Глава 5
Глава 5
Кафе «Студент», находящееся в квартале от нашего университета, очаровывает посетителей теплом гостеприимства и атмосферой домашнего уюта. Мой желудок к тому времени, когда мы уже дошли, завёл разговор с Генри. Запах горячей пиццы затмил разум, и я зашла в здание как загипнотизированная.
- С грибами или с сыром? - спросил меня Генри, когда мы, наконец, сели за столик.
- Без разницы, мне даже стол покажется вкусным, – ответила я, лёжа на столике.
Генри тяжко выдохнул.
- Почему не поела во время перерыва?
- Забыла… - простонала я.
- Как можно забыть о еде?! - удивлённо спросил он. - Ты что, витала в облаках?
- Я просто забыла, что голодна… - не думая, ответила я.
Сначала он захихикал, а потом в открытую засмеялся. Я приподняла голову и прищурила глаза, глядя на его счастливое лицо, улыбнулась, когда поняла, что ляпнула чушь… И тут мой взгляд уловил движение знакомого силуэта. Посмотрев за плечо Генри, увидела, как Патриция садится рядом с Роем.
- Ты чего? Тебе плохо?
- Генри, подумай своими мозгами… Я голодна и раздражена, - выкрутилась я и стала ковырять пальцем стол.
- Ты реально собираешься съесть стол? - изогнув бровь, поинтересовался Генри.
Я испепеляющее посмотрела на него.
- Нет, просто пятнышко увидела, - ответила я и перевела взгляд за плечо друга.
Мои ноздри раздулись, когда я заметила, что Патриция слишком уж нагнулась к Рою.
- Ты чего такая злая? - свёл брови Генри.
И действительно, чего я вдруг? Взглянула в серые глаза Генри. Сейчас я сижу с ним и чувствую себя легко, знаю, что ему можно довериться, что он не предаст, будет хорошей опорой. А этот богатенький наглец, который, к тому же, враг всей моей жизни, заставляет меня тревожиться, злиться не понятно из-за чего и нервничать.
- Жан! В чем дело!? - спросил Генри, чуть сердясь.
Я прикусила нижнюю губу и, наклонившись к нему, прошептала:
- Знаешь того парня, который сегодня утром взбесил тебя?
- Ну, в курсе, что он твой партнёр по пьесе.
- Он враг всей моей жизни, а не партнёр! Его зовут Рой Иллирк! Ты понимаешь, Иллирк!
Мой сероглазый друг в удивлении приподнял брови, а затем, усмехнувшись, сказал:
- Не повезло парню…
Я тоже усмехнулась
- Верно подмечено, приятель!
- Ваш заказ, - проговорила официантка и положила перед нами две большие пиццы.
Раздался озорной смех. Крепкие, мускулистые руки Роя держали хрупкую талию Патриции. Она что-то шептала ему на ушко, а он помогал ей выйти из кафе.
«Иллирк - враг, Иллирк - враг», - повторяла я про себя, думая при этом, почему мне противно смотреть на них, а в голове возник план, как отомстить и ей, и ему.
- Жан? - снова позвал Генри.
- А? - удивлённо посмотрев на него, спросила я.
-Ты чего не ешь? - показывая на кусок, который я держу в руках, спросил он.
Я аккуратно положила кусок на место и прошептала:
- Аппетит пропал…
Резкий стук вилки о стол удивил меня. Я в шоке посмотрела на Генри. Его взгляд был каким-то другим, словно он сдерживал себя.
- Джаннет! Да что с тобой?! - крикнул Генри, никогда меня не называвший раньше полным именем, никогда. Из-за того, что он повысил на меня голос, в горле образовался комок, а глаза стало щипать. Я сделала глубокий вдох и медленно выдохнула.
- Не ори на меня, Генри, - сказала я шёпотом.
- Объясни мне, что случилось? - чуть умоляюще попросил он.
- Мне бы самой понять… - отворачиваясь, ответила я.
- Ты изменяешься… - прошептал он и склонил голову, словно раскаиваясь. Но нет, он не винит себя за то, что накричал на меня, а собирается раскрыть мне свою душу.
Я чуть улыбнулась и ободряюще похлопала его по руке.
- Чувак, что ты несёшь? - прикусив язык и улыбнувшись ему, спросила я.
Он поднял голову, и в его глазах я прочитала все мыслимые и немыслимые эмоции. И вот от тихо прохрипел, словно не разговаривал ни с кем всю жизнь:
- Я не хочу терять Джаннет, которую встретил на экзамене…
Он встал и, заплатив, ушёл, больше ничего не сказав.
Я изменяюсь? Разве? Я, вроде, такая же, но со стороны виднее. Повернувшись к окну, ловлю взглядом силуэт Генри, идущего на остановку. Я сделала ему больно, не так ли? Откинувшись на спинку стула, закрываю глаза. Я впервые поссорилась с другом. Слеза медленно покатилась по щеке, напоминая, какая я всё же слабая, беспомощная девочка.
