Шторм и Молния

Молнию Маккуина окружало множество людей: близкие, друзья, семья. Но сколько бы мужчина ни пытался, он не мог жить как раньше.

Дело было даже не в том, что он не может сесть за руль или с трудом доходит до магазина на соседней улице. Жизнь стала скучной, не интересной.

Первое время Молния пытался чаще общаться с друзьями, проводить время с Салли и та была только рада.

Обычная поездка вдруг заставила понять кое-что неожиданное: сидя на пассажирском сидении машины Салли, он внезапно обратился к ней "Джексон". Девушка, конечно, пошутила на эту тему, но Маккуин так испуганно посмотрел на нее, что Салли насторожилась и начала задавать вопросы.

— Все хорошо. Мы просто... Поссорились перед моим возвращением, и... Я не знаю что с этим делать. Подумал, что лучше оставить его на время.

Салли с сомнением пожала плечами.

— Вы же столько времени вместе провели, тебе лучше знать его характер. Мне кажется, Джексон немного закрытый, но он хороший парень.

Маккуин кивнул, улыбнувшись уголком губ.

— Уверена, вы помиритесь. Просто кто-то должен сделать первый шаг.

— Здесь ситуация немного... Сложнее.

Маккуин не считал нужным рассказывать Салли обо всем произосшедшем. В целом, она права — нужно помириться. Но как это сделать?

Так пролетело еще несколько недель. Маккуин уже уверенно ходил, хромота не была так явно выражена как раньше.

Он в очередной раз смотрел гонки по телеку лежа на диване. Только так получалось следить за Джексоном и его успехами.

Молния даже не знал где он живет, по сути ничего о нем не знал, кроме того, что парень сам ему рассказал.

"А еще он гей."

Внезапно вспомнился поцелуй. Такой мягкий и нежный, головокружительный и выбивающей землю из под ног. Так его никогда не целовали.

Джексон был обходительным и осторожным, и пальцем его не тронул, хотя сам Маккуин, не церемонясь, залез ему под футболку.

Молния чувствовал как горят щеки.

Он ведь сам дал Джексону надежду, без раздумий ответил на поцелуй, а затем так жестоко оттолкнул, глупостей наговорил.

"Ты придурок, Маккуин."

Хотелось позвонить и попросить о встрече, но вместо этого мужчина сидел и смотрел гонки.

"Да ты хоть представляешь что я чувствовал, когда увидел тебя в той машине?!" - Прозвучал голос в голове Маккуина громко и четко.

Та гонка.

Авария.

"Запись должна быть в интернете."

Молния не сразу нашел нужное видео. Запись эфира с заблюренной красной машиной.

Присмотревшись получше, Маккуин заметил знакомую форму.

— Джексон.

Маккуин перемотал назад. Вот момент его победы: машина с номером двадцать пересекла финишную черту, несколько секунд и парень выскочил из машины застыл — смотрит на экран, на искареженную машину, бросается пешком по встречке.

"С ума сошел?!" - Подумал Маккуин.

Но парень, опомнившись, развернулся и побежал назад, к машине. На несколько долгих минут пропал из виду, затем появился на месте аварии.

"Да ты хоть представляешь что я чувствовал, когда увидел тебя в той машине?!" - Снова прокричал голос.

Паника.

Джексон в панике.

Парень протолкнулся сквозь толпу, дальше мелькал только его высокий силуэт. Через несколько минут толпа рассосалась, а Джексон так и остался стоять, глядя скорой в след.

Маккуин выключил телевизор.

На душе стало еще паршивее. Мужчина откинулся на спинку дивана, прикрывая глаза.

Сам он с трудом помнил аварию: помнил как колеса оторвались от асфальта, как металл, приземляясь, скрежетал о дорожное покрытие, как время замедлилось и наступила темнота.

Он пришел в себя только в больнице. Запах лекарств, провода и писк медицинского оборудования где-то над головой — больше ничего.

Первое яркое воспоминание — Джексон. Никто не ожидал его появления, но парень пришел и взял ситуацию в свои руки, а ведь Маккуин был для него никем. По крайней мере, на тот момент.

