Повторное трудоустройство не связанное с людьми

[Начало 2 копии – Странные разговоры в кампусе]

(Школьное правило №1: Ранние любовные* (интимные) отношения запрещены)

(*早恋 - Подростковая любовь, обычно известная как «ранняя любовь», относится к поведению подростков в возрасте до 18 лет, направленных на установление романтических отношений или развитие любви с другим человеком. Термин «преждевременная любовь\ранняя любовь» широко используется в Китае, но по сравнению с таким же термином как «юношеская любовь» оно подразумевает негативный под тон в социальных аспектах).

Игроки, которые благополучно заканчивали экземпляры новичков, получали в качестве дополнительной награды трехдневный перерыв.

Находились ли они в отчаянии, радовались чему-то или плакали горькими слезами в этот период времени, не имело большого значения ведь неизменным фактом оставалось то, что эти три дня будут лишь мимолетным мгновением в их жизни.

В отличие от игроков, которые были охвачены страхом перед своим будущим, Шэнь Дунцин проснулся в одиннадцать часов утра, оделся и схватил ранее приготовленный рюкзак, полностью забитый едой.

Он медленно вышел из дома в ожидании начала следующей копии.

Само собой разумеется, что в его голове вся эта игра была лишь довольно сильной забавой.

Место, в котором жил Шэнь Дунцин, находилось в небольшом городке, но, поскольку последние три дня он провел, слившись с телефоном, повторяя все повадки «счастливого и откормленного дома*», он все это время не выходил из своей комнаты.

(*Термин для обозначения отаку или обозначающий человека ведущий нездоровый образ жизни).

Теперь же, когда он впервые вышел на улицу, Шень Дуньцин понял, что весь этот городок был населен игроками, из-за чего его окрестности были полны суеты, ничем не отличавшийся от обычного города.

Под руководством системы он прибыл на место, где останавливался общественный транспорт.

На нужном островке его уже ждал припаркованный старый автобус. Сквозь пыльное и потускневшее стекло окна он смог разглядеть несколько человеческих фигур, уже ожидавших отбытия.

Шэнь Дунцин поправил ремни рюкзака, зашёл в автобус и уселся на свободное место возле окна.

Возможно, потому что некоторые игроки еще не прибыли, автобус остался на одном месте без каких-либо изменений в движении.

Заскучав Шэнь Дунцин начал искать развлечения в своем мобильном телефоне, он только включил экран смартфона, когда кто-то протянул руку сзади и похлопал по его плечу.

"Привет!"

Шэнь Дунцин повернул голову назад, встречая улыбающееся лицо человека, пылающее удивительным энтузиазмом.

«Привет, привет». - Сидящий позади него мужчина прислонился к его сиденью и представился: «Великий бог, давай дружить. Я Фан Ци».

Но на эти слова Шэнь Дунцин лишь покачал головой и ответил: «Я не великий бог».

С выражением «Я понимаю» Фан Ци бросил мимолетный взгляд на рюкзак Шэнь Дунцина, который шуршал от движений тела юноши, и понизил голос: «Реквизиты в системе такие чертовски дорогие, и все же тебе удалось купить так много вещей. Именно поэтому ты, должно быть, великий бог».

Шэнь Дунцин удивленно посмотрел на мужчину перед собой, прежде чем открыть свой рюкзак, не удосужившись спрятать его содержимое: «Это лишь моя еда».

И в правду весь его рюкзак был забит шоколадом, печеньем, картофельными чипсами, кока-колой и всей подобной нечестью ... По сути, в нем не было ничего полезного.

Увидев это улыбка на лице Фан Ци застыла, лишь спустя пары секунд он сумел хоть как-то выдавить из себя слова: «Если ты осмелился покупать столь много бесполезных вещей, ты, должно быть, обладаешь превосходными навыками, чтобы увильнуть от ухаживания за смертью. Можно мне обнять твоё бедро*?»

(* Интернет термин обозначающий акт использования преимущества других людей для получения собственной выгоды).

«Три дня назад я прошел свою первую копию уровня новичка, полностью положившись на другого игрока. Теперь, когда мне нужно посетить новую копию самостоятельно, мое сердце переполнено нервозностью, поэтому было бы неплохо, если бы великий бог мог провести меня через... »

Пока говорил Фан Ци, он одновременно думал, что ему следует сесть рядом с Шэнь Дунцином, чтобы развить более тесные отношения между ними.

Он уже собирался вставать, когда увидел, как другой игрок зашел в автобус и пропуская все пустые места, сел прямо на то сиденье, на которое он уже нацелился.

«Эй, это мое...»

Человек, который захватил его сиденье, был в солнечных очках, но когда он услышал, слова Фан Ци, он слегка потянул их вниз, открывая тому пару светло-коричневых глаз, что смотрели прямо на него.