- Чёрт! - ударила кулаком по столу.
- Вам плохо? - с беспокойством спросила официантка.
- Нет, я… спасибо, было вкусно, - вставая, проговорила я.
- Но вы ничего не съели… - обведя взглядом столик, сказала девушка.
Я почесала затылок и сильно зажмурилась.
- Я тут вспомнила, что у меня аллергия. До скорого, - уже около выхода сказала я ей, но из-за того, что быстро вышла, не услышала ответ.
Уже не пытаясь сдерживать слёзы, я пошла в парк. Найдя укромное местечко, спряталась и просто жалела себя. Когда мне плохо, я вспоминаю те дни, когда семья была на грани банкротства. Уже тогда я отказывала себе во многом… уже тогда, в шесть лет, задумывалась о том, на чём могу экономить. А в семь лет я на себе почувствовала, что значит быть голодным. Когда встречаю богатых людей, мне хочется плакать: они не ценят то, что у них есть, совершенно не ценят. Каждый раз, когда я поддаюсь искушению, вспоминаю те дни, запомнившиеся мне адом. Жизнь несправедлива ко всем живым существам на планете Земля, но она учит нас, даёт понять ценность того, что у нас есть. Жизнь даёт нам уроки, и за эти уроки нужно платить.
- Девушка! Вам плохо? - кто-то схватил меня за руку и попытался поднять. Я подняла голову. На меня с беспокойством смотрели ничем не примечательные карие глаза невысокой девушки примерно моего возраста.
- Нет-нет, просто кое-что уронила, – попыталась выкрутиться я.
Понятно, что она мне не поверила. Ну да, я бы тоже не поверила таким словам, если бы увидела чьё-нибудь заплаканное лицо.
- Ты Джаннет Пирс? - спросила она.
Когда я стала такой знаменитой, что каждый прохожий меня знает?
- Да, а что?
- Я…я Софи, тоже учусь в академии Святой Марий! - сказала она тихо и стала разглядывать свои обычные, я бы даже сказала недорогие, ботинки.
Молчу. Что она от меня хочет?.. Почесав затылок, я сказала:
- Что ж, спасибо, я пойду…
- Нет-нет, - схватив меня за рукав, вскрикнула Софи. Я в недоумении посмотрела на её увеличенные зрачки. Она чего-то боится? Или это из-за нервов?..
- Что? - склонив голову набок, спросила я её.
- Я… - она проглотила ком во рту - хочу с тобой дружить!
Кажется, всё началось с хихиканья, но через секунду я в открытую смеялась. Когда припадок утих и я хотела было спокойно ответить, увидела на её лице слёзы. Вот так, ничем не примечательным действием, я ранила её. Она отвернулась от меня и пошла прочь.
- Стой! Стой! - крикнула я, догоняя девушку.
- Не надо! Ты тоже насмехаешься, как и все остальные! - крикнула она. Её руки дрожали, несмотря на тёплую погоду.
- Извини, просто я не привыкла к такой прямолинейности… - объяснила я ей и тепло улыбнулась.
Её слезы в мгновение ока высохли, а на лице медленно появилась счастливая улыбка.
Софи оказалась хорошим человеком, но всё же со своими тараканами в голове. У неё есть кое-какие проблемы с общением. Поэтому ей тяжело заводить новые знакомства или даже с кем-то разговаривать. У неё нет друзей, а одноклассники считают ее странной. Если так подумать, то понятно, почему она заплакала: видимо, ещё в детстве Софии терпела насмешки… А я поступила жестоко с её чувствами, ведь она хотела побороть свой страх.
- А почему ты плакала? - спросила она меня, когда мы сидели на лавочке.
- Бывает иногда… Кажется, что всё достало, что жизнь жестока, нет ничего хорошего в том, что мы все живём, и вот в такие моменты хочется плакать. И что самое странное, это помогает очиститься. Это помогает идти дальше.
- Ты ведь мне не скажешь причину, так ведь? - спросила она, чуть приподняв уголки губ.
- Мне бы самой в этом разобраться, - со вздохом ответила я ей.
- Хочешь, я тебе кое-что посоветую? - вставая и отряхивая брюки, сказала она, а затем повернулась ко мне.
- Ну, блесни умом, может и поможешь… - откидываясь на спинку скамейки, проговорила я.
- Будь проще. Проблема иногда только кажется сложной. Не усложняй себе жизнь, - нагнувшись ко мне, с улыбкой шептала она. - Это помогает.
- Спасибо, учту твои слова, - вставая и поправляя лямку сумки, сказала я ей.
- Ага. Что ж, я пошла…- проговорила она и помахала мне рукой на прощание.
