Часть 13.
— Я тебя прошу, не выходи никуда одна, — глядел на Таню Валера, прислонившись плечом к косяку входа на кухню небольшой квартиры девушки, — это ради твоей же безопасности.
— Турбо, — вздохнула девушка, достав две чашки из шкафчика и вазочку с конфетами на стол, — если они захотят, они найдут меня и здесь. То, что я буду сидеть в четырех стенах и выходить только с тобой, особо ничего не поменяет.
Парень сел за столом, скрестив руки на груди и следил за девушкой взглядом, не зная что и сказать на ее странное отрицание.
— Мне и всем нашим так будет спокойнее. Я тебя прошу, сделай то, что тебе говорят, — продолжал он спокойно, что странно для него. Обычно сразу вступала агрессия.
Таня наливала горячий кипяток в чашки, где уже была заварка. Ее взгляд иногда пересекался с Турбо, но она особо не задерживалась на нем. Сев напротив, девушка вдохнула и поставила ладонь под щеку.
— Ладно, одна не выйду, — согласилась та, кивнув головой, отчего челка упала на глаза, — но так постоянно продолжаться не может!
— Конечно, не может. Но пару дней, а то и неделю будет так, — произнес кудрявый и отпил горячего чая.
Пару минут они молчали, девушка думала о своем, Валера - о своем, тишина начала надоедать, и Таня встала, чтобы включить магнитофон, откуда сразу же заиграла песня группы «Форум», заполняя комнату.
— Валер, а зачем вы так впрягаетесь за меня? Я вам одни проблемы доставила, и сейчас все под откос опять же из-за меня, — говорила Ворона, теребя в пальцах фантик от конфеты, — жили бы себе спокойно, — цокнула она.
— Тань, — позвал он, отчего она наконец оторвала взгляд от фантика в руке, — если мы начали тебе помогать, связались с тобой, мы уже не оставим. Мы же не чушпаны какие-нибудь, — усмехнулся тот и достал сигарету, отходя к окну, которое было открыто.
Голубоглазая проследила за ним взглядом и словила себя на мысли, что Туркин и в правду хороший парень, красивый, не отказывает в помощи, хотя со стороны и кажется, что он хмурый и никому не отрытый человек. Нет, это так и есть, но с теми, на кого ему абсолютно наплевать.
Она встала из-за стола и подошла к нему, также прикурив и открыв второе окно.
А Турбо за это время влюбился. Влюбился как мальчишка, который все сделает для своей дамы, занявшей сердце. Он сам это понимал и осознавал, но признаться был бы не в силах, ведь было и так ясно, что девушке до него дела и нет. Она вечно в делах, ей не до кого-либо, приехала она сюда не за поисками любви.
— Ты про меня много знаешь, — заговорила Таня вновь, выдохнув едкий дым в сторону, куда его быстро унесло ветерком, — а я про тебя почти ничего.
— Что ты хочешь узнать? — взглянул на нее зеленоглазый, чуть прищурившись.
— А про все, — улыбнулась она, затушила бычок и затем закрыла окно со своей стороны.
Тот посмеялся и качнул головой, сделав те же самые действия, что и Воронкова. Таня начала расспрашивать его обо всём, параллельно убирая со стола и оборачиваясь на него, пока молчала.
— Не сложилось у меня с учебой, — вновь отвечал Валера на вопросы черноволосой, — хотел врачом стать, а потом пришился, да и пропала эта «мечта», — махнул он рукой, — а ты кем стать хотела?
— Я? — чуть улыбнулась Ворона и села рядом с ним на диване, подняв голову к верху, — а я всегда петь мечтала, даже на вступительные ходила в институт культуры, — вздохнула она и повернула голову к парню, — с последнего правда слетела. Но я как-то не сильно потерялась от этого.
— Петь умеешь? Не подумал бы никогда, — удивился тот, разглядывая сидящую рядом, — а спой что-нибудь.
— Валер, — нахмурилась она, стесненно отвернув голову, — ну какое спой?
— А что? — оживился парень, склонив голову к Тане, — ну например, Наутилуса, что знаешь.
Воронкова чуть посмеялась, запрокинув голову назад, и подумала, вспоминая знакомые песни. В голову самой первой пришла «Я хочу быть с тобой», может в данный момент и не уместна, но хорошая же музыка.
Турбо постепенно начал слегка подпевать ей, покачивая головой и улыбаясь в ответ голубоглазой.
— Кстати, что у тебя на личном? — через пару минут вновь с хорошим настроением начала дама, вскочив с дивана.
— Никак, — пожал он плечами, — но ты знаешь, давно я не любил, как сейчас, — вдруг намекнул Туркин, также встав с дивана, — так резко появилась и также резко исчезнуть хотела, что не смог отпустить и уговорил остаться, — продолжал парень, глядя на почти непонимающую Ворону.
Она чуть улыбнулась, кивнув ему головой, будто не поняла, про кого идет речь. Включила дурочку.
— А у тебя? — вдруг последовал вопрос уже для нее.
— Никак, — ответила все такая же удивленная Таня, пожав плечами, — появился один так резко, сначала никак понять его не могла, а он все не отлипал, везде помогал, провожал, интересовался мной. Давно никто так не гонялся за мной, — неожиданно для самой себя выговорила она про того, кто сейчас стоял перед ней со все таким же хмурым взглядом, как и обычно.
Турбо подошел к ней, метнув взгляд по ее лицу, на котором виднелся едва заметный румянец смущения. Таня подняла голову, чтобы встретиться с ним взглядом и вновь улыбнулась.
Два сердца бешено стучали, взгляды были только друг на друге, мысли только о своих чувствах, и возможно, чувствах другого. Ни один не решался сделать следующий шаг. Глупо стояли друг напротив друга и смотрели, будто ожидали чего-то от себя, но не могли.
И спустя пару минут кудрявый вдруг наклонил голову и коснулся губ девушки, которая оторопела от такого и на мгновение как окаменела. Его ладонь легла на ее щеке.
Таня решилась и ответила на этот робкий, почти невесомый, но такой волнующий первый поцелуй. Девушка постепенно расслабилась и перестала быть такой напряженной, ладони легли на его плечах, глаза закрылись полностью.
— Люблю я тебя, — произнес Турбо, отстранившись от губ девушки и взглянув в ее светлые голубые глаза.
А Таня все также молча смотрела на него с покрасневшими щеками и смущенным взглядом.