Менее чем за секунду Фан Ци поспешно сказал в страхе: «Неважно, не бери в голову, сиди спокойно».

Хотя Фан Ци не был знаком с этим человеком, он понял, что тот не был обычным игроком по одному лишь его внешнему виду.

Фан Ци послушно вернулся на свое место, не отрывая ушей, прислушиваясь к движениям перед ним - если ему удастся найти возможность обнять бедро, он будет готов!

Наблюдая за их взаимодействиями Шэнь Дунцин почувствовал, что человек в темных очках выглядел немного знакомым для него, поэтому он вновь внимательно взглянул на сидевшего рядом человека и вскрикнул: «Ах, это ты!»

Услышав это Чжоу Вэньянь, просто снял солнцезащитные очки, отвечая: "Это я."

Шэнь Дунцин смущенно поджал губы, и на его щеке появилась маленькая ямочка: «Конфета, которую ты мне подарил, была очень вкусной».

Наблюдая за юношей рядом, и за его смущением у Чжоу Вэньяня возникло небольшое желание протянуть руку и погладить его слегка пушистые волосы, но когда он поднял руку, ему пришлось опустить ее, симулируя свое равнодушие, издавая неумеренный гул.

Но на это Шэнь Дунцину было все равно, он повернул свою голову обратно к рюкзаку и начал что-то в нем искать. Спустя некоторое время юноша достал круглое желе и сунул его в руку Чжоу Вэньяня со словами: "Это для тебя."

В широкой ладони с красивыми длинными тонкими пальцами это желе выглядело особенно маленьким и компактным в руке Чжоу Веняня.

Некоторое время он колебался, не зная, что ему делать с полупрозрачным желатином. В конце концов, ему пришлось сунуть его в карман своего пальто.

Вместе с этим действием в автобус зашел последний человек, за которым тут же закрылась дверь, автобус, наконец, начал свое движение.

Двигатель загрохотал, пока транспорт медленно двигался в непроглядную темноту.

Одновременно с этим событием звучали динамики с двух сторон автобуса. С ними заговорил старик, по голосу которого было понятно, что для него это было тяжелым бременем. Он кашлял трижды в каждом предложении, из-за чего его голос был хриплым и неприятным для ушей.

【Добро пожаловать в игру Бесконечный Кошмар】

【Вы вошли в копию уровня C】

【Пожалуйста, проведите семь дней в средней школе Цинхай】

Как только голос в динамиках затих, водитель резко нажал на тормоза, из-за чего шины автобуса издали неприятный звук.

Впоследствии транспорт остановился и через некоторое время для них, открылась передняя дверь.

Кто-то высунул голову наружу и посмотрел вдаль. Но единственное что увидел этот человек, был непроглядный туман, из-за которого видимость снаружи была очень плохой.

При таких обстоятельствах никто не посмел первым выйти из автобуса.

Поняв это Чжоу Вэньянь, встал и произнес: "Пошли".

Шэнь Дунцин не особо задумывался об опасности снаружи транспорта, поэтому он быстро взял свой рюкзак и последовал за ним.

Видя, что два бедра* сошли с автобуса, Фан Ци спешно последовал за двумя мужчинами.

(*Под золотыми бедрами подразумеваются сильные люди, обладающие властью и статусом. Чаще всего так описывают лидеров определённой группы, от сюда и взялся термин схватиться за бедро).

Их действия заставили оставшихся игроков взглянуть друг на друга, и начать выходить из автобуса один за другим.

Туман снаружи, мешал их видимости, из-за чего они были ограничены радиусом в один метр.

Шэнь Дунцин посмотрел на свои ноги, не отклоняясь от пути, он делал небольшие осторожные шаги, боясь, что споткнется об камень. Он не сделал и двух шагов, когда чужая рука резко потянулась к нему.

«А?» - Шэнь Дунцин поднял голову.

Одна рука Чжоу Венянья была в кармане пальто, а другую руку он протянул к Шэнь Дунцину. Чжоу Венянь уставился на него, не говоря ни слова.

Увидев взгляд мужчины Шэнь Дунцин, нерешительно вложил свою руку в протянутую ладонь.

Чжоу Вэньянь схватил юношу и потянул вперед.

Примерно после десяти минут ходьбы туман постепенно рассеялся, и главные ворота школы стали виднеется перед глазами игроков.

Вероятно, они прибыли в то время, когда только что закончились каникулы, что одновременно сигнализировало о возвращении обратно в школу учеников, так как можно было видеть, как те входят в школьные ворота, неся на себе багаж.

Была также большая табличка из гранитного камня с золотым названием школы на поверхности рядом с входом: «Средняя школа Цинхай».