"Ты всегда заботился обо мне, но кто позаботится о тебе?"

Маккуин, больше не в силах терпеть, схватил телефон и набрал нужный номер. После нескольких гудков трубку взяли и послышался сонный, но обеспокоенный голос.

— Маккуин? Ты чего так поздно? Что-то случилось?

Молния досадливо посмотрел на время: час двадцать три. Естественно, все нормальные люди спят.

— Я... Прости. Не хотел разбудить. Все в порядке, ничего срочного.

Джексон помолчал.

— Ты пил?

— Что? Нет!

Маккуину отчего-то стало смешно. Он сейчас со стороны выглядел как девушка, перебравшая с алкоголем и звонящая своему бывшему среди ночи.

— Тогда зачем звонишь?

— Я... — Маккуин замялся. Голос предательски дрогнул. — Джексон, ты... Можешь приехать?

— Прямо сейчас?

Судя по звукам, Шторм встал с кровати.

— Я просто хотел увидеть тебя.

— Шутишь? — Хмыкнул Джексон, но в голосе не было ни капли веселья.

— Не шучу.

Тяжелый вздох в трубку. Сердце Молнии замерло.

— Буду через двадцать минут.

— Хорошо, жду. — Счастливо улыбнулся Маккуин и Шторм повесил трубку.

***

Джексон расхаживал по комнате и не спешил собираться. Все это время он старательно изводил себя тренировками, гонками, делал что угодно не останавливаясь, чтобы не думать ни о чем кроме усталости.

Шторм каждый день приходил домой в измотанном состоянии, чтобы не просто уснуть, а отрубиться на несколько часов.

Но воспоминания все равно настигали его. Маккуин был так похож на Тимати Кросса — на его первую любовь.

Впервые парень влюбился в школе. Тим был его одноклассником и иногда помогал двенадцатилетнему Джексону отбиваться от нападок местных хулиганов.

Но стоило Джексону по секрету признаться одному из так называемых друзей в чувствах к мальчику, когда все остальные говорили о девчонках, как по школе сразу пошли слухи.

Тим больше с ним не разговаривал, не садился рядом, даже не смотрел. Все шарахались от Шторма как от прокаженного, часто издеваясь и затевая драки.

С тех пор Джексон понял, что чувства нужно прятать иначе их высмеят.

Долгие годы Джексон держал в себе тайну о своей ориентации. Никто даже предположить не мог, что красавец Джексон Шторм, чемпион гонок, перспективный новичок, окажется геем.

Но теперь один человек узнал. Особенный для Джексона человек.

Он снова влюбился.

Глупо и по детски.

Парень долго не решался, присматривался, притирался, старался, как бы невзначай узнать о предпочтениях и вкусах, и когда Маккуин предложил спать в одной кровати, Джексону все показалось очевидным.

"Я не привык спать с кем-то..."; "Что ж, теперь, думаю, ты обязан на мне жениться!" — Эти фразы выбили Джексона из колеи.

Слова и действия Маккуина давали надежду на взаимность. А когда Джексон поцеловал Молнию и с удивлением понял, что его не оттолкнули, не закричали от отвращения, он готов был сложить весь мир к ногам Маккуина.

Его кто-то полюбил!

Таким какой он есть!

Со всеми тараканами и загонами, ужасным характером, холодностью и необщительностью!

Молния, казалось, полностью отдался процессу, а когда его горячая рука забралась под одежду, сердце готово было вырваться из груди.

"Это не правильно. Нам нужно прекратить" — Слова резанули по сердцу больнее ножа. Мир остановился.

"Не правильно." — Эхом звучало в голове.

"Я не правильный. Мне нет места нигде. Я всю жизнь буду один. Я никому не нужен."

Последующие слова Маккуина он почти не слышал, но чувствовал руку упирающуюся в его грудь.

Маккуин отталкивал его.

Все остальное больше не имело значения.

Что-то сказав мужчине, Джексон сбежал.

Долго сидел в машине, пытался собраться с мыслями, потом просто ехал куда-то.

