Radioapple~ (школа)

(Сюжет: Началось всё с Адама; Буллинг, травля; Со стороны Аластора; Вокс пытается вернуть общение с Аластором.)

— Первые несколько дней после той ссоры прошли неожиданно спокойно.
Настолько спокойно, что Люцифер даже начал подозревать подвох.
Вокс больше не подходил к нему лично. Не кричал через коридор. Не отпускал свои привычные шуточки. Конечно, взгляды никуда не исчезли. Иногда Люцифер ловил на себе тяжёлый взгляд Вокса через столовую или во время уроков. Но этим всё и ограничивалось.
  И именно это настораживало.

А потом случился Адам.
   Адам был из тех парней, которые был не особо умными, но очень любили цепляться к тем, кто выглядел слабее.
Особенно если это было безопасно.
Особенно если за это ничего не будет.

Перемена.
Коридор был забит учениками.
Люцифер шёл к кабинету истории, пытаясь одновременно удержать в голове расписание, домашнее задание и мысль о том, куда он вообще положил тетрадь.
Поэтому Адама он заметил слишком поздно.
Тот специально задел его плечом.
  Сильно.
   Настолько, что Люцифер потерял равновесие и врезался в шкафчики.

Ад:: Ой, прости,  -с фальшивым сочувствием сказал Адам.-  Не заметил.

Рядом кто-то хихикнул.
Люцифер раздражённо выдохнул.

Л:: Тогда купи очки.

Ад:: Что?

Л:: Очки купи.

Несколько человек засмеялись уже над Адамом. Но тот быстро пришёл в себя.

Ад:: Смелый стал.  -он усмехнулся.-  Американский язык выучил?

Ещё смешки.
Люцифер закатил глаза и хотел просто уйти.
И тогда заметил кое-что важное..

Чуть дальше у окна стоял Аластор.
Он видел всё.
От начала до конца.
Слышал каждое слово.
Люцифер даже на секунду встретился с ним взглядом. Обычно после этого что-то происходило.
Хотя бы насмешка.
Хотя бы комментарий.
Хотя бы раздражённое замечание.
Но...
Ничего.
Аластор просто отвернулся и продолжил разговор с кем-то из старшеклассников.
Будто ничего не произошло.

И за этой сценой наблюдал ещё один человек.
     Вокс.

Он стоял в другом конце коридора рядом с Валентино.
Сначала его внимание привлёк сам конфликт.
Потом, реакция Аластора.
Вернее...
   Её отсутствие.

Вокс медленно выпрямился. Прищурился.
Посмотрел сначала на Люцифера.
Потом на Аластора.
Потом снова на Люцифера.

Интересно.
Очень интересно.

Вал:: Чего лыбишься?  -спросил Валентино.

Вокс продолжал наблюдать.-
В:: Ты видел?

Вал:: Что именно?

В:: Аластор.

Валентино посмотрел в сторону окна. Потом пожал плечами.-
Вал:. Ну?

В:: Он ничего не сделал.

Пауза.
Валентино сначала не понял.
А потом понял. И тоже замолчал.
Несколько секунд они смотрели на происходящее.
На Люцифера.
На Аластора.
На расстояние между ними.

Потом Вокс медленно улыбнулся. На этот раз по-настоящему.-
В:: Вот оно что...

Вал:: Думаешь, всё?  -спросил подняв бровь.

В:: Мне всё равно почему.  -ответил резко.

Вал:: Поссорились они.  -закатил глаза.

Передумал он. (Аластор)
Надоел ему Люцифер.
Без разницы.
    Его улыбка стала шире.
Потому что впервые за долгое время он увидел то, чего ждал.
Границы исчезли.
Аластор больше не стоял между ним и Люцифером.
И если раньше Воксу приходилось сдерживаться...
То теперь — больше нет.

Он ещё раз посмотрел вслед Люциферу.
На его спину.
На то, как тот быстро исчезает в толпе.
И подумал, что француз даже не представляет, насколько плохой сегодня день.

Потому что некоторые люди умеют прощать.
Некоторые — забывать.
А Вокс не умел ни того, ни другого.

————

Началось всё не с драки.
Не с угроз.
Не с чего-то громкого.
   Наоборот.
С мелочей.
С тех самых мелочей, которые по отдельности кажутся ерундой, а вместе начинают давить сильнее любого удара.

      Первая записка прилетела на уроке литературы.
Маленький смятый клочок бумаги упал прямо на парту Люцифера.

Он развернул его.

— Франция, ты хоть что-нибудь понимаешь?

Люцифер сжал бумагу и бросил в рюкзак.
Через десять минут прилетела вторая.

— Как всегда задания попроще дают?

Третья.

— Какой ты жалкий. Даже прочитать нормально не можешь.

Четвёртая.

— Хватит ёрзать на стуле. Бесишь.