Чжоу Вэньянь повел Шэнь Дунцина в поток людей, чтобы слиться с основной массой тел, так они пошли к главному входу в школу.

Прежде чем они смогли войти в среднюю школу Цинхай, их остановила женщина средних лет в очках с золотой оправе. На ее груди висел бейдж с иероглифами «Директор учебного отдела*».

(*教导主任 - Главный помощник директора школы в осуществлении учебно-методической работы в школе, данная должность является высшей в учебном отделении. Грубо говоря, этот человек выполняет работу «Завуча по учебной работе» в наших школах).

Директриса по учебным вопросом внимательно посмотрела на них двоих, но ее взгляд тут же упал на их переплетенные руки. Увидев, что они не как не отреагировали на ее взгляд, она резко упрекнула их: «В школе запрещены интимные контакты, ранние романтические отношения не допускаются по уставу нашего учреждения».

Чжоу Вэньянь никогда не сталкивался с информацией об экземпляре средней школы Цинхай, но, услышав, что говорит женщина в очках, он решил, что безопаснее будет не нарушать школьные правила, и, таким образом, отпустил чужую руку.

Первоначально в мыслях Шэнь Дунцина прогулка за ручку с Чжоу Вэньянем, не предоставлялась как интимный жест, он думал об этом как о чистых и невинных взаимоотношениях, между ними двумя. Так почему же слова директрисы извратили происходящее между ними?

Поэтому, когда Чжоу Вэньянь выпустил его руку, это только привело к обратному эффекту, заставляя его казаться виновным.

Переполненный этими мыслями Шэнь Дунцин схватил Чжоу Вэньяня за руку и серьезно сказал директрисе по учебным вопросам: «Учитель, наши отношения исключительно товарищеские, я отношусь к нему как к однокласснику».

После того, как он сказал эти слова, он протянул Чжоу Веняня вперёд, не оглядываясь назад.

Неожиданно директриса по обучению не смогла найти никаких оснований для опровержения его слов из-за смелости и уверенности, которые вложил юноша в свои слова.

Следовательно, Шэнь Дунцин продолжал держаться за руку Чжоу Вэньяня, когда они шли за окружающими их учениками, в самое сердце школьного кампуса.

Первое, что нужно было сделать ученикам после того, как они вернулись обратно в школу после каникул, это перенести весь багаж обратно в общежитие.

Само общежитие было расположено в западном углу школы, и им пришлось пройти через учебное здание и поле, которое составляло примерно половину кампуса, прежде чем они достигли фасада двух шестиэтажных зданий.

Здания были разделены, для удобства учащихся, одно было предназначено специально для парней, а другое для девушек, их пара последовала за мальчиками, чтобы войти в нужное общежитие.

Только тогда Шэнь Дунцин отпустил руку мужчины рядом.

Чжоу Вэньянь посмотрел в сторону его лица и подавил улыбку так и грозящуюся появится на его лице, не выдержав, он низким голосом произнес: «Ты не будешь продолжать держать меня за руку, дальше?»

Услышав это Шэнь Дунцин со всей серьезностью ответил: «Я сделал это, только потому, что пытался доказать, что у нас нет романтических отношений».

Сказав это, Шэнь Дунцин подошел к доске объявлений, чтобы проверить, в какой комнате он должен был остановиться.

Но единственное что там было вывешено, так это устав школы, который нельзя было нарушать.

Несмотря на то, что Шень Дунцин долго просматривал содержимое, он не нашел ни своего имени, ни имени Чжоу Вэньяня.

«Что вы там стоите, как идиоты? Вы должны быстро оставить багаж в своих комнатах, уроки вот-вот начнутся!» - К ним быстро подбежал мальчик с прической виде ёжика, с которым как оказалось они вдвоем, делил комнату в общежитии: «Поспешите, иначе будете наказаны за опоздание!»

Шэнь Дунцин и Чжоу Вэньянь обменялись взглядами, последовав за мальчиком пока, наконец, не остановились у двери 402 комнаты.

Войдя в нее, они увидели свои имена, наклеенные на краях кроватей.

Одна комната в общежитии могла вместить в общей сложности шесть человек. Кровать Шэнь Дунцина находилась на верхней койке возле дверного проема, пока кровать Чжоу Вэньяня находилась прямо напротив него.

Шэнь Дунцин положил свой рюкзак на кровать, и уже собирался последовать за мальчиком с прической ёжик, пока дверь резко не распахнулась.

Было очевидно, что душевное состояние Фан Ци немного отличалось от его рассеянного выражения лица, но, когда он увидел Шэнь Дунцина, его эмоции быстро изменились, будто он увидел своего горячо любимого потерянного родственника.

«Я только что видел...» – Фан Ци задрожал, как решето: «Как игрок, вступил в спор с директрисой, а потом...»