Последующие дни, недели, он будто жил в постоянном кошмаре. Маккуин мог рассказать обо всем кому угодно. Но Шторм не слышал никаких слухов о себе и это стало единственным утешением.

Звонок посреди ночи разорвал кокон из самобичевания и одиночества. Джексон даже подумал, что ему это снится. Но нет.

Маккуин хотел его видеть

В это так слабо верилось, что, казалось, вот-вот Молния перезвонит и скажет, что ошибся, что не хочет видеть его больше никогда.

Но Маккуин не перезвонил, он правда ждал его.

На дрожащих ногах Шторм вышел из лифта и нажал на кнопку дверного звонка. Дверь распахнулась так быстро, будто Маккуин все это время стоял за ней.

— Джексон...

***

Маккуин судорожно пытался вспомнить все слова, которые хотел сказать. Но стоило увидеть Шторма на пороге, все мысли разбежались словно крабы по пляжу.

— Джексон... — Единственное, что он смог произнести.

От парня веяло нескрываемым напряжением. Не удивительно, что он ждал подвоха.

— Зайдешь?

— Думал, ты просто хочешь меня увидеть.

Маккуин отступил, пропуская Джексона в квартиру.

— Кофе будешь?

Шторм остановился и обернулся. Маккуин с непониманием наблюдал как парень ходит по дому, заглядывая в каждую комнату.

— Что-то ищешь?

Джексон, кажется, немного успокоился.

— Ничего.

— Так... Что насчет кофе?

Джексон кивнул и уже через несколько минут они сидели за столом напротив друг друга.

— Как твоя нога? — Решил прервать метания Молнии Джексон.

— Нормально. Думаю, скоро смогу снова сесть за руль.

— Это хорошо.

Разговор снова зашел в тупик.

— Зачем ты хотел меня видеть?

— Скучал.

Жестоко со стороны Молнии. Джексон нахмурился.

— Я серьезно, Маккуин. Ты позвонил мне в час ночи, чтобы просто увидеть? Я идиот по твоему?

— Ладно, ты прав. Я... — Молния опустил взгляд, сжимая горячую кружку в ладонях. — Я долго думал над всей этой ситуацией. И я понимаю как это выглядело со стороны.

Молния старательно подбирал слова, чтобы не сделать еще хуже.

— Я не должен был отталкивать тебя. Я... Испугался. И наговорил глупостей.

Джексон нервно постучал пальцами по кружке, но лицо выглядело все таким же безразличным.

— Мне просто нужно было время. Прости, я знаю что сделал тебе больно, но я правда не специально.

Джексон молчал.

— Мне было так одиноко без тебя, я места себе не находил. У меня такое впервые и я... Я не знаю что делать.

Маккуин выглядел растерянным и смущенным, но Джексон вновь не проронил ни слова.

— Может уже скажешь что-нибудь?

— Что ты хочешь услышать?

Рана, которая начала затягиваться, вновь закровоточила. Джексон разрывался между любовью и нежеланием привязываться. Снова.

— Ты ведь сам говорил, что намного старше меня. К тому же, тебе нравятся девушки. Давай не будем создавать проблем нам обоим и разойдемся. Сделаем вид, что ничего не было.

— Что? Ты меня слышишь вообще?! — Возмутился Маккуин.

Конечно, он понимал, что Джексону тяжело, больно и грустно, но так просто взять и отказаться, забыть все что между ними было — глупо и расточительно!

— Я тебя слышу.

— Но не слушаешь! Ты снова это делаешь! Ты пытаешься закрыться от мира, от меня, даже от самого себя! Ты вообще видел свои синяки под глазами? Когда спал в последний раз?

— Маккуин, это не...

— Что?

— Это не твое дело. Больше нет.

Маккуин замер лишь на мгновение.

— О нет, засранец, это мое дело! Хочешь довести себя?! Да ты похудел фунтов на двадцать!

— На десять. Хватит орать.

— Слушай... — На выдохе сказал Маккуин. — Ты можешь ненавидеть меня, можешь не доверять, но ты не должен так издеваться над собой.

Джексон почувствовал как сердце жалостно трепыхнуло в груди. Кроме Маккуина никто не замечал его состояния. Никто не видел как ему плохо. Отчего-то глаза защипало.

