Восьмая глава.
— она самая. — я усмехнулась глядя куда-то вниз. Воспоминания о том светлом человеке терзали меня.
— Кима.. стой, у тебя ж кличка другая щас — бабай поднял одну из бровей.
— другая. После смерти его.. — на глаза стали наворачиваться слезы. Перед глазами предстал тот злополучный день. Как рязан старательно закрывает меня собой, как по моим рукам течет теплая алая кровь. Как он лежал на моих коленях, как я смотрела на его окровавленную голову, как трясла его, пытаясь разбудить. Но он.. уснул вечным. Вечным сном. — отказалась и от банды и от клички. — чуть ли не рыдая ответила я.
— бля.. — он прижал меня к своей груди. Погладил по голове. Я не хотела. Не хотела, чтобы так произошло. Я чувствовала, что прямо сейчас должна вырваться и пойти к принцу, но.. но ноги ватные. Из за слез было ничего не видно. Соленое море застилало глаза. Ноги подкашивались. В любой момент я была готова упасть. — не плачь, Ким.. ой, дамка.. или как тебя назвать?
— дамкой зови. — я вытерла слезы и отошла от бабая, шмыгнув носом. — я пошла. — предупредила я и шагнула прочь. Я чувствовала, что будто изменила принцу. Я пошла именно к нему.
Он сидел в курилке и нервно курил. Я сразу это заметила.
— принц, пойдем отойдем? Поговорить нужно.
— ну, пошли. — выкинув сигару сказал он.
Отойдя в сторону спорт городка, но так и не дойдя до него я выдала:
— слушай..
— что слушать? Как ты с бабаем обжималась там? Как он тебя по головке погладил? — он поморщился.
— я не хотела этого! — я слегка повысила голос. Слезы. Опять они.
— а что ты хотела? Может ты большего хотела? Чтобы он тебя к стеночке и в «засосик»? — принц кричал.
— ты послушаешь или нет!? — я сорвалась на громкий, почти истошный крик. После это все сопроводилось плачем. Громким. Тем, которого никто не слышал давно. В наше время и одной слезы пустить нельзя, а тут чуть-ли не истерика.
— а что слушать если я и сам все видел?
— видел, но ситуации не знаешь. — всхлипывая проговорила я.
— тут и знать нечего. — он собирался уже уйти, но.. он плюнул прямо мне под ноги. Плюют только шалавам. А я? Я не такая. — сука ты. Редкостная. — он развернулся. Ушел обратно оставляя меня одну.
Я побежала в сан.часть. Я знала куда. Знала куда прямо сейчас и пойду. К Наташе Сосновой.
Она всегда была там. Всегда в своем кабинете.
Я на удивление свое дошла быстро. Я почти бежала, иногда вытирая слезы с замерзших щек.
Я зашла в сан.часть. Белые коридоры казались вечными. Наконец нужный кабинет. Все та же деревянная вывеска с потрескавшейся краской.
«Наталия Соснова.
Врач-хирург»
Я быстро вошла. Наташа сидела за небольшим письменным столом, перебирая бумаги. Увидев меня в таком состоянии она подскочила и стала меня слегка потряхивать.
— что случилось? Лера! — глаза закатывались, а ноги непроизвольно сгибались. Я чувствовала то, что прямо сейчас потеряю сознание. Я держалась как могла.
— он.. — из за истерики я не могла внятно объяснить. Из меня выходил лишь короткий кашель.
— принц? Что он!? — судорожно оглядывая меня тревожилась наташа.
— он подумал.. — кашель. — что.. — кашель. — я ему.. изменила. — я еле выдавила последнее слово. Снова сорвавшись на крик я осела на пол.
— Лер, щас я тебе чаек горяченький, малиновый налью. С разведки чай привезли! Хороший! — Соснова встала и пошла искать чай. — щас попьешь.. успокоишься.. — приговаривала она в поисках.
Я лишь переползла на стул у дубового, забитого бумагами письменного стола.
Через минуту передо мной стоял чай, который я не спеша попивала.
— расскажи, как произошло это. — вздохнула наташа.
— у меня друг был.. рязан. Он умер спасая меня. — я постаралась снова не заплакать. — бабай с нами в банде был. Я там увидела тату его, так и поняла. Я ему все рассказала, а после.. при нем зарыдала и он.. обнял меня. — я скривилась, будто противилась его. Хотя, возможно, так и есть. — по голове.. погладил.. я не хотела этого! Совсем! Я без ума принца люблю. Очень! — я стала оправдываться. Почему? Не знаю. — он увидел это.. и.. потом.. — мой голос сипел, а по щекам потекла слеза. Я быстро сделала глоток чая. — потом ссора. Крики, мои визги, плач. — перечисляла я.
— уу, да уж. Не очень ситуация.. — приподняла брови Соснова.
— не очень!? Это пиздец наташа! Пиз-ди-ще! — прикрикнула я.
— я понимаю, Леруша. — вздохнула Наташа.
— дай совет, что делать? — попросила я.
— ну, ты это, только не кричи и не оправдывайся больше. Постарайся ему объяснить все, когда успокоитесь. Сейчас вы оба на эмоциях и вы будете кричать и дальше обвинять друг друга. Так нельзя. — разъяснялась Наталия.
— хорошо. Спасибо. У нас отбой уже, я пойду. — вздохнула я, потирая покрасневший от слез нос.
— ступай.
Я вышла из сан.части. Телогрейки на мне не было. Она была где-то в бараке. Не помню. Я ее не одела. Ночью в горах было холодно однако. Простыть - как два пальца обоссать. Я надеюсь, что этого не случится, надеюсь пронесет. Не прийдется с температурой тридцать девять валяться в казарме истекая соплями. Я дошла. Каждый уже лежал и спал. Раздевшись я легла на свой мешок. Рядом он. Принц. Спит, чутка нахмурившись. Я непроизвольно улыбнулась, но после лучезарная улыбка спала с моего лица. Я вспомнила нашу сегодняшнюю ссору. Первую.
С этими мыслями я и уснула.
Снился принц.
— ты во всем виновата. — витали где-то во сне слова, пробирая до самых костей. Предо мной стоял принц. Зло смотря на меня. Из за его спины выходили мальчики. И Лебедева. Они ходили вокруг меня. Презирали.
— ша-ла-ва — горлопанил каждый из них.
— как ты могла? Как ты могла со мной так поступить? Я ведь так тебя любил.. — приговаривал принц.
Я хотела взять его за руку, все объяснить, но..
он просто расселся. Я его больше не видела. Лишь на ухо прозвучало последнее, похожее на дуновение ветра слово.
— шлюха. — протяжно.
Я проснулась в холодном поту.
С головной болью, я встала. Единственное, что я смогла сделать - это дойти до первого попавшегося человека. Я упала в обморок.