Пятая.
Всего одно слово.

— Идиот.

Люцифер даже не оборачивался.
Не было смысла.
Он сразу узнал почерк.
  Вокс.~
Тот специально писал быстро и небрежно, но некоторые буквы выдавали его с головой.
Особенно кривые хвосты у букв. Люцифер видел их уже десятки раз.

Сначала он просто рвал записки.
Потом начал складывать их в карман.
Сам не понимая зачем.
Может быть, чтобы однажды показать кому-нибудь. А может, чтобы самому не забыть.

———

Но проблема была не в записках.
Проблема была в том, что через несколько дней это перестал делать только Вокс.

Сначала кто-то задел его плечом в коридоре.
Случайность.
Наверное.
Потом ещё раз.
Потом ещё.

Однажды кто-то поставил подножку возле лестницы. Люцифер чудом удержался на ногах.
Сзади раздался смех.
Когда он обернулся, вокруг были только незнакомые лица.
Никто даже не смотрел в его сторону.

Потом кто-то начал закрывать перед ним двери.
Кто-то занимал его место в классе.
Кто-то специально перебивал, когда он отвечал у доски.

—:: Повтори, я ничего не понял.

Л:: Что?

—:: Говори нормально!

Смех.

———

—:: Ты опять ничего не понял?

Л:: Нет.

—:: Да ладно, по твоему лицу все понятно.!

———

—:: Может, ему не нужно было переезжать в Америку, когда он даже языка не знает? Что за идиотство?

———

—:: Почему он так часто отвлекается и ведет себя.. слишком резко и переменчиво. Это раздражает.

—:: Я все время вижу как он сначала нервно ручкой стучит, потом переключается на тетрадь, затем опять какую ту фигню разглядывает. И не успеваю моргнуть уже в окно пялит.

—:: .. странный он.

———

   И каждый раз вокруг находились люди, готовые посмеяться.

———

Самое мерзкое было даже не это.
А то, что большинство из них раньше относились к нему нормально.
Не друзья.
Но знакомые.
Ребята, с которыми он иногда болтал в столовой. С которыми сидел на уроках. С которыми пересекался каждый день.

А теперь они смотрели на него иначе.
Потому что поняли одну простую вещь.

Вокс выбрал цель.
И за это ничего не будет.

Популярные ученики всегда задавали тон.
Особенно такие, как Вокс.
Если он смеялся над кем-то, остальные начинали смеяться тоже.
Если он кого-то игнорировал, остальные делали так же.
Если он кого-то не любил...
  То очень быстро этого человека переставала любить половина школы.

Люцифер замечал это всё чаще.
В столовой.
В коридорах.
На уроках.
И хуже всего было то, что он не понимал, когда именно это произошло.
Когда обычные подколы превратились в настоящую травлю.

Иногда он ловил себя на том, что начинает нервно стучать пальцами по столу.
Чаще крутил ручки в руках.
Постоянно дёргал ногой под партой.
Его внимание и без того скакало из стороны в сторону, а теперь стало ещё хуже.
Каждый смешок за спиной заставлял оборачиваться.
Каждый шёпот казался про него.
Каждый взгляд цеплялся в голове надолго.

И самое неприятное. Вокс это видел.
Видел, как Люцифер напрягается.
Как сильнее сутулится.
Как начинает быстрее собирать вещи после уроков.
Как всё реже остаётся в коридорах один.

И каждый раз на лице Вокса появлялась довольная улыбка.
Потому что теперь ему даже не нужно было ничего делать самому.
Школа постепенно делала всё за него.

————

Со временем стало хуже.
Гораздо хуже.
Если сначала это были просто записки, насмешки и случайные толчки, то теперь Люцифер начал чувствовать, как школа медленно закрывается перед ним дверь за дверью.

———

В столовой он почти всегда сидел один.

Сначала рядом ещё оставались свободные места. Потом люди начали демонстративно выбирать другие столы.
Даже если там было теснее.
Даже если приходилось сидеть на краю.
Лишь бы не рядом с ним.
Иногда Люцифер замечал, как кто-то собирается сесть напротив, но потом ловит взгляд друзей и уходит. Будто одно место за его столом могло испортить человеку репутацию.

Со временем он перестал даже смотреть по сторонам.
Просто садился за дальний столик у окна и ел молча.
Под шум чужих разговоров и смеха.
Один.

———

На физкультуре было ещё хуже.

Когда учитель назначал капитанов и те по очереди выбирали игроков, Люцифер почти всегда оставался последним.
Иногда предпоследним.
Но разницы уже не было.

—:: Бери его.

—:: Не, ты бери.

—:: Мне нормальная команда нужна.

Смех.