— Да, я старше тебя, да, мне нравятся девушки. Но мне нравишься и ты. Ты мне нравишься, Джексон! Я хочу, чтобы рядом был ты!

Джексон покачал головой.

— Я не хочу разделить участь Салли, Маккуин. Быть рядом с тобой слишком тяжело.

Молния опешил.

"Он думает, что я хочу остаться друзьями?"

— Я, пожалуй, пойду. Время позднее, мне на тренировку утром. Спасибо за кофе.

Джексон встал и направился к выходу. Молния растерянно посмотрел ему в след и, опомнившись, нагнал у двери.

— Джексон!

— Маккуин, я уже все ска... — Шторм с усталым вздохом развернулся, но договорить не успел.

Маккуин, собрав всю свою решительность в кулак, схватил парня за воротник толстовки и, притянув к себе, поцеловал.

Джексон попытался отстраниться, но мужчина держал крепко, обнимая за шею.

"И какого хрена ты вымахал таким высоким?!" — Ругался про себя Молния.

Шторм, долго борясь с самим собой, все же не смог устоять и ответил. Сначала робко, затем, осмелев, перехватил инициативу.

Он так давно мечтал, так хотел этого.

Маккуин поцеловал его!

Сам поцеловал!

Молния сделал шаг вперед, вынуждая Джексона отступить к стене и упереться спиной. Но парня такой расклад не устроил. Шторм обхватил его талию руками и припечатал к стене на то же место, где мгновение назад был сам.

Шторм отстранился и, опустившись ниже, поцеловал шею пытающегося восстановить дыхание Маккуина.

Губы порхнули по бледной горячей коже. Джексон остановился и поднял голову, заглядывая в глаза Молнии, как бы спрашивая: «Можно ли?»

— Если остановишься, я тебя ударю. — Фыркнул Маккуин и Шторм вновь припал к мягким губам.

Молния, не стесняясь, забрался под его толстовку, натянутую впопыхах на голое тело. Короткие ногти прошлись по пояснице, ладонь скользнула выше, по гладкой горячей коже, чувствуя рельефные мышцы.

"А ты, парень, чертовки горяч..."

Губы спускались поцелуями к острым ключицам, выглядывающим из под красной футболки.

— Маккуин?

— М?

Мужчина встретился взглядом с серыми глазами.

— Мне не нужна интрижка на одну ночь. И я не хочу как Салли довольствоваться малым. Ты нужен мне весь без остатка.

Маккуин на мгновение забыл как дышать. От возбуждения подкосились ноги.

— Что ж, парень, я весь твой. Не только сегодня. Всегда. — Улыбнулся Молния.

Джексон несколько мгновений пытался разглядеть что-то в глазах мужчины, но не найдя этого, заметно расслабился.

Опустил голову на плечо Маккуина, уткнувшись лбом между плечом и шеей.

— Ты уверен?

— Я уверен в тебе. Этого достаточно.

Маккуин поглаживал Джексона по спине, будто успокаивая, помогая сбросить напряжение, накопившееся за эти долгие месяцы.

Страсть и возбуждение резко куда-то делись, уступая место окрыляющему облегчению.

— Останешься на ночь?

— Я не брал с собой вещей.

— Можем съездить. Если, конечно, ты не хочешь и дальше скрывать свое место жительства. — Рассмеялся Маккуин.

Джексон оставил последний поцелуй на губах мужчины — такой сладкий и тягучий, что глаза в миг затянуло томной пеленой, а щеки покраснели.

— Поехали.

Маккуин со вздохом отлип от стены и поплелся собираться.

***

Уже через несколько минут он снова сидел в машине Джексона, ставшей почти родной. Снова на пассажирском, снова Шторм за рулем, и теперь Маккуин чувствовал себя правильно. Так и должно быть.

— Еще не пробовал кататься?

— Нет. Присматриваю себе машину, но что-то ничего не цепляет.

— Не хочешь на этой прокатиться?

Маккуин даже сначала не понял что Джексон имеет ввиду.

