4Часть
Я резко развернулась и бросилась к прихожей, где на тумбочке лежала моя сумочка с ключами. Мне нужно было добежать до двери, выскочить в коридор и звать на помощь.
Но он был быстрее.
Алекс перехватил меня за пояс прямо у двери. Я вскрикнула, когда он развернул меня и прижал спиной к входной двери. Его лицо было в паре сантиметров от моего.
— Ты никуда не пойдешь, Грейс.
— Пусти меня! — я начала вырываться, ударив его по груди. — Ты больной! Ты убийца!
— Замолчи! — он зажал мне рот ладонью. Его глаза безумно бегали по моему лицу. — Я сделал это ради нас! Ты понимаешь? Тот человек... он мог всё разрушить. Мою карьеру, наше будущее. Я решил проблему. Для тебя. Для нас!
Он рывком вырвал телефон из моих рук и отбросил его вглубь комнаты. Потом он отстранился, но только для того, чтобы запереть дверь на верхний замок, ключ от которого он тут же спрятал в свой карман.
— Теперь ты успокоишься, — сказал он, тяжело дыша. — Мы сейчас сядем. Мы выпьем вина. И ты поймешь, что я — единственный человек, который по-настоящему любит тебя.
— Любит? — я всхлипнула, сползая по двери на пол. — Ты держишь меня дома взаперти
— Я спасаю тебя от твоих же глупостей
— он поднял мой чемодан и отнес его в спальню. — Иди в комнату, Грейс. И не вздумай подходить к окнам.
Я осталась сидеть на полу в прихожей, глядя на пустую стену. В восьми часах полета отсюда осталась бабушка, остался Ландо, который видел, что со мной что-то не так. А здесь, в Вашингтоне , я была заперта в «золотой клетке» с человеком, чьи руки были в крови.
Я медленно поднялась с пола, стараясь не смотреть на Алекса, который стоял у кухонного острова с бокалом вина. Мои ноги были ватными, но в голове пульсировала только одна мысль: «Инстаграм. Компьютер на диване».
— Я... я пойду прилягу, — тихо сказала я, прижимая локоть к боку. — У меня действительно сильно кружится голова.
Алекс пристально посмотрел на меня. В его взгляде боролись подозрение и желание верить, что я снова стала «послушной» Грейс.
— Вот видишь, — мягко произнес он, и от этой мягкости у меня по коже пошли мурашки. — Спи, родная. Утром всё будет казаться просто дурным сном.
Я зашла в спальню и плотно прикрыла дверь. К счастью, замок на ней был только изнутри. Я щелкнула защелкой. На кровати лежал мой планшет — Алекс отобрал телефон, но про планшет,
заваленный подушками, видимо, забыл.
Мои пальцы дрожали так сильно, что я
трижды вводила пароль неправильно. Наконец, экран разблокировался. Яркость на минимум, чтобы свет не был виден под дверью.
Я открыла Инстаграм. Сердце готово было выпрыгнуть из груди. Последнее сообщение от Ландо было вчера: «Грейси, как долетели? Напиши, как будешь дома, я переживаю»
———————————————————
< Lando Norris
Ландо, нет, все плохо,
Алекс запер меня в доме.
Я узнала что , он совершил
убийство в Чикаго скорее всего
Я нашла чек из камеры хранения.
Он сказал, что сделал это «для нас». Мне страшно.
Его как будто подменили
Стоп, Грейс!? ЧТО
ЛАНДО ПОМОГИ ХОТЬ КАК НИБУДЬ
я никому не могу написать, он у меня телефон забрал, а там у меня все номера телефонов, позвонить кому то по айпаду я не могу
ГРЕЙС БЛЯТЬ ОН С УМА СОШЕЛ
так грейс отправь мне геолокацию, я вызову полицию, и чек, я через связи попробую найти откуда этот чек и полиция должна приехать быстро. ты только успокойся, я сейчас возьму билеты в вашингтон и прилечу
спасибо ландо, можешь я думаю
не прилетать , я думаю на днях сама
улечу в бристоль
я не хочу видеть алекса больше
я боюсь, что он не позволит тебе вещи собрать если полиция его оставит дома, вдруг выкрутится
ты хочешь сообщить про убийство ?
а ты не хочешь?
хочу но..
никаких но, грейс! он совершил убийство.
тем более я уже сообщил, они едут
ландо, спасибо тебе большое
я ещё ничего не сделал, вот как будешь в безопасности, тогда благодари)
———————————————————
Я лежала неподвижно, затаив дыхание. Планшет был надежно спрятан под подушкой, а я сама свернулась калачиком, натянув одеяло до самого подбородка. В комнате стояла абсолютная темнота.
Шаги за дверью замерли. Я слышала только тяжелое, прерывистое дыхание Алекса по ту сторону. Он стоял там долго, как будто прислушивался к шорохам внутри.
-Грейс? ты спишь?
Я не ответила. Мои веки дрожали, но я заставила себя не двигаться. Через бесконечную минуту я услышала, как он отошел. Скрипнул диван в гостиной, звякнуло стекло — он продолжал пить, пытаясь заглушить свой страх или ярость.
Прошел час. Я сидела в темноте, вздрагивая от каждого шороха. В гостиной стало подозрительно тихо. Может, он уснул? Или...
Вдруг я услышала тихий звук. Это был не шаг. Это был металлический скрежет в замочной скважине моей спальни.
Замок щелкнул. Дверь медленно, со скрипом начала открываться. Полоска света из коридора разрезала темноту комнаты, падая на кровать. Я замерла, спрятав айпад под одеяло и закрыв глаза.
Алекс вошел в комнату. Я чувствовала запах виски и холод, который, казалось, исходил от него. Он подошел к кровати и сел на край. Матрас прогнулся под его весом.
