Глава 1
Глава 1 Печатаю этот доклад уже второй час, но мне всё равно что-то в нём не нравится. Я не мастер в построении изысканных предложений. Также не владею правилами этикета, не в состоянии красиво подать руку или, например, располагающе улыбнуться. Я обычная, примитивная девушка с необычным именем Джаннета. Учусь в очень престижном университете Святой Марии. Поговаривают, что здесь учатся дети королевских кровей.
Сам собой возникает вопрос: как я попала в место, где кишат самые богатые дети мира? Ответ очень прост: Комитет образования, дабы не было раздора с бюджетниками, раз в год проводит вступительный экзамен для "бедняков". Попробовать сдать его может каждый, но из всех экзаменовавшихся зачислят лишь пять человек. Я счастливчик, не так ли?
Если бы я знала, какие здесь учатся дети, то вообще не ступила бы на эту территорию! Как и в каждом университете, ученики тут разделяются на богатых, бюджетников и "средненьких". Родители последних служат в крупных фирмах, вроде "Adidas", или же заместителями руководителей. К богатым относятся наследники огромных компаний, чьи родители работают генеральными директорами. К бюджетникам, по сути, отношусь я. Не считаю себя ни бедной, ни богатой. Папа работает в маленькой компаний заместителем директора, а мама - продавщица в цветочном магазине.
Забыла сказать про учеников VIP-класса. Эти дети просто невероятно богаты, занимаются отдельно от остальных. Я никогда не видела VIP-учеников, так как они всё время тусуются на самых верхних этажах здания университета. У них свой ресторан, свой двор, спортзал и т.д. Иными словами, "на люди" они не выходят. Их всего 7 человек в классе.
А в моей группе 20 человек, как, впрочем и во всех остальных, кроме VIP.
- Я просто не пойму! - зарычала какая-то блондинка, бросив ненавистный взгляд в мою сторону, - почему вонючее отродье вроде этой, - кивнула на меня, - учится в таком прекрасном месте, как наш университет Святой Марии!
Я выключила ноутбук и, захлопнув его, пошла в библиотеку. Держи себя в руках, Джаннета: она не стоит твоего волнения. Ненавижу таких детей! Избалованные тупые блондинки, которые в жизни не рискнут поднять килограммовый пакет картошки, чтобы помочь маме с покупками.
Добравшись до библиотеки, я невольно улыбнулась. Это единственное место, где я могу провести спокойные минуты, радует, к тому же, своей величественной красотой, таящей много мудрости и знаний.
Я направляюсь в свой любимый уголок и, дойдя до конца библиотеки, счастливо, блаженно любуюсь им. Здесь стоят несколько столов, сделанных из дуба, а вместо стульчиков - кожаные кресла синего цвета. Но меня привлекает не вся эта роскошь... Я зачарована красотой природы. За стеклянной стенкой виден великолепный двор, похожий на сад. Маме там понравилось бы... Повсюду - растения из разных стран, экзотические, удивительные. Чуть дальше - лабиринт, перед входом в который возвышается статуя Святой Марии.
Я сажусь на кресло в приподнятом настроении, печатаю дальше. Вдруг на мой ноутбук приходит электронное сообщение. Написала мама: "Джаннета, не забудь купить хлеба по дороге. И, конечно же, поешь! Как провела утро?"
Тяжело вздохнув, пишу ей ответ: "Сижу и печатаю свой доклад - вот как. Всё, как всегда. Не беспокойся за меня".
"Хорошо, не буду мешать, милая."
- Так и знал, что ты тут! - услышала я знакомый голос.
Генри сел рядом со мной и, лучезарно улыбнувшись, спросил:
- Снова нагрубили?
Генри - мой друг. Встретились мы на вступительном экзамене для бюджетников. Он жутко волновался, а меня это не на шутку раздражало, поэтому я успокоила его... Так мы стали друзьями. Мальчиком он оказался умным, по успеваемости был первым, а я - четвёртой. У меня ещё есть подруга Эмили, но она как-то резко разбогатела и из «бюджетников» превратилась в "средненькую". Она меня не замечает и знать не хочет. Вот как меняют людей какие-то бумажки.
- Не то слово! Ты подготовил доклад про революцию во Франции?
- Уже давно. А ты ещё пишешь, что ли? - удивился он.
- Ну... не могу правильно построить предложения - призналась я.
- Пиши так, будто говоришь это учительнице или мне, - посоветовал он.
- Да-да, спасибо, друг, – похлопав его по плечу, сказала я.
Через минут тридцать я закончила работать над своим сообщением по истории, которое писала, наверное, три дня, и, счастливо обняв Генри, поскакала в кабинет истории, чтобы сдать доклад учительнице, Шарлотте Динк. В этом месте она самый добрый человек среди всех, кого я знаю. Прочитав половину, она улыбнулась мне и тепло проговорила, пряча листки в свою папку:
- Неплохо, Джаннета Пирс, очень неплохо!
