Глава 4.
-Уилл...-Робко позвала его Рей, когда они ступали по душному коридору департамента.
-Что?
-Дети... Дети, зачем они здесь?..
-За тем же, за чем и ты.
Для начала, её смутило обращение на "ты". Неужели ему настолько плевать на её достоинство? Честно признаться, ей нравилось официальное обращение к своей персоне.
-Мы не близкие друзья.-внезапно сказала девушка.
-О чем ты?
-О твоём обращении ко мне. Раньше на "Вы" прекрасно обходился. Сейчас то что?
-Не задавай глупых вопросов.-перебил её начальник.
-Так вот... Дети... Они же ничего не могут сделать против жнецов...-попыталась завязать разговор та,-Они же.. Должны иметь детство!
Ей и самой стало горько от своих слов. Она не имела детства. Она помнит из того "далекого" только белые стены и сырае коридоры. Помнит санитаров и медбратов. Но детства не помнит.
Уилл остановился. Начальник обернулся, а а глазах она заметила замешательство. Ещё раз бросив взглядов девушку, Уилл прошептал:
-Я ничего не могу с этим поделать.
***
Уилл никогда не любил свою работу. С каждым днём он буквально сходил с ума все больше. Кровь стала ему сниться в кошмарах. Зверские убийства каждый раз острым лезвием оставляли следы на сердце жнеца. Он просыпался среди ночи в холодном поту, а перед глазами всплывали капли крови и расчлененные тела. Обычные убийства ещё не доставляли ему столько боли, но... Детоубийства были его слабостью. Ему становилось не по себе от вида трупа ребёнка. Поэтому все детские смерти он поручал Греллю. Уж кому-кому, а ему было все равно,
проткнуть бензопилой.
Этим Грелль Уилла и раздражал. Под маской хладнокровного жнеца скрывался человек. Уилл часто не мог полноправно назвать себя жнецом. Жнецы - убийцы, которые не обращают на внешний мир внимания. Жнецы не имеют жалости к людям. Жнецам глубоко плевать на смерти. Уилл не такой.
Именно поэтому после слов Рейчел его сердце неприятно сжалось от ощущения беспомощности. У него давно были смутные сомнения, на счёт детей. Да и воспитателю он не доверял. Ему было до невозможного жалко детей, что попали в этот плен с самого раннего возраста. Во время его практики погибло не мало невинных душ. Видеть детей каждый чертов день в коридоре было настоящей мукой. Страданием.
Снова комната номер семь. Снова одинаковые шторы, такая же кровать и шкаф. Это никого не удивляло. Уилла это тоже не удивляло. Он уже настолько привык к серому миру, что краски чувств исчезли из обычной жизни.
-Уилл... Тебе ведь тоже... Не нравится, что здесь держат детей?..-спросила Рейