не мог бы ты составить мне компанию и поискать место, где можно попрактиковаться? - Его глаза улыбались, и он многозначительно добавил: - После репетиции мы могли бы поговорить по душам.
Даже преданные фанаты не знали, что в университете Се Сихэн играл в группе и был ее вокалистом.
Жуань Сюй всегда гордился тем, что знает о Се Сихэне абсолютно всё.
Его предложение заставило Се Сихэна слегка усомниться в услышанном, и лишь спустя несколько секунд он спросил:
- О чем ты хочешь поговорить?
- Я обязательно выиграю, - Жуань Сюй понизил голос, в котором послышался намек. - Мы можем порепетировать и заодно обсудить, куда отправимся на свидание.
Се Сихэну было трудно описать свои чувства в этот момент: возникло какое-то жуткое ощущение, будто на него нацелился собственный брат; он промолчал еще несколько секунд и лишь затем холодно ответил:
- Не стоит, я уже не умею играть.
Сказав это, он развернулся и ушел.
Жуань Сюй занервничал и, намеренно повысив голос, окликнул другого человека:
- Брат Су, ты сможешь сегодня вечером помочь мне порепетировать?
Эта фраза больше предназначалась для Се Сихэна, но тот словно не услышал и прямиком вышел из гостиной.
Су Синъянь в это время играл в телефоне на диване, когда его внезапно окликнул Жуань Сюй:
- Репетировать?
Хотя Су Синъянь сейчас был актером, он получил профессиональное музыкальное образование, и фортепиано было его основной специальностью.
Первой мыслью Жуань Сюя было обратиться именно к нему, но в итоге Се Сихэн заставил его потерять лицо.
Честно говоря, Жуань Сюй раньше не обращал на него внимания, а сейчас прямого эфира не было и привлечь фанатов пейринга не получалось, поэтому Су Синъянь не слишком хотел тратить силы впустую.
Но учитывая, что впереди еще долгий период съемок, он в конце концов неохотно кивнул:
- Ладно.
. . .
Лишь когда все остальные разошлись, забившийся в угол Цзи Янь отложил согретую в объятиях плюшевую игрушку-медвежонка, встал и приготовился вернуться в комнату, чтобы лечь спать.
Чи Жун тоже не ушел, дождавшись ухода остальных, он спросил его:
- Почему ты настоял на выборе электрогитары?
Цзи Янь спокойно ответил:
- Я занимался, умею играть.
- Занимался? Занимался день или два? Это тебе не шутки.
Чи Жун готов был лопнуть от злости: смерть на пороге, а тот всё так же невозмутим.
Даже если он позанимался там день-другой, что с того?
Выступать перед таким количеством людей, да еще и в прямом эфире - сыграв одну-две ноты, выкрутиться не получится.
Впрочем, возможно, в последнее время он сильно изменился, поэтому сам Чи Жун стал чего-то от него ожидать.
Если хорошенько подумать, раньше он «умирал» уже немало раз, мертвой свинье не страшен кипяток *(тому, кто находится в отчаянном положении или потерял стыд, уже ничего не страшно).
Цзи Янь успокоил:
- Чи Жун, не волнуйся.
Чи Жун никак не мог успокоиться и после долгих колебаний с трудом принял решение в своем сердце:
- Сегодня вечером я попрошу Хэ Шии провести для тебя ускоренную тренировку.
В этих его словах промелькнул намек на то, что он очень хорошо знаком с Хэ Шии.
Легок на помине: услышав свое имя, Хэ Шии, который всё это время ждал у дверей гостиной, по собственной инициативе вошел внутрь.
Мужчина был статным, с красивыми чертами лица, только во взгляде, которым он смотрел на Чи Жуна, сквозили печаль и мольба:
- Чи Жун.
Только что он говорил, что попросит его помочь Цзи Яню с ускоренной тренировкой, но увидев человека лично, лицо Чи Жуна мгновенно похолодело:
- Ты что здесь делаешь?
- Я хочу кое-что тебе сказать.
Чи Жун насмешливо изогнул губы:
- О чем нам двоим еще говорить?
Хэ Шии отрезал:
- Есть о чем.
В глубине глаз Чи Жуна против воли промелькнула тень боли:
- Прошло пять лет, и ты только сейчас понял, что есть о чем? Хэ Шии, я тебе скажу: уже поздно!
Цзи Янь перевел взгляд с одного лица на другое.
Он всё понял: Чи Жун и Хэ Шии пять лет назад состояли в близких отношениях, но из-за различных причин или недопониманий всё пришло к нынешнему положению.
Прежний владелец тела знал Чи Жуна со старшей школы. Если и оставалось что-то, чего он не знал, то это, вероятно, произошло в те три года, что он провел за границей.