- И какая же оценка? - спросила я, внутренне сжимаясь: мне нужны хорошие отметки, а история не самый любимый мой предмет.
- Конечно, "отлично"! - с возмущением сказала она, не скрывая печальной улыбки. - Кроме Генри и тебя историей никто не занимается.
- О, спасибо, Мисс Динк! - счастливо крикнула я, выбегая из кабинета во двор с намерением съесть свой ланч, приготовленный мамой.
Но не успела я отломить кусочек сэндвича, как из динамиков раздался задорный и в то же время серьёзный голос директора.
- Все студенты университета Святой Марии должны пройти в Большой зал! Повторяю, все студенты университета Святой Марии должны пройти в Большой зал!
Я жалобно посмотрела на свой бутерброд, тяжело вздохнув, завернула его в пакет и поплелась в зал, на самом деле подходящий скорее под определение "огромный", а не просто "большой". Он похож на амфитеатр с огромной сценой и одним-единственным балконом - для VIP-учеников. Я присела на красное бархатное кресло недалеко от входных дверей, чтобы было легче быстро уйти.
На сцену вышел наш добрый руководитель университета и сразу попросил:
- Прошу, соблюдайте тишину, детки! Я, как-никак, директор!
Но галдёж не прекратился, и из зала кто-то выкрикнул:
- Да ладно тебе, Томас! Мы все в предвкушении!
Как вы уже поняли, они даже директора университета не уважают. Я уселась поудобнее и закрыла глаза. Наверняка сейчас снова пойдёт речь о том, что Комитет образования собирается провести проверку дисциплины.
- Послушайте же! - он хлопнул в ладоши три раза, да так, что у меня голова заболела, но зато все заткнулись. - В этом месяце во всех университетах страны проходит конкурс! Комитет решил, что соперничество с другими учебными заведениями может стать для вас неким развлечением. Другими словами, наш университет тоже участвует в этом конкурсе...
- А с чем связан конкурс? - спросила одна девушка.
- С литературой и искусством.
Все вокруг заныли, кроме меня. Обожаю литературу и искусство.
- Нужно поставить сценку по какому-нибудь известному литературному произведению. Чтобы было по-честному, Комитет дал каждому университету по теме. Нам попалась следующая тема: «"Ромео и Джульетта" по пьесе Уильяма Шекспира».
Все вновь заныли. Если признаться честно, я тоже.
- Ну-ну, ребятки! Веселей! Вы ведь не хотите проиграть конкурс? Если мы проиграем, то наш университет будет знаменит как самый отстойный!
- А где его проводить-то будут? - задал вопрос какой-то парень.
- Администрация решила, что конкурс проведут в нашем «Дворце».
Все дружно закивали. «Дворец» - это наш собственный театр. Вы, наверное, поняли, что он в десять раз больше этого зала.
- А главные герои? - спросила противная богачка Джульетта.
Из меня вышел нервный смешок. Её точно выберут на роль Джульетты: и красива, и имя подходящее, и манеры... И история? О, я надеюсь, что её судьба будет похожа на судьбу Джульетты из пьесы Шекспира.
- Всё должно проходить честно, - начал директор, - поэтому...
Из отверстий в полу сцены по обе стороны от директора появились две платформы с маленькими столиками, на которых стояли похожие на огромные аквариумы сосуды со множеством листочков.
Жатва! Это Жатва! Голодные игры, вперёд! Только бы мне не досталась роль!
- На некоторых листочках написаны роли, а на некоторых - нет, - продолжал мистер Томас. – Сейчас парни и девушки будут парами выходить на сцену и вытаскивать листочки. С правой стороны - мужчины, - указывая рукой вправо от себя, громко сказал директор, – с левой - девушки, - более тихим голосом закончил он.
Я сижу как вкопанная. Что-то мне подсказывает, что произойдёт нечто очень плохое.
- Начнём с балкона! - громко заговорил директор. - Давайте! Чего сидим!
Балкон расположен над моей головой, позади - выход, а прямо напротив меня находится массивная лестница, по которой будут спускаться VIP-ученики. Я поворачиваю голову к другой такой же лестнице. Сладенько улыбаясь, по ней изящно спускается великолепная девушка. Её роскошные чёрные волосы волнами лежат на плечах. На лице - минимум косметики. Глаза настолько холодны и хитры, что мой желудок связывается в тугой узел. Она явно не самый добрый человек.
- Ну же, парни! Не стесняйтесь! – задорно воскликнул директор.
Я повернула голову к лестнице напротив меня. И вот, медленно ступая, по ней начал спускаться парень. Сначала я увидела только его ноги...