   А когда его всё-таки выбирали, это редко происходило потому, что он был нужен.
Скорее потому, что других вариантов уже не оставалось.
Ему почти не передавали мяч.
Не звали в комбинации.
Не объясняли правила командной игры.
Зато охотно смеялись, когда он ошибался.
Особенно если из-за акцента не сразу понимал указания.
Особенно если отвлекался.
Особенно если нервничал.

— Франция, не туда!

— Господи, он вообще слушает?

— Да он в своём мире живёт.

Иногда ему казалось, что половина команды играет не против соперников, а против него.

———

Даже шкафчик перестал быть местом, куда можно просто прийти между уроками.
Однажды Люцифер заметил вмятину на дверце.
Потом ещё одну.
Через неделю их стало несколько.
Будто кто-то специально бил по металлу ногами или кулаками.

Сначала он пытался убедить себя, что это случайность.
Но потом увидел надпись.
Чёрным маркером.

—Возвращайся домой.

На следующий день появилась другая.

—Позор школы.

Потом ещё.

—Никому не нужен.

Кто-то старательно стирал их перед проверками учителей.
Но они всегда появлялись снова.
Новые.
Чуть более злые.
Чуть более личные.

Самое страшное было даже не в самих надписях.
А в том, что Люцифер больше не удивлялся, когда видел их.
Он просто открывал шкафчик.
Забирал книги. Закрывал дверцу.
И уходил.

Будто так и должно быть.

Иногда он ловил своё отражение в металлической поверхности.
Мятый шкафчик.
Уставший взгляд.
Опущенные плечи.
И каждый раз быстро отворачивался.
Потому что начинал узнавать человека, которым становился.
А это нравилось ему меньше всего.

————

Конечно, Аластор всё видел.

Видел, как Люцифера толкают в коридорах так, чтобы учителя не заметили.
Видел, как рядом с ним остаются пустые места в столовой.
Видел, как одноклассники смеются над его ошибками раньше, чем он сам успевает понять, что сделал что-то не так.

Видел надписи на шкафчике.
Видел записки.
Видел взгляды.
Он замечал всё.
Именно потому, что всегда замечал больше, чем показывал.

   Но не вмешивался.
Пока нет.

———

Вокс был предсказуем.
Аластор знал его слишком хорошо.
Знал, что тот не умеет останавливаться.
Не умеет отпускать.
Не умеет проигрывать.

Если Вокс выбирал цель, то продолжал давить до тех пор, пока не видел результат.
Слёзы.
Срыв.
Унижение.
Что угодно.
   Лишь бы почувствовать себя победителем.

И Аластор ждал.
Потому что был уверен: рано или поздно Вокс перегнёт.
Обязательно перегнёт.
А когда это случится...
Люцифер сам придёт к нему.
Сам вспомнит тот разговор в пустом коридоре.
Сам признает, что не справляется.
         И тогда условия Аластора уже не покажутся такими ужасными.

Это было расчётливо.
Немного жестоко.
И очень похоже на самого Аластора.
Он прекрасно это понимал.

Вот только была одна проблема.
Которая раздражала его всё сильнее.

Сначала он убеждал себя, что всё дело только в Воксе.
Что ему просто интересно наблюдать за развитием ситуации.
Что это очередная партия в его любимую игру.
  Ничего больше.

Но иногда он ловил себя на том, что слишком часто смотрит в сторону Люцифера.
Даже когда для этого не было причин.
В столовой.
На уроках.
В комнате.

Ему нравилось наблюдать.
За тем, как Люцифер хмурится, когда сосредоточен.
За тем, как нервно крутит ручку между пальцами.
За тем, как во время чтения слегка шевелит губами, помогая себе понимать английский текст.
За его редкие улыбки.
Настоящие.
Яркие.
Которые появлялись внезапно и исчезали почти сразу.
Ему нравились его глаза.
Странные.
Сине-березовые.
Постоянно живые.

Нравилось, как тот спорит.
Как упрямо отказывается признавать поражение.
Как может огрызнуться даже тогда, когда ситуация явно не в его пользу.

Глупый.
Упрямый.
Раздражающий.
Но почему-то интересный.

Именно поэтому Аластор каждый раз мысленно одёргивал себя.
Потому что эти мысли были откровенно нелепыми.
Они даже не были друзьями.
Жили в одной комнате.
Спали в нескольких метрах друг от друга.
Слышали, как другой ворочается по ночам.
Но почти не разговаривали.

Иногда Аластор сидел за своим столом с учебниками или телефоном и краем глаза наблюдал за соседней частью комнаты.
Люцифер обычно что-то рисовал.
Или читал.
Или просто лежал на кровати, уставившись в потолок.

Сам Люцифер тоже замечал взгляды.
И отвечал на них одинаково.
Раздражённо.
Подозрительно.
Будто спрашивал:
—Что тебе опять надо?

Раньше это даже забавляло.

Но в последнее время что-то изменилось.