— Серьезно? Но... Я так давно за руль не садился, да и... Машина у тебя посовременней.

Джексон без лишних слов остановился у обочины и уступил свое место. Маккуин, отчего-то испытывая дикое волнение, снова сидя за рулем.

— Ну показывай, рассказывай. — Вздохнул он.

Джексону понадобилось время, чтобы ввести Маккуина в курс дела.

— Ну что, как тебе машина?

— Непривычно. Но неплохо. Гиперкары по тише тех, что были популярны в мое время.

— Говоришь как старик. — Рассмеялся Джексон.

Маккуин решил переиграть:

— А тебе нравятся постарше?

На лице Джексона отразилось смущение, но быстро сменилось самодовольной улыбкой.

— Да, мне нравятся постарше, дедуля. Но придется тебе ходить со мной в спортзал, иначе на гонки силенок не хватит после бурной ночи.

Маккуин, залившись краской, вылетел из машины. Джексон, смеясь, вышел следом.

— Да ладно, я шучу, чего ты сразу убегаешь?

Маккуин, все еще не пришедший в себя, вдруг понял, что не знает куда идти и обернулся на Джексона.

— Ну и куда дальше?

— Наверх.

Молния поднял голову и увидел многоэтажку с большими окнами.

— Надеюсь, лифт работает.

— Работает.

Квартира оказалась еще больше чем у Маккуина. Светло, чисто, свежо и... Везде пахло Джексоном.

Шторм собирал вещи в сумку пока Маккун рассматривал современный интерьер и любовался на ночной город из огромного панорамного окна.

— Неплохой вид.

— Да, мне тоже нравится.

Голос Джексона прозвучал совсем рядом. Маккуин, обернувшись, оказался настолько близко, что становилось неловко.

— Когда целовал меня, ты казался смелее. Что-то случилось?

— Нет. Мне просто непривычно. Раньше я никогда не был в отношениях.

— Я тоже. — Немного помолчав признался Джексон и Маккуин удивлённо распахнул глаза.

— Серьезно? Да ну, не верю.

— Почему? Тебе труднее поверить — ты старше, а мне всего двадцать.

— И что, вообще никого?

— Нет. Никого.

— Почему?

— А у тебя почему? — Ухмыльнулся Джексон.

— Да я просто как-то не стремился к этому. Семья, дети... Это как будто... Не для меня. — Маккуин пожал плечами. — Не мое это. А ты?

Молния вновь повернулся к окну, но не услышав ответа, обратил внимание как посмурнел Джексон.

"Он всегда один. Всю жизнь один. Ни семьи, ни друзей, ни партнера. Интересно, он до меня хоть раз целовался? Хотя, он хорош, скорее всего, опыт есть."

— Я не задумывался над этим. — Соврал Джексон, не желая развивать тему.

Маккуин стратегически перевел разговор в другое русло:

— Собрался?

— Да, поехали. Сядешь за руль?

Маккуин улыбнувшись кивнул. Все же он скучал по этому.

***

— Тебе бы поспать.

— Я досмотрю. — Заверил Джексон сидя рядом с Молнией на диване.

Фильм почти закончился и Шторм не собирался сдаваться.

— Тебе нужно больше спать. Всегда поздно ложишься и рано просыпаешься. У тебя недосып - это очень большая нагрузка на организм.

— Только лекции мне не читай.

— А кто тогда будет их читать?

Маккуин подвинулся ближе и похлопал себя по колену.

— Ложись.

— Зачем?

— Какая разница, сидя смотреть или лежа?

Джексон сопротивлялся недолго, улегся на бок и положил голову на чужие колени. Это было так удивительно и ново, что парень вздрогнул когда рука легла на его голову, поглаживая по волосам.

— Ха! Это была ловушка! А теперь закрывай глаза и спи.

Джексон улыбнулся, слушая заразительный смех Маккуина.

— Ты засранец, Маккуин.

— Я знаю.

Джексон понял, что лежит на его больной ноге и немного приподнялся.

— Тебе не больно?

— Нет. Закрой глаза и расслабься.

— Что будешь делать, если я усну?

— Радоваться.

— А дальше? Спать сидя? Не глупи, Маккуин. Пошли в кровать?

Джексон начал вставать, но его тут же уложили назад.

— Ну нет, ты так мило лежишь, не уходи.

Маккуин наклонился и коснулся губами щеки Джексона.

— Ладно, убедил.

Молния вновь запустил пальцы в темные волосы.

— Знаешь, они кажутся мягкими, но на ощупь жесткие.

— Азиатские волосы. Я ведь на половину японец, не забывай.

— Ты когда-нибудь был в Японии?

— Как-то был. На гонке. Пару дней. Я понимаю разговорную речь, на одном из диалектов, но что касается письменного языка, — я самый безграмотный японец в мире. — Хмыкнул Джексон.

— Знаешь японский? — Удивился Молния.

— Немного. Мама плохо знает английский и, чаще всего, говорила со мной на Японском. Но, мне кажется, что это самое бесполезный из моих умений.

— Почему? Это же круто! Я вот совсем к иностранным языкам не предрасположен.

— Мне тоже не интересно — это, скорее, просто стечение обстоятельств. Мне не нравится японский, никогда не стал бы учить его специально.

– Почему?

— Звучит странно. — Пожал плечами Джексон.

— А скажи что-нибудь.

— Что например?

— Ну... Не знаю. Что угодно.

— だって好きなんだもの。[datte suki nanda mono. ]

— Что это значит?

— Просто банальщина. Не бери в голову.

— Ну Джексон! — Возмутился Молния.

Джексон приподнялся, приблизился к его лицу и смотря в глаза в пол голоса произнес: — Я люблю тебя.

Маккуин залился краской и отвернулся.

— Ты же сам просил перевести. — Рассмеялся Шторм.

— Почему именно это?

— Потому что это правда.

— Я тоже тебя люблю.

Шторм удовлетворенно хмыкнул и встал.

— Ты куда?

— Пошли в кровать?

Маккуин выключил телевизор и поплёлся следом. Шторм остановился у кровати и повалил его в постель.

— Хэй! Ты чего...?!

Джексон, не удостоив его ответом, лег рядом, положил голову на грудь и обнял, прижимая ближе.

— Ты похож на кота.

— А ты на щенка.

— Ну спасибо.

Маккуин погладил Джексона по голове. Парень любил, когда он так делал, любил когда его трогают, когда целуют, когда говорят, что он милый и красивый. Хотя, первое время вздрагивал от неожиданности, когда Маккуин, к примеру, обнимал его со спины, или целовал в щеку при встрече или разлуке.

— Спокойной ночи, Джексон.

Но Шторм уже давно спал.

***

— Не хочешь начать бегать со мной по утрам? Тебе уже можно. — Как-то неожиданно выдал Джексон за обедом.

— Бегать? Ну...

Учитывая, насколько Шторм ранняя пташка, Молнии было страшно спрашивать, во сколько им нужно выйти из дома.

— Я могу подобрать тебе хорошего тренера в моем спортзале. Купим тебе абонемент, будем вместе ходить.

Маккуин улыбнулся. Хоть они и проводили вместе очень много времени, Джексон стремился быть рядом чаще чем "много" и это не могло не умилять.

— Ну давай попробуем.

***

В первое же утро Молния пожалел, что согласился. На часах было шесть утра, а Джексон и Маккуин уже стояли на дорожке в парке.

— Прохладно.

— Сейчас согреешься. — Ухмыльнулся Джексон.

Молния опустил взгляд на широкую грудь, обтянутую черной футболкой.

— Я уже начинаю согреваться, горячий парень.

— Лучше под ноги смотри, чемпион. — Рассмеялся Шторм и Молния, фыркнув, побежал следом.

— Слушай, а ты не думаешь, что кардио можно делать и другим способом?

— Удиви.

— Ну-у... —Маккуин поравнялся с бегущим впереди Штормом. – Можем, например, заняться тем, чем занимаются все нормальные взрослые пары.

Джексон сбился с ритма и притормозил.

— Уверен, что сможешь вставать такое время, чтобы заняться "кардио"? У меня есть график, чемпион. — Рассмеялся Джексон, сводя все в шутку.