После возвращения прежнего владельца тела Чи Жун как-то упоминал, что на каникулах после окончания третьего класса старшей школы его заметил на улице агент по поиску талантов, он попал в небольшую компанию в качестве трейни, а через год дебютировал в составе группы, но провалился с треском, не вызвав ни малейшего всплеска интереса.
Однако благодаря этому случаю он попал в шоу-бизнес. Опираясь на свою выдающуюся внешность, он получил возможность играть второстепенные роли в сериалах. У него также был талант к актерской игре, и он постепенно закрепился в индустрии развлечений.
После того как Чи Жун стал популярен, из-за того что в период пребывания в малоизвестной группе у него было много образов в стиле шаматэ, а среди его товарищей по команде также были ставшие известными артисты, все сразу пришли к согласию, и информация о малоизвестной группе в интернете была полностью удалена.
*(шаматэ - обозначает субкультуру молодых рабочих (часто мигрантов с фабрик) с яркой, эпатажной внешностью - необычные причёски, одежда и т.д.)
Значит, он тогда познакомился с Хэ Шии?
- А-Жун... - из-за сильного сопротивления Чи Жуна в голосе Хэ Шии проступила поспешность.
Он шагнул вперед, схватив Чи Жуна за запястье:
- Надеюсь, ты выслушаешь меня...
Чи Жун отбросил его руку:
- Я не стану слушать!
Эмоции обоих людей постепенно накалялись, Цзи Янь на цыпочках вышел из гостиной, попутно закрыв дверь, чтобы оставить пространство только им двоим.
Огни вокруг маленького дворика уже погасли, только наземные светильники давали теплый желтый свет.
Ночной ветер коснулся лица, принося в прохладе легкий аромат цветов и фруктов.
Цзи Янь шел по тропинке к комнате, когда боковым зрением внезапно заметил белую тень возле виноградной шпалеры.
Повернув голову, он увидел Се Сихэна, сидящего за обеденным столом, укрытым пышной листвой виноградных лоз.
Его серебристо-белые волосы сильно бросались в глаза, он непринужденно вытянул ноги, откинувшись на стуле, положил запястье на стол, зажав между пальцами правой руки тлеющую сигарету, а левой небрежно поигрывал металлической зажигалкой.
Взгляд, устремленный на него, был бесстрастным, а выражение лица - еще более холодным и полным досады.
Убедившись, что ему не нужно никакого взаимодействия с главным героем-гуном Цзи Янь притворился, что не заметил его, молча отвел взгляд и, пройдя по тропинке из каменных плит, вернулся в свою комнату.
.
На следующее утро, пока Цзи Янь еще сладко спал, Чи Жун силой вытащил его из-под одеяла.
Верный друг с выражением лица «жаль, что железо не становится сталью» спросил:
- Как ты еще можешь спать?
Затем он рассказал ему о сложившейся суровой ситуации:
- Жуань Сюй встал в 5 утра, чтобы репетировать!
Цзи Янь знал, что вчера вечером Жуань Сюй нашел кофейню с пианино и заплатил за то, чтобы практиковаться там всю ночь.
- Но у меня нет инструмента, зачем мне вставать и репетировать?
- Мне всё равно, стараться в любом случае не помешает, живо вставай!
В прошлой жизни ему каждый день приходилось разрываться между различными мероприятиями, и было трудно выспаться с комфортом. Он думал, что, переродившись в представителя «золотой молодежи» во втором поколении, ему больше не придется усердствовать. Кто бы мог подумать, что даже на шоу об отношениях придется участвовать в бешеной гонке.
Когда Цзи Янь встал и приводил себя в порядок, он заметил, что глаза Чи Жуна немного припухли. Похоже, он плакал вчера вечером.
Закончив сборы, он вышел из комнаты. Все были артистами, обладали высокой самодисциплиной и уже занимались спортом.
Хэ Шии и Гу Ся отправились на пробежку, Лу Чаоянь неспешно делал повороты туловища, Жуань Сюй делал растяжку ног, а Су Синъянь отжимался.
Не тренировался только один человек - Се Сихэн сидел боком за обеденным столом, наблюдая, как сотрудники съемочной группы одно за другим выставляют на стол блюда для завтрака.
Сегодня он надел белую рубашку отличного качества, расстегнув две верхние пуговицы, и выглядел непринужденно и расслабленно.
В этот момент Хэ Шии закончил пробежку и, весь в поту, вошел в дворик.
Стоило его увидеть, как выражение лица Чи Жуна тут же стало скованным. В глазах Хэ Шии мгновенно промелькнула тоска, и он негромко позвал:
- Чи Жун.