Но когда чуть приподняла голову, то поняла, что VIP-ученики - просто красавцы.
Он прикусил губу, будто силясь не расхохотаться. Видимо, что-то в зале его очень развеселило, либо друзья сказали ему нечто смешное. Сине-зелёные глаза парня обследовали зал. Повернув голову, он подмигнул этой красавице на другой лестнице. И вот, когда он немного опустил голову и огляделся, наши глаза встретились. Мы смотрели друг на друга не больше двух секунд, но этого хватило для того, чтобы... Ох, чёрт... Вдруг этот ученик споткнулся о свою ногу и кувырком упал с лестницы. Все вокруг рассмеялись, я сдавленно хихикнула и закрыла глаза.
- Поаккуратней, Рой!
Тот, кивнув и отряхнув брюки, гордо встал, сияя весёлой и заразительной улыбкой. Потом он на секунду повернул голову и снова посмотрел на меня. Улыбка пропала с его лица... Я его рассердила. Однозначно. Но на что так злиться-то? Сам ведь виноват.
- О, прекрасная Патриция Эриен, ну, попытайте своё счастье... Возможно, Вы будете Джульеттой! - раздался вдруг голос директора. Патриция летящей походкой подошла к "аквариуму" и элегантно засунула в него руку. Пошарив там немного, она вытащила листочек. Улыбаясь всему залу, повернула голову в сторону Роя, подмигнула. Тот уже поднимался по ступенькам на сцену.
- И какая роль тебе досталась, Патриция? - спросил директор.
Девушка развернула листок и... окаменела. На её лице можно было увидеть все эмоций мира, от доброты до злобы. В гневе она сжала бедный листок в кулаке и прошипела:
- Ничего...
Патриция сердито топнула ногой и, дуясь, помчалась на балкон.
- Что ж... Не судьба, - печальным голосом сказал директор и перешёл к парню.
- Рой, вытаскивай! - поторопил его Томас.
Парень с тёмно-каштановыми волосами пошарил в кувшине и, прикусив губу, будто это требует ужасно много сил, достал, наконец, листочек. Прежде чем развернуть его, посмотрел на балкон, а затем на меня... или нет? Издалека сложно разобрать. Быстрым движением раскрыв сложенную бумажку, он громко и чётко проговорил:
- Ромео! - девушки, которые затаили дыхание от его красоты, радостно взвизгнули. Я же просто похлопала в ладошки и зевнула. Не хочу быть Джульеттой... Не для меня эта роль: ни за что не покончу жизнь самоубийством из-за любви.
- Что ж, продолжим! - вновь заговорил Томас.
В этот момент я отключилась. По ходу дела поняла, что Джульетта-ученица получила роль служанки. Многие не получили никаких ролей. Не вникая особо в происходившее на сцене, я уже почти дремала, как вдруг меня кто-то толкнул локтём. Я широко открыла глаза.
- Джаннета Пирс! – позвал меня директор. Надо же, и моё имя помнит. Держу пари, у него есть где-то список с нашими именами и фотографиями. Встав на ноги, я стала лихорадочно вспоминать, получил ли кто роль Джульетты. Буду надеяться, что стану обладательницей пустого листка... Сдалась мне эта сцена! Лучше дома посидеть, книгу почитать...
Вдруг я споткнулась о собственную ногу и упала на четвереньки. Все вокруг рассмеялись. Я попыталась успокоить бешено бьющееся сердце и встать гордо. Не хочу хвастаться, но у меня это получилось. Хихиканья долго не умолкали. Вдруг Джульетта-студентка громко заговорила:
- Почему бюджетники тоже участвуют?
- Так будет честно, Джульетта! - сердито сказал директор. Ого, наш Томас может быть и злюкой! Впечатляет!
Когда я поднялась на сцену, он указал мне на сосуд для девушек. Повернув голову направо, увидела лицо Генри. Присутствие друга меня очень успокоило: удалось восстановить нормальный ритм биения сердца... Не мешкая, засунула руку в кувшин. Он уже прилично опустел: я могла насчитать около тридцати листочков. На одном из них написано имя главной шекспировской героини... В конце концов, их целых тридцать! А моя рука с детства славится "счастливой"... Так что не о чем беспокоиться.
Наконец, я вытащила первый попавшийся листочек, развернула его, не медля, и громко прочитала надпись, не вникая в её смысл:
- Джульетта...
Когда эхо моего голоса достигло моих же ушей, я резко и так же чётко проговорила, забыв о включенном микрофоне:
- Японская собака! Ох, чёрт!
Ошарашенно посмотрела в зал... Зря. У меня за одну секунду набрался вагон врагов в виде стервозных блондинок и брюнеток.
Мама, роди меня обратно...