-Ты ведь не спишь, Грейс. Я чувствую, как колотится твое сердце. Ты всегда была плохой актрисой.
Его пальцы медленно скользнули вниз к моей шее. Не сжимая, просто касаясь кожи, но от этого прикосновения мне хотелось закричать.
-Знаешь, почему я выбрал тебя? Потому что ты была такой чистой. Такой далекой от всего этого дерьма в бизнесе. А теперь ты смотришь на меня как на монстра. Но я сделал это для нас. Чтобы у нас были эти деньги. Чтобы мы жили в этом доме...
Он замолчал, и в этой тишине я услышала далекий, едва различимый звук сирены с улицы. Совсем далеко, где-то в районе Эмбасси Роу.
Алекс тоже это услышал. Его рука на моей шее напряглась.
Он сидел неподвижно, прислушиваясь, и в какой-то момент я поняла: он осознал, что этот звук — по его душу.
-Что ты наделала, Грейс? Ты всё-таки нажала на кнопку?
Он резко сорвал с меня одеяло. Планшет, который я пыталась спрятать, выскользнул на простыню, его экран предательски вспыхнул, освещая лицо Алекса. Он выглядел безумным: расширенные зрачки, растрепанные волосы, на губах застыла жуткая усмешка.
- Норрис... Этот щенок погубил нас обоих. Ты думала, они тебя спасут? Они просто всё разрушили!
Он замахнулся планшетом, собираясь разбить его о стену, но в этот момент под окнами раздался визг тормозов и хлопки автомобильных дверей. Синие и красные вспышки заполнили спальню, мечась по потолку, как призраки.
Голос из мегафона: «Полиция округа Колумбия! Алекс, мы знаем, что ты внутри. Выходи с поднятыми руками! У нас есть ордер на твой арест по запросу Интерпола!»
Алекс вскочил с кровати. Он метался по комнате, как загнанный зверь.
— Нет, нет, нет... — бормотал он. — Мы сейчас уйдем. Через заднюю лестницу. Одевайся! Быстро!
Он схватил меня за запястье и рывком поднял с кровати.
Он потащил меня к выходу из спальни, но я упиралась изо всех сил. Я знала: если он выведет меня из квартиры как заложницу, шансов остаться в живых будет мало.
-Помогите! Я здесь! Он здесь!
-Заткнись, Грейс! Заткнись, если хочешь жить! Я не отдам тебя им!
Он прижал меня к себе, используя как щит, и начал медленно пятиться в сторону гостиной. Входная дверь содрогнулась от первого удара тарана.
Удар тарана разнес дверную коробку в щепки. В квартиру ворвался ослепительный свет тактических фонарей.
— Полиция! Всем на пол! — крики слились в один оглушительный гул.
Алекс, окончательно потеряв рассудок от страха, потащил меня назад, к кухонному острову. Он лихорадочно нашарил на столешнице тяжелый нож для мяса. Я почувствовала холодную сталь у своего горла. Его рука дрожала так сильно, что лезвие царапало кожу.
— Назад! — взвизгнул Алекс, вжимаясь спиной в кухонные шкафы и прикрываясь мною. — Я убью её! Клянусь, я перережу ей горло, если вы сделаете еще шаг!
Спецназовцы замерли, направив на него лазерные прицелы. Красные точки плясали на его груди и на моем плече.
— Алекс, брось нож, — голос офицера был пугающе спокойным. — Из этой квартиры нет другого выхода. Всё кончено. У нас есть все улики из Чикаго.
— Ничего у вас нет! — кричал Алекс мне в ухо, его дыхание было горячим и пахло спиртным. — Грейс, скажи им! Скажи, что ты сама этого хотела! Мы же были счастливы!
В этот момент я поняла: он ждет, что я снова его спасу. Что я снова буду той послушной девочкой из Бристоля. Но той Грейс больше не существовало.
Я увидела, как в проеме разбитой двери промелькнула знакомая фигура. Ландо. Он не мог быть здесь так быстро, но он был — всклокоченный, в какой-то чужой куртке, с лицом, бледным от ужаса. Его взгляд встретился с моим всего на секунду.
«Сейчас или никогда», — пронеслось у меня в голове.
Я со всей силы наступила Алексу на подъем стопы своим каблуком и резко дернула голову вниз, одновременно кусая его за предплечье, державшее нож. Алекс взвыл от неожиданности и боли, его хватка ослабла на долю секунды.
— Грейс, вниз! — закричал Ландо.
Я рухнула на пол, обдирая колени о плитку. В ту же секунду на Алекса навалились трое полицейских. Раздался звон упавшего ножа и глухой звук удара тела о пол.
— Чисто! Объект нейтрализован! — прозвучало над моей головой.
Я лежала, уткнувшись лицом в пол, и меня трясло в крупной дрожи. Чьи-то сильные руки подхватили меня и рывком подняли. Я зажмурилась, ожидая холода наручников или рывка Алекса, но вместо этого почувствовала мягкую ткань куртки и тепло человеческого тела.
— Всё, Грейси... Всё. Я здесь. Ты в безопасности, — это был голос Ландо. Он прижал меня к себе так крепко, что я наконец-то смогла вдохнуть.
Я обернулась и увидела, как Алекса, закованного в наручники, ведут к выходу. Его лицо было разбито, он что-то бессвязно шептал, глядя в пустоту. Он больше не выглядел как успешный бизнесмен. Он выглядел как жалкий трус.
На тумбочке в прихожей остался лежать мой паспорт и билет до Вашингтона. Но я знала, что больше никогда не позволю никому решать, куда мне лететь и кем мне быть.