Чи Жун, который изначально собирался пойти завтракать вместе с Цзи Янем, внезапно бросил фразу:
- Я сначала пойду куплю подарок, - и быстрым шагом вышел из дворика. Хэ Шии молча развернулся и последовал за Чи Жуном. Остальные ничего не заметили, и только Цзи Янь провожал их взглядом.
Цзи Яню было немного жаль Чи Жуна, но он понимал, что проблемы в отношениях они должны решить сами.
На завтрак съемочная группа подготовила для всех обильное угощение. Были каша, соевое молоко, обычное молоко, жареные палочки из теста ютяо, жареные пельмшки шэнцзяньбао, яйца, лепешки с зеленым луком, клейкий рис - всё это занимало целый стол.
Как только Цзи Янь сел, съемочная группа позвала Жуань Сюя, Су Синъяня и Лу Чаояня.
- Какой богатый завтрак.
- Неплохо, неплохо, здесь есть то, что я люблю.
Видя, что все спустились, операторы съемочной группы сразу заняли свои места и начали прямую трансляцию. Увидев, что место рядом с Се Сихэном свободно, Жуань Сюй поспешил занять его.
[О, наконец-то началось. Вчерашний эфир был крутой, не видел их полдня и уже соскучился.]
[Сегодня братик снова красив как никогда. Эта белая рубашка выглядит официально, но пуговицы у воротника позволяют мне мгновенно разглядеть его «скрытую страстную натуру».]
[А где Чи Жун и Хэ Шии?]
[Не знаю, они не ладят, наверное, ушли куда-то отдельно выяснять отношения.]
[С самого утра братик и Жуань-Жуань «набирают очки», может, стоит начать их «шипперить»?]
[Не поверю, что это случайно! Я уже начал их «шипперить»!]
Все, кроме Чи Жуна и Хэ Шии, сели завтракать. Жуань Сюй первым делом окинул взглядом еду на столе; он никогда не ел ничего жирного и хотел только немного каши.
Горшочек с кашей стоял со стороны Се Сихэна, и чтобы наложить себе, Жуань Сюю пришлось бы встать. Поэтому он обратился к сидящему рядом человеку:
- Сихэн, не мог бы ты налить мне миску каши? Больше я ничего особо не хочу.
Се Сихэн немного помолчал, затем взял одну миску из стопки, открыл крышку горшочка, наложил две ложки каши, положил в миску ложку и поставил перед Жуань Сюем.
Чат взорвался криками!
[Ва-ва-ва, как это мило!]
[СеЖуань! Кто их не шипперит, тот не из нашего фан-клуба!]
[Кто-нибудь понимает, это же сцена из жизни старой супружеской пары, завтракающей вместе.]
- Спасибо.
Когда Се Сихэн накладывал кашу себе, Жуань Сюй уже не мог сдержать улыбку. Снова посмотрев на еду на столе, он мягким голосом спросил:
- Обычно я наедаюсь одной кашей, но сегодня завтрак такой обильный, что захотелось съесть кусочек клейкого риса. Сихэн, не мог бы ты положить его мне?
Тело Се Сихэна слегка напряглось, но он всё же протянул руку, взял палочками кусочек и положил в его миску.
[А-а-а, это же сами «виновники торжества заставляют нас верить»! Я буду их шипперить, уговорили!]
[Как он его балует!]
[У-у-у, холодная отстраненность братика предназначена для всего мира, но только не для Жуань-Жуаня.]
Глядя в свою миску, Жуань Сюй был настолько счастлив, что едва не рассмеялся в голос; ему хотелось объявить всему миру, что этот клейкий рис положил ему сам Се Сихэн! Обычно он не ел слишком много углеводов, но раз это положил Сихэн, он решил попробовать.
Он палочками изящно разломил клейкий рис и увидел, что внутри, оказывается, есть начинка: мясной фарш, смешанный с луком и сушеным доуфу.
Жуань Сюй никогда не ел лук, поэтому у него возникла новая идея. Он коснулся локтя Се Сихэна и с легкой обидой в голосе произнес:
- Сихэн, я не хочу есть лук.
Затем он понемногу пододвинул миску к Се Сихэну.
Это был намек, чтобы Се Сихэн вытащил для него лук.
[Кхм-кхм, честно говоря, это уже немного чересчур.]
[Выбирай! Выбирай для Жуань-Жуаня! Разве это не всего лишь несколько перьев лука? Это не станет проблемой для моего брата!]
[Верно, он же мужчина, а если любишь - нужно баловать!]
Се Сихэн покосился на его миску, переложил клейкий рис в сторону и подложил ему белый маньтоу. Его голос был настолько ровным, что в нем нельзя было уловить ни тени эмоций:
- Если не любишь лук, съешь вот это.