   Сначала Аластор не мог понять, что именно.
Потом понял.
  Исчезла злость.
Не полностью.
Но её стало меньше.

Люцифер больше не выглядел человеком, готовым спорить по любому поводу.
Больше не закатывал глаза так часто.
Реже огрызался.
Реже возмущался.
  Вместо этого появилась усталость.
Иногда он возвращался после уроков и просто садился на кровать.
Даже не переодеваясь.
Смотрел в одну точку несколько минут.
Не двигаясь.
  Иногда вздрагивал от слишком громкого звука в коридоре.
Иногда нервно теребил рукав рубашки.
Иногда подолгу не мог усидеть на месте, но уже не потому, что был полон энергии.
Скорее наоборот.
Будто внутри постоянно жило напряжение.

Однажды вечером Аластор заметил, как Люцифер машинально открыл шкафчик у своей тумбы, достал очередную смятую записку, прочитал её...
И даже не разозлился.
Просто выбросил.
Без эмоций.
Без реакции.
Словно просто хотел напомнить себе о чем другие думают о нем.

И почему-то именно тогда Аластору стало не по себе.
Потому что злой Люцифер был знакомым.
Раздражённый Люцифер был привычным.
Гордый Люцифер был настоящим.
  А этот...
Уставший.
Тихий.
Постоянно настороженный.
Этот нравился ему гораздо меньше.
И впервые за долгое время Аластор поймал себя на мысли, что, возможно, Вокс зашёл дальше, чем следовало.

————

А вот Вокс, момента не терял, и всеми силами пытался вернуть внимание Аластора.
Но, всё выглядело... жалко.
  Особенно со стороны Вокса.

В столовой всё начиналось одинаково.
   Аластор, как обычно, сидел за центральным столом. Спокойный. Уверенный. Развалившись на стуле так, будто всё пространство вокруг принадлежало ему.
Рядом сидели Хаск, Эмили, иногда Рози, остальные популярные ученики.

И обязательно появлялся Вокс.

Он неизменно занимал место рядом с Аластором.
Словно ничего не произошло.
Словно они всё ещё лучшие друзья.

В:: Ал, прикинь, что сегодня было...

Тишина.
Аластор продолжал есть.

В:: Серьёзно, это смешно.

Тишина.

В:: Аластор.

Тишина.

  Иногда Хаск уже откровенно начинал ухмыляться.
Иногда Валентино закатывал глаза.
Иногда даже Эмили становилось неловко наблюдать за этим.

Потому что Аластор не ругался.
Не спорил.
Не устраивал сцен.
Он просто игнорировал.
Будто Вокса рядом не существовало.

  А для Вокса это было хуже любой ссоры.
Особенно в коридорах.
Когда рядом не было зрителей.
Когда никто не мог увидеть его репутацию трещащей по швам.

     Тогда вся его самоуверенность куда-то исчезала. И появлялся совершенно другой Вокс.
Раздражённый.
Нервный.
Почти отчаявшийся.

———

Однажды Люцифер случайно услышал их разговор. Он как раз собирался зайти за угол, когда услышал знакомый голос.

В:: Ну Аластор...

Вокс шёл рядом с ним.
Почти бегом.
Потому что Аластор даже не собирался замедлять шаг.

В:: Что ты такой сложный?!

Молчание.

В:: Что мне ещё сделать?

Молчание.

В:: Почему ты меня игнорируешь?!

Аластор даже не повернул головы.
Словно разговаривал со стеной.

В:: Ал!

Никакой реакции.

В:: Ну прости меня, ладно?

Вокс нервно провёл рукой по волосам.

В:: Я уже понял, что облажался!

Тишина.

В:: Ты можешь хоть слово сказать?!

Аластор наконец остановился.
Вокс моментально оживился.
Будто ему только что дали надежду.
Аластор медленно посмотрел на него.
Сверху вниз.
Спокойно.
Холодно.

А:: Надо же.

Вокс замер.

А:: Ты всё ещё здесь.

  И пошёл дальше.

Вокс несколько секунд просто стоял на месте.
С открытым ртом.
Словно получил пощёчину.
А потом раздражённо ударил кулаком по шкафчику.
Потому что хуже ненависти Аластора было только одно. Его безразличие.

И именно поэтому Вокс становился всё злее.
Всё раздражительнее.
Всё чаще срывался на окружающих.
Особенно на Люцифере.
Потому что где-то глубоко внутри у него сидела мысль, которую он боялся признать даже самому себе.
Если бы не этот чёртов француз...
Всё было бы нормально.
   И каждый раз, когда он видел Люцифера в коридоре, эта мысль становилась только сильнее.

(Пиздец как сложна мне додаст эта глава. Она длинная, но важная. Мне кажется мало кто ее прочитает до конца. Короче валюсь с ног. Все до скорого!🚕)