пролог
Пролог
В кабинете стоял неприятный запах табака, смешанный с чем-то отдаленно напоминающим домашний суп.
- Это кажется борщ? – Да, определенно он. Наглухо закрытое окно лишало того спасительного прохладного ветерка который вовсю гулял в этот июньский солнечный день. Несколько шкафов, стандартный стол с дешёвым компьютером, обшарпанные стены, картинки с видами далёких краев. Казалось бы типичный кабинет государственного учреждения этой страны. И лишь форменный китель, небрежно накинутый на вешалку у двери, да ордена – аккуратно составленные в рядок на самой видной полке не оставляли сомнений – это кабинет сотрудника полиции.
Отношение к полиции у Славы было неоднозначное и менялось с течением времени. В детстве он, как и многие боялся «злого дядю» из (еще тогда) милиции который по заверениям матери вот-вот заявится и заберет тебя. Куда должны забирать в таких случаях мать не поясняла, ну и неважно это было, ведь он так и не приходил. В том же детстве он помнил, как ему доставляло удовольствие играть с ребятнёй во дворе в «милицию и преступников», в частности этот интерес подогревался различными фильмами и мультфильмами где добрые мужчины и женщины спасали жизни, ловили грабителей и делали жизнь спокойнее.
С этим представлением он и перешел в подростковый возраст. В то время он считал, что относиться к полиции следует уважительно, ведь они – бравые ребята, идут в эту опасную профессию, чтобы бороться за идеалы справедливости, порядка и безопасности. Эдакие «герои нашего времени», готовые всегда помочь и живут вполне неплохо.
Но менялось время, и приходило понимание того что всё что он думал о них раньше лишь растиражированная «обертка», образ, который совершенно не соответствует действительности. И вот он уже в свои 19 лет понимает, что вместо бравых ребят сюда идут обычные люди, получая за свой неимоверно изнурительный труд сущие копейки от государства. Иногда ленивые, порой вредные они каждодневно сталкиваются не только со «злым дядей, укравшим сумочку», нет.
Наркотики, насилие над детьми, зверские расправы, или даже теракты. Всё это зачастую ломает их, и с годами они становятся лишь угрюмее, злее и противнее. Конечно, напрашивается клишированное «не все такие», ну да, куда же без исключений. Вот и выходит так, что они сами себя дискредитируют.
Это уже не те «герои» рядом с которыми чувствуешь себя в безопасности. Это подонки, мрази или же просто неприятные глазу люди, обходить которых хочется не улицами, а районами...районами.
Дверь открылась, в кабинет вошел мужчина лет на семь - десять старше самого Славы, высокий, несмотря на пробивающиеся морщины всё еще выглядящий прилично, в одной лишь рубашке, очевидно, ввиду неимоверной жары. Закрыв дверь, мужчина накинул поверх кителя висевшего на крючке фуражку, вытер невесть откуда взявшимся платком испарину на лбу и сел за стол.
- Добрый день, следователь – дознаватель, полковник Вридин – отрапортовал он, и уставился на собеседника, который явно был не прочь, не начинать диалог.
Фраза, вызвала у Славы крайне неприятное чувство, хоть он и понимал что сидит сейчас здесь, в кабинете сотрудника полиции, всё же почувствовал дискомфорт, от того как он бесцеремонно заявился в кабинет, выведя его из своих мыслей. Крайне лениво он всё же ответил:
– И вам добрый день.
- Итак – начал Вридин, попутно открывая лежащую на столе папку-файл. – Вам надлежит ответить на ряд вопросов, гражданин 2000 года рождения, паспорт 6914...
- Это вы, верно? - спросил он, бегая глазами по бумаге.
– Я - холодно ответил Слава.
-Итак, гражданин, Вячеслав Сергеевич, вам инкриминируется следующее...
- Я знаю, почему я здесь – всё тем же холодным тоном перебил его Слава.
– Ну и отлично! На лице Вридина читалась радость, наверняка оттого что ему нет теперь нужды вычитывать длинные строки, написанные «сухим подчерком» закона.
- Отлично, тогда говори, почему наряд нашел тебя на том месте? – знаешь ли ты что-то о Победе, Централе или каких-либо других преступных образованиях, и откуда ты знаком с гражданином, эм, как его. С этими словами полковник снова нырнул в бумаги.- Ах да, с гражданином Дроновым! вдруг воскликнул он, доставая и открывая похожую на первую папку - файл.
Услышав фамилию, ударившую, словно ток он призадумался.
– Не знаю о ком вы, - уже не столь холодно ответил Слава. Конечно, он знал обо всём, и месте и о гражданине Дронове, обо всём, о чем его спросил этот мудак, но вот ведь только он сидит здесь зря. «Трагичное стечение случайных обстоятельств» - всплыла в голове фраза ведущего из телевизора. И нет, не его должны здесь допрашивать...
- Боже как же жарко - подумал он, и будто прочитав его мысли, Вридин включил стоящий на столе маленький, направленный только на него одного вентилятор.
– Сука - невольно и тихо вырвалось у Славы, но перефразировав это в «скока время», расслабился. Он был чист, и единственное что по его мнению можно было сделать с этими папками на столе – положить в уборную когда закончится бумага.
– Я не виноват, хоть и выглядит всё иначе - сказал Слава с притворной смесью жалости и покладистости.
– Ну конечно, значит, виноват кто-то другой? Дронов? Может быть Марченко? Или ты знаешь других лиц?- нагружал вопросами мент.
– Я могу рассказать вам - начал Слава задумываясь стоит ли это делать - историю как она была. Правда начинать мне придется с событий годичной давности - после небольшой паузы подытожил он.
– Ну, времечко у нас есть, вам так тем более грозит большое его количество, так что начинайте. С этими словами Вридин закурив, вальяжно расположился в своём бюджетном кресле за пару тысяч рублей - любезной подачкой от государства для иллюзии заботы.
– Начинайте.