Я смотрела, как она, чуть прискакивая, уходила домой. Её совет, конечно, хорош, но, если бы она испытала мои поражения на своей шкуре, то, наверное, никогда не была бы такой свободной. Для меня всё простое уже давно превратилось в глобально сложное. Я думала об этом всю дорогу домой и даже не заметила, как мама меня звала.
- Джаннет!
Я положила рюкзак на пол и в ожидании смотрела на маму.
- Ты почему так поздно пришла? - спросила она с тревогой.
- Загулялась, - ответила я честно.
Мама тяжело выдохнула и подошла ко мне.
- Деточка, с тобой всё в порядке? – обнимая меня, спросила она.
- Да, а мне должно быть плохо? - обнимая её в ответ, прошептала я.
- Просто это так несправедливо отношению к тебе… - поглаживая меня по голове, сказала мама.
Молчу, просто позволив себе почувствовать защиту и спокойствие, немного расслабиться.
- Что на ужин? - спросила я её, немного отстраняясь.
- Твои любимые куриные крылышки! - с энтузиазмом сказала она.
Я засмеялась и поднялась к себе в комнату. Как только дверь за моей спиной захлопнулась, я скатилась на пол и скрючилась, будто мне больно. Да, мне больно в душе, но физически я всё же сильная. Дав себе ещё пару минут на сопли, я встала, заставляя себя делать определённые действия - улыбнуться, умыться и не подавать виду, что мне плохо. Когда я спустилась и увидела дедушку, в памяти воспроизвелись моменты моего прошлого.
Однажды мы проходили мимо бездомного малыша, который просил немного денег на хлеб. Дедушка вложил мне в ладонь горстку конфет и сказал:
- Ешь, но сначала подумай, кому нужнее эти конфеты…
В тот раз я жадно посмотрела на сладости и раздражённо кинула их в ребёнка, ожидая, что он будет кричать… Но малыш собрал конфеты и даже сказал мне спасибо.
Тогда я и поняла, что значить делать добро.
- Ты чего там стоишь, Джан? - спросил меня дедушка в прихожей.
- Да так, кое-что вспомнила, - ответила я, подошла к нему и обняла. - Спасибо тебе…
- За что, милая?
- За всё...
- И чего вы встали в прихожей? А ну-ка быстро за стол! - крикнула мама.
Я засмеялась и села за стол. Мама с тарелкой салата в руках уселась рядом с папой, дедушка - во главе стола, а я с правой стороны от него. Папа взял пульт со столешницы и включил маленький телевизор, который весел в углу на стене.
- Передай хлеб, пап, - попросила я, в то время как телевизор вещал новости этого дня.
- Шокирующая новость! - сказал ведущий.
- Дай угадаю, это связанно с Иллирками, - прокомментировал папа, а мама тихо захихикала.
Я схватила вилку, переложила немного салата к себе на тарелку и попробовала его в приподнятом настроении.
- Только что Клавдий Иллирк сделал объявление, - продолжал ведущий.
- Ну, я же говорил, - приподняв брови, сказал папа. Дедушка усмехнулся себе под нос, но через секунду посерьёзнел.
- По словам Клавдия Иллирка, его младший сын, Рой Иллирк, женится на наследнице компаний «Эриен», Патриции Эриен…
Вилка, будто потяжелевшая на несколько тысяч тонн, выскользнула у меня из рук. Время замедлилось; как в трансе, я посмотрела на экран телевизора и увидела Патрицию и Роя на каком-то банкете. Прикусила губу, чтобы из моих уст случайно не вырвался крик. Если я раньше не понимала, что со мной происходит, то теперь ясно чувствую и ощущаю… Я влюбилась, ревную, и мне больно, так как мы не можем быть вместе. Непрошеная слеза упала на еду, за ней последовала вторая. Когда я успела так сильно расслабиться, когда он успел проникнуть в моё сердце?
- Уже известна дата свадьбы: она состоится 16 февраля следующего года, - продолжал тем временем ведущий.
Громко втянув воздух, я опустила взгляд на тарелку с едой, на которую, капля за каплей, падали мои слёзы. Если бы это была совершенно другая дата, возможно, я бы не реагировала так болезненно. Но из всех дат они выбрали именно эту! Я шмыгнула носом и резко встала из-за стола.
- Джан, что с тобой? Ты плачешь? - забеспокоилась мама, но я, ничего не ответив ей, просто поднялась в свою комнату.
Я заперла дверь на замок и, немного постояв, легла на кровать. Рой Иллирк - младший сын семьи Иллирков, считающейся нашим недругом. Парень с тёмно-коричневыми волосами, сине-зелёными глазами, заразительной улыбкой и великолепным чувством юмора. Тот, кто незаметно проник в мое сердце и овладел им. Тот, кто женится в канун моего дня рожденья.