19.02 глава.
// ᴦᴧᴀʙᴀ оᴛ ᴧицᴀ ᴋᴀя //
Вчерашнее совещание закончилось очень медленно, я бы сказал, даже слишком медленно. Сейчас у меня скоро начнется пара в первой группе. Эти малолетки мало чего понимают, я бы сказал, что они практически ничего не знают. Перешли в университет и думают, что они уже взрослые. Среди них меня уже многие успели выбесить, особенно Анни и Амелия, слишком шумные и слишком наглые.
Моё солнце была совершенно другой: спокойной, милой, стеснительной. Её щёки краснели от одного лишь моего взгляда, и она отчаянно пыталась сосредоточиться на паре, уткнувшись в тетрадь и переписывая одну и ту же строчку несколько раз. К моему счастью, она сидела на первой парте, перед моим столом.
Идя к аудитории первого курса, я увидел её, стоящую одну. Хмыкнув, я подошёл к ней.
— Ты же понимаешь, что скоро начнётся пара? — спросил я. Она подняла свой взгляд на меня и замерла.
Моё солнце, как оказывается, тоже не равнодушно ко мне.
Я подошёл к ней ещё ближе, буквально зажимая между своим телом и стеной. Я перевёл взгляд на её губы. Блядь, хочу её поцеловать.
— Что... вы делаете? — тихо, заикаясь, спросила она, и её щёки снова покраснели.
— Пока что ничего, — ухмыльнулся я.
Я приподнял руку и коснулся её щеки, переходя на подбородок с целью приподнять её голову. Она дёрнулась, но была слишком маленькой, чтобы как-то оттолкнуть меня.
Не выдержав, я наклонился ещё ближе и коснулся её щеки своими губами. Она часто дышала, и её сердце билось так, будто она несколько часов бежала.
Её глаза, широко распахнутые, смотрели на меня с смесью страха и чего-то ещё, чего я не мог пока расшифровать. В них отражался свет, падавший из окна, и я видел в них дрожание ресниц, словно от порыва ветра. Моё прикосновение, казалось, застыло на её коже, не вызывая ни отторжения, ни полного принятия. Воздух между нами стал плотным, насыщенным невысказанными словами и едва уловимыми ощущениями. Я чувствовал тепло её дыхания на своей щеке, лёгкое, почти невесомое, но такое явное. Её тело, такое хрупкое под моей рукой, казалось, замерло в ожидании, словно пойманная птица, ещё не решившая, броситься ли в бегство или довериться руке, которая её держит.