Стоит упомянуть, что вышеупомянутый игрок имел некоторую индивидуальность.

У него была хипстерская прическа и разноцветные пряди волос, которые точно были запрещены по уставу школы, из-за этого он был остановлен директрисой по учебным вопросам, как только он прошел ворота, она сказала ему, что ему нужно изменить прическу.

Игрок, должно быть, подумал, что директриса по обучению была нормальной женщиной, поэтому он не только отказался, следовать ее словам, он даже имел смелость начать спорить с ней.

Но никто не ожидал, что директриса по обучению вытащит ножницы, и со звуком «кач» просто отрежет ему голову.

Что было еще более пугающим, так это тот факт, что ученики не попытались уйти или убежать в страхе, они просто прошли мимо обезглавленного тела без следа эмоций на лице.

Когда мальчик с прической ёжиком начал переодеваться в форму, он сказал: «Разве это не нормально? Он ведь нарушил школьные правила. Кстати занятия начнутся в шесть, не опаздывайте».

Видимо, он привык к таким моментам. Закончив говорить, мальчик убежал, оставив трех игроков в комнате общежития.

Фан Ци находился в той же комнате что и они. Его нижняя койка находилась, прям под койкой Шэнь Дунцина.

«Должны ли мы пойти в класс, прямо сейчас?»

Услышав эти слова Чжоу Вэньянь открыл рот, и быстро произнес: «Подождите, сначала наденьте форму».

Прежде чем мальчик с прической ёжика вышел из комнаты, он сменил свою одежду на школьную форму.

Таким образом, весьма вероятно, что отсутствие их школьной формы является нарушением правил.

Вспомнив свое детство, Фан Ци быстро понял, что действительно все так и было и в реальном мире.

Поэтому он поспешно открыл шкаф со своим именем и надел весь комплект школьной формы, включая школьный значок.

Школьная форма не была облегающей, из-за чего в мгновение ока молодой человек с тонкими чертами лица превратилась в бессмысленную серую массу, неотличимую от других детей.

Кроме того, для него форма, оказалась очень слишком большой, даже по его стандартным параметрам.

Обернувшись, он начал говорить, но тут же запнулся: «Я закон ... чил»

И в правду, сравнивать их не было большого смысла.

У Чжоу Веняня были длинные конечности тела, несмотря на то, что он был одет в сине-белую форму, та не смогла скрыть его стройную фигуру, из-за чего ему удалось заставить обычную школьную форму выглядеть лучше с некоторыми изменениями в манжетах.

Не было необходимости упоминать и Шэнь Дунцина, с его бледной и чистой кожей он выглядел как новоприбывший ученик в тот момент, когда надевал школьную форму, и это не считая того факта, что его легкая ямочка на щечках сделала его одним из самых красивых и милых мальчиков в школе.

И даже если бы он сравнил себя с ними, это было все равно, что сравнивать долговечный товар с одноразовым товаром за одну и ту же цену.

Под порывом ревности и зависти из сердца Фан Ци рассеялось немало страха. Он посмотрел на время и вскрикнул: «Уже почти шесть!»

Понимая это группа, тут же вышла из комнаты, но почти сразу же Шень Дунцин вдруг вспомнил, что что-то забыл.

Сказав «подождите», он побежал обратно, в комнату, где пробыл пару минут. Наблюдая, как он возвращается обратно, двое других игроков смогли увидеть, карманы его школьной формы которые выпучились так, будто он сунул туда множество вещей.

Под подозрительным взглядом Фан Ци, Шень Дунцин похлопал себя по карманам с одним лишь словом: «Еда».

Хорошо.

Ты заслуживаешь того, чтобы называться великим богом, учитывая, как ты все еще можешь думать о еде в такое время.

Фан Ци укрепил свои намерения держаться за это бедро, шагая по кампусу школы.

Согласно информации, написанной на доске объявлений, они должны были прибыть в учебный корпус и начать искать класс 2-3 (4).

Войдя в класс, они тут же заметили, что он был полон учеников, из-за чего осталось всего пару свободных мест. Просканировав надписи на учебниках, разложенных на столах, они быстро нашли свои места.

Шэнь Дунцин сидел в последнем ряду, за одним столом с Чжоу Вэньянем.

Сев на нужное место он тут же принялся, перебирать книги на столе, в громадной стопке он нашел громоздкий буклет, названный, как правила средней школьные Цинхай.

Без промедления он открыл первую страницу буклета, и его глаза тут же зацепились за выделенные жирным шрифтом слова - ранние любовные отношения запрещены.

Шэнь Дунцин быстро захлопнул буклет со школьными правилами.

Шутка минутка от переводчика:

Чжоу Венянь: « Чтобы держать Шэнь Дуньцина за руку, надо, прежде всего держать в руках себя. Уж слишком сильно он милый».