Очарован [Закончен]

Майки сделал ему два ромбовидных шрама по краям своей улыбки, но ему было все равно. Он по-прежнему выбирает следовать своему сильному детству, во веки веков. Вот почему он убежал сразу после того, как Майки и Баджи ушли, Сенджу изо всех сил пыталась извиниться, но это было бесполезно.

Ущерб был нанесен.

Санзу сел в близлежащем парке, прислонившись спиной к желтому зданию и уткнувшись лицом в крепостную руку. Слезы, которые раньше не текли, вырвались наружу, кровавые необработанные шрамы на его рту жгли каждую миллисекунду.

Ему было все равно. Он до сих пор обожает Майки. Он сильный  старший брат . Ему нужна помощь-

"Ах! Ч-что случилось!? Ты в порядке!?"

Санзу выглянул и почти забыл о своей ране от того, как глупо выглядел виновник громкого голоса. Уродливая прическа, дурацкая одежда и дурацкий плащ, будто он супергерой.

"Кто этот большой подлец сделал это с тобой!? Я его одолею!!" Малыш кричал заикающимся тоном, тряся ногами, как новорожденный ягненок, и лихорадочно вертя головой. Да, его действия совершенно не соответствовали его словам.

«Отвали, тупой супермен-подражатель». — прорычал Санзу, поморщившись, когда его хмурый взгляд растянул слюнявые шрамы.
«Нет, ты ранен, и я не позволю, чтобы ты ещё больше пострадал!!!

Такемичи был очень взволнован, и его чуть не стошнило, он никогда не видел столько крови сразу. Кто-то страшный, должно быть, сделал это. Но сначала он должен был убедиться, что с этим розововолосым парнем все в порядке.

Моя мама умеет оказывать первую помощь, пошли ко мне домой!" Такемичи схватил Санзу за руку, активировав его сигнализацию «бей или беги». «Отпусти, кусок дерьма, или я убью тебя!»  Но, несмотря на многочисленные угрозы убийством и оскорбления, Санзу в конце концов доставили в дом Такемичи.

Мать Такемичи была занята приготовлением свиного бульона и чуть не закричала так громко, как только могла, когда увидела лицо и одежду Санзу, удивляясь, как этот чертов мальчик был спокоен и смотрел на ее сына. "В больницу"

"Нет!"— закричал Санзу, тут же зажав рот рукой и застонав от боли. «Но…» «Нет! Если ты это сделаешь… ему придется прийти, чтобы подписать кое-какие бумаги в качестве моего опекуна…» Санзу не хотел, чтобы Такеоми узнал об этом, и у него, черт возьми, были бы неприятности из-за этого. по любой причине, которую придумает его старший брат.
"Понятно! Тогда я отведу тебя в свою комнату" Такемичи потащил Санзу в свою спальню, по пути прихватив аптечку.

Немного зная о первой помощи из-за того, что ему постоянно приходится лечить собственные синяки, Такемичи сначала осторожно вытер чужую кровь и использовал немного спирта, удерживая беспокойного мальчика на месте. Санзу все это время оставался на удивление молчаливым, лишь издавая короткие судорожные вдохи и прерывистые стоны от боли.

"И... ~ готово!"Весь рот Санзу был забинтован от раздражения. «И именно поэтому я не позволяю тебе пытаться оказать первую помощь на себе». Мать Такемичи вздохнула, войдя в комнату несколько минут назад. "Что ты говоришь, я сделал хорошо!" "*вздыхает*".

И, наконец, мать Такемичи вырезала специальные повязки для ран Санзу и заклеила их гораздо лучше, чем это сделал Такемичи. "Ну вот". Она улыбнулась.
"..спасибо вам..." Так как его рот был ограничен в том, чтобы широко открываться, "спасибо" получилось немного странным.

Такемичи надулся, все еще думая, что его попытка, по крайней мере, выглядела лучше.
"Мама, уже 8 вечера, что у нас на ужин?" Он указал. «Мы…» «Что! …» Санзу закрыл рот, прежде чем его раны снова открылись. "Восемь!?"

Санзу быстро выбежал, вспомнив, что его брат все еще был в его жизни и как бы он разозлился, если бы опоздал домой.
"Э-эй!" Такемичи запротестовал, но Санзу уже не было дома. "...Я не узнал его имени..." Он нахмурился.

Этого не может быть.

Нет, это должно быть дело божье, чудо!

Тело Санзу напряглось, когда его глаза поймали идеальные ясные голубые глаза, те самые, о которых он мечтал все эти годы. Он хотел подойти к блондину, спросить, помнит ли он его, спросить, не хочет ли он дружить, но увы, не хватило духу.

Но у него было время. У него было все время мира.

...

Санзу истерически расхохотался, оставшись один в своей комнате. Разорванная фотография Такемичи под алтарем с Тачибаной Хинатой, его женой.
"Такемитчи... Такемитчи... ТАКЕМИТЧИ~!! Почему? Почему я не могу забыть тебя!? Должно быть, это судьба! Должно быть, эта противная шлюха ослепила тебя, и ты женился на ней, но не волнуйся~!!"
Был брошен нож, задев что-то посреди мишени. Это была случайная фотография Хинаты с сотнями, если не тысячами следов от ножей, что делало изображение почти неузнаваемым.

"Ты мой герой~, мой! Только мой~!!"

— пропел Санзу, сунув пистолет в кобуру.

"Я так очарован тобой, Такемитчи~!!"