Глава ХI
Он пришел раньше обычного, чтобы было больше времени для его занятий. Многие смотрела на него с восхищением, должны быть новость о том, что он ударил врача, разлетелась по всем отделам больницы. А некоторые смотрели на него с укором. Конечно, услышав похвалу от одного из работников, Коул бы загордился и поднял нос к верху, но этого не было.
Янг с улыбкой на лице зашел к своему пациенту, который, видимо, от нехватки рассказов, начал снова поглаживать свою старую книгу. Она подняла свой взгляд на него.
- Я практически ничего не вижу, - тихо сказала она с поникшем взглядом.
- Скоро сможешь.
Коул вытащил из сумки большую стопку бумаг и принялся детально рассказывать о плане его занятий, которые - по его словам - должны ускорить процесс восстановления. Она слушала его внимательно, только изредка перебивала, чтобы что-то уточнить. Агнесс полностью доверилась ему, хотя в душе таились сомнения. Эддингтон не могла разрешить себе высказать все свои мысли, потому что не хотела позволять труду Коула пропасть, и то с какой счастливой ноткой в голосе он рассказывал о своих исследованиях. Если бы она только смогла разглядеть его, то поняла бы по его синякам под глазами и большом стакане с кофе в руке, что он не спал всю ночь. Когда Янг закончил свой рассказ, облегченно выдохнул.
- Ну что, Агнесс, готова?
- Да, мистер Янг.
Они приступили к первому упражнению. Агнесс искренне старалась, она делала это не для себя - ей было уже все равно на свою жизнь - а для человека, который очень о ней заботится. Если это позволит ему почувствовать себя счастливее, то она не против. Если в конце, он почувствует хоть какое-нибудь облегчение от проделанной работы, то и девушка тоже сможет, наконец, почувствовать умиротворение. Однако этому не суждено сбыться, ведь его упертый характер не позволит ему опустить руки.
С другой стороны, Коул был уверен в своих упражнениях, он лишь надеялся, что очередной приступ не усугубит ее положение. К счастью для него Эддингтон лишь иногда теряла сознание.
В конце дня Агнесс всегда чувствовала усталость, боль в горле и в глазах. Но она не знала пощады своем телу, каждый раз перед сном вновь повторяла упражнения, наверное, так повлиял на нее практикант. Ей не хотелось его разочаровывать. А вдруг надежда, которую он посеял у нее в сердце, просто не позволяла усомниться в том, что ничего не получится. Как бы то ни было, Эддингтон упорно работала над собой, чтобы однажды без запинок, без дрожащего голоса и без скачущего взгляда с улыбкой поздороваться с ним.
Упорные занятия продолжались. Коул, который не мог позволить моральному духу упасть, в перерывах пересказывал содержания книг. К его сожалению Агнесс почти не разговаривала с ним, поэтому он чувствовал себя неловко.
Неделя подошла к концу. Коул, медленно идя по коридору, думал, как бы уговорить Эддингтон на еще одну неделю упражнений. Он боялся, что мог сломить ее дух, надежду, которую она с таким трудом приняла. Янг видел прогресс в этих занятиях, но сомнения окончательно убивали его решительность. Практикант, постучавшись, открыл дверь в привычную палату, где Агнесс встретила его улыбкой, а взгляд выдавал благодарность.
- Привет, Коул, - по его телу пробежали мурашки, почти без запинки поздоровалась девушка, устремив свой взгляд на него.
Он простоял на пороге всего несколько секунд, а затем подбежал к ней и крепко обнял. Сердце бешено колотилось; Коул был готов прыгать с ней от счастья. Она в ответ обняла его и горько заплакала. Благодарность начала вырываться из ее уст, а слезы потоком снимали все накопившиеся напряжение.
Они прекрасно знали, что рано или поздно состояние речи вновь ухудшится, а глаза потеряют оставшуюся остроту зрения. Они знали, что это лишь отстрочило ее от неминуемого. Агнесс понимала, что больше не сможет улучшить качество своей речи, зрения, что так и останется дрожь в голосе, и неконтролируемое перемещение взгляда от одного объекта к другому. Пусть это и невыносимая правда, пусть еще одна причина, чтобы сдаться, сейчас, именно в данный момент, они хотели насладиться результатом своих тяжелых трудов.