Маккуин, смутившись, решил бежать молча.

После этого дня Маккуин заметил, что сколько бы он ни намекал, даже говорил напрямую, Джексон либо делал вид, что не понимал, либо открещивался, переводя тему. Хотя, грязно шутить, распаляя чужое воображение, это Джексону не мешало.

И Молния всерьез забеспокоился.

***

В очередной раз Маккуин застал Джексона на кухне с чашкой кофе. Мужчина подошел сзади и оплел руками узкую талию, утыкаясь носом в плечо.

— Джексон?

— Что?

Рука забралась под свободную футболку и погладила твердый, рельефный пресс.

— Мы три месяца в отношениях, я хочу близости.

— Мы не достаточно близки?

— Я хочу другой близости.

Шторм, тяжело вздохнув, развернулся.

— В чем дело, Джексон? Я не возбуждаю тебя или...

— Дело не в тебе.

— А в чем? Мы ведь договаривались: ты не держишь все в себе и мы обсуждаем то, что тебя беспокоит, помнишь?

Шторм отвел взгляд.

— Да я просто... Не знаю.

— У тебя никогда никого не было? В этом дело? — Маккуин давно догадывался об этом, но задать вопрос напрямую было неловко и неуместно.

Джексон не ответил. Маккуин усадил его на диван.

— Это обязательно? — Шторм чувствовал себя ребенком, которого родитель позвал на серьезный разговор.

— Мне не удобно смотреть снизу вверх. — Улыбнулся Маккуин. — Честно говоря, я рассчитывал, что ты возьмешь меня еще в день, когда мы помирились. Я ведь сказал, что не против, в чем дело? – Не сказать, что Молнию самого не смущал этот разговор, но сейчас это было нужно им обоим.

— Я просто немного... Волнуюсь? — Помолчав выдохнул Шторм.

— Почему?

Джексон опустил голову на руки и пожал плечами.

— Не то чтобы я не думал о тебе в этом ключе...

– Тогда в чем дело? Вот он я, готов хоть сейчас, но ты снова отстраняешься.

— Ты просто первый. Ну, в смысле...

Маккуин смотрел на метания Шторма и не понимал как такой крутой парень мог остаться настолько невинным в свои года?

— У всех когда-то был первый раз.

— Что если я... Что-то сделаю не так или...?

— Так-так-так, стоп!

Джексон поднял на него взгляд.

— Ты не можешь что-то сделать не так. Чтобы ты не сделал будет так, потому что это сделал ты. Понимаешь? В словах "Близость с тобой" не так важна близость как важен именно ты.

Джексон кивнул. Маккуин подвинулся ближе, предвкушая реакцию на то, что он хотел предложить: — Если хочешь, можем включить порно, уверен оттуда ты точно чему-нибудь научишься.

– Ну нет, это уже слишком! – Закатил глаза Джексон.

Маккуин весело рассмеялся.

— Да ладно! Ты никогда не смотрел?!

Шторм, скрестив руки на груди, откинулся на спинку дивана.

— Говоришь так, как будто сам гей порно смотришь.

— Ну было пару раз. Что?! Мне было интересно как это происходит между двумя парнями! С девушками по другому, особенно если я буду снизу.

— Хочешь быть снизу? — Хмыкнул Джексон.

— Хочу, чтобы ты трахнул меня на столе.

Шторм опешил от такой прямолинейности, но позиции не сдавал.

— Почему на столе? — Он старался говорить как можно спокойнее, но во рту пересохло, а голос охрип.

— Хм... Ты прав. Для начала лучше использовать кровать. Твою. Хочу в твоей квартире — она пахнет тобой.

Маккуин с восторгом заметил как заалели скулы парня и как загорелись серые глаза. Они могут зайти дальше, нужно только немного подтолкнуть Джексона.

Молния, воспользовавшись замешательством, уселся на чужие колени и наклонился ближе, не целуя, но мазнув своими губами по чужим.

Джексон положил руки на его талию и мужчина довольно улыбнулся.

