Так важная для меня забота...
Глава 3.
20 августа. Сегодня ничего особенного не происходило. Я продолжал лежать на кровати, и слушать, уже который по счету раз, мой плейлист. Мелодии, входящие в него расслабляют. Но, я думаю, что все зависит от времени прослушивания. Если слушать, к примеру, в спокойном состоянии, то мелодия может казаться вам приятной, но когда(лично я) начинаю злиться, то классика выводит меня из себя. Я становлюсь еще злее и агрессивнее, но если пропустить эти детали, то классика вполне подходит для тех, кто пытается хоть что-то описать более или менее сносно, как я, который в результате отсутствия словарного запаса, не может написать всю суть пройденного... Сегодня вечером, часам к восьми, ко мне в палату завезли нового соседа. В нынешней палате, находятся три кровати. Одна, та, что справа от меня, заняла моя мать. Какое-то время, как и других матерей, ее не пускали, и ей нужно было приходить только на час. Но вскоре, ей разрешили, правда, постельное белье ей так и не дали, но...мама принесла все с собой из дому. Она проводила со мной целые дни и ночи. Она не могла уснуть, когда мне бросало то в жар, то в холод. Она тихо садилась на маленький деревянный стульчик, и аккуратно меня поглаживала. Как только, мне становилось легче, я засыпал, но стоило ей отойти от кровати, как я просыпался, и онс снова садилась на маьенький деревянный случай. Все бы хорошо, она засыпала, но через три дня, из-за частого сидения на этом стуле, и лежания на твердой кровати ( я говорил, что окно подле которого она спала, повлилияло своим прохладным ветром, но она отвечала,что это не так) у нее заболела спина. Она не могла даже встать, чтобы прогуляться. Те медсестры, что заходили в палату, заметили это, и предложили вколоть укол. Точнее, это была медсестра лет 48. Очки, что она носила на себе, постоянно с нее спадали, и ей ничего не оставалось, как их убирать. Она делала уколы очень безболезненно, и моей маме, она также вколола аккуратно. Мгновенного эффекта, как и ожидалось, не произошло, но на следующий день, ей стало лучше. Теперь, она уже могла ходить и сидеть спокойно. Не могу не отметить, что мне было очень больно, когда я осозновал, что все это из-за меня. Я хотел было предложить ей отдохнуть наконец, на что она ответила, что будет сидеть, пока я не усну. Как же стыдно...надеюсь, что совесть не сломает меня полностью...
А слева от меня, находилась еще одна кровать, на которую положили моего нового соседа, точнее соседку. Позже я узнал ее имя. Ее назвали Лорой. Ей исполнилось на днях 14 лет, но для своего возраста, она выглядела достаточно упитанной. Мать и бабушка, приехали вместе с ней, и в то время, когда Лору оперировали, они ходили по палате, вытирая слезы, белым, едва потертым платком, прося мою мать, помочь им с настройками телефона. Я слышал, что ее отец находится в Польше, поэтому он не мог приехать, но он звонил пару раз, а так как они не могли разобраться с тем, как же нужно отвечать на звонок, то все вызовы были пропущены. От этого, их глаза больше не могли сдерживать свое страдание, и слезы хлынули рекой. Я наблюдал за ними около суток. Через пол часа, эту девочку, привезли в палату. Сама девочка очень избалованная, не воспитанная и излишне чувствительная. О, я вам расскажу, что творилось после ее операции. Это самый интересный момент. Медсестры окружили ее, чтобы проверить ее дыхание, и поставить пробу. Правая рука, для этого отлично подошла. Дыхание было в норме,но сама Лора была еще под наркозом. Они подняли нужный им шприц, и начали по-немногк вкалывать в ее вену, тут то самое интересное. Она двинула рукой так, что иголка отлетела, и весь раствор разлился по всему полу. Медсестры в недоумении, бросились искать иголку, а девочка продолжала спокойно спать... Я был настолько удивлен этому феномену, что последующий час, точно не мог уснуть.
Утром, следующего дня, я решил узнать ее получше.
- Здравствуй. Меня зовут. Я очень рад приветствовать новых соседей.
- Привет,- она улыбнулась, и начала пристально всматриваться в одну точку. Я бы не хотел вам говорить об этом, но не могу не сообщить, что палата, в которой мы находились, была заполнена...тараканами, большими и маленькими, то быстрыми, то напоминающими пьяного. Они появлялись в неудобные моменты, и каждый раз, когда мы их видели, мы боялись, что станем для них обедом. Но это еще ничего. На днях, все палаты очистили от всех тараканов при помощи специальных вредных веществ. Так они все...прибежали к нам в палату. Долго же мы еще не могли привыкнуть. Ладно бы я просто разглядывал стену; и он бы спокойно себе полз, но нет. Он начинает ползти в то время, когда приходят с капельницей в руках. И каждый раз, конда это происходило, я дергал рукою во время капельницы. В общем, это было то еще , жуткое зрелище...
Долго, эту девочку не держали. На первый день, после операции, ее заставили встать, и спуститься на первый этаж, для проверки, только я позабыл чего... а на третий день, уже была готова ее выписка. Мы все были удивлены. Но больше я удивлялся тому, как она сразу начала много кушать. Ее аппетит был в норме, как и сон. Что не скажешь обо мне... но я не буду сравнивать. Моя и ее болезнь, все то же, что сравнивать дуб и цветок.