— Вот так, Джексон. А теперь поцелуй меня так, как можешь только ты. Так как мне нравится: медленно, сладко, нежно...

И Джексон поцеловал. Маккуин занял руки прекрасным телом под собой.

– Хочу увидеть тебя без одежды. За три месяца это казалось еще нереальней, чем увидеть НЛО. Вечно прячешься где-то.

Джексон рассмеялся, позволяя стянуть с себя футболку. Маккуин провел кончиками пальцев по широкой груди, кубикам пресса, осыпая поцелуями шею Шторма. Тот был напряжен, но пока что позволял делать с собой что угодно.

— Я весь твой, Джексон. — Напомнил Маккуин шепотом, совсем рядом с ухом, и волосы на затылке встали дыбом.

Парень подхватил Молнию под ягодицы двигая ближе к себе. Маккуин ахнул от неожиданности и это еще больше завело.

Но Джексон стопорнулся — он чувствовал себя не в своей тарелке.

— Постой, дай мне успокоиться немного. — Пролепетал он, прижимая Маккуина к своей груди.

— Джексон, именно в таком состоянии происходит все самое интересное. Просто не останавливайся. — Ворковал Маккуин, шепча, словно демон на левом плече, склоняющий ко греху. И Шторм был не в силах сопротивляться.

— Вот так, молодец.

Молния отстранился, оставив влажный чмок на губах и спустил руку на кромку черных джинс.

— Маккуин...

— Расслабься.

Джексон откинул голову, позволяя Молнии целовать там, где ему захочется, и при этом не желая видеть как юркие пальцы расстёгивают ширинку и забираются под нижнее белье.

— А ты не маленький парень, да? — Хмыкнул Маккуин и, вытащив его член, медленно провел ладонью вдоль ствола.

С губ Шторма сорвался глухой стон, который был тут же сцелован.

— Посмотри на меня, Джексон.

Шторм не мог не подчиниться. Алые щеки и затуманенный взгляд говорили о том, что парень очень расслаблен и готов на все, только пусть рука не останавливается.

— Я покажу чего жду от тебя.

Маккуин стянул с себя футболку и расстегнул джинсы. В голубых глазах было столько похоти, что у Джексона перехватило дыхание.

Такого Маккуина он еще не видел.

Джексон окинул взглядом подтянутое тело.

Взгляд тут же зацепился за усыпанные светлыми веснушками плечи.

"Все же, они не только на лице." — Вспоминая последний день в больнице подумал парень.

— Потрогаешь меня?

Джексон с готовностью обхватил его член длинными красивым пальцами и Маккуин удовлетворенно проскулил.

Шторм на пробу двинул рукой, погладил большим пальцем чувствительную головку. Маккуин уткнулся носом в чужую шею постанывая от удоволтствия.

Только сейчас парень заметил, что Молния дрожит. Но Шторма отвлекло движение руки на собственном члене.

Чувствовать как кто-то прикасается к интимному месту было не привычно, но это выбивало все лишние мысли из головы, доставляло невиданное ранее удовольствие.

— Джексон?

Маккуин поднял голову и у Шторма перехватило дыхание. Такой Маккуин сводил с ума, заставлял вспомнить о всех человеческих пороках, взывал к животной сути.

— Ты прекрасен. — Пролепетал Джексон, гладя его щеку свободной рукой.

Маккуин улыбнулся и припал к его губам, целуя уже не так невинно как раньше.

Плавные движения стали прерывистыми, резкими. Маккуин закончил первым, обессиленно падая в объятия Шторма. Парень кончил почти следом, чувствуя на себе вес чужого тела и то как дрожат ноги Молнии от только что пережитого оргазма.

Молния, не желая упускать момента, поспешил насладиться смущенным и одновременно уставшим выражением лица Шторма. Тот, тяжело дыша, поглаживал мужчину по обнаженной спине.

— Пожалуй хватит с тебя, а то еще сбежишь. — Рассмеялся Маккуин, застегивая его ширинку.

Джексон усмехнулся в ответ, прикрывая глаза и наслаждаясь приятной слабостью в теле.

"А это и вправду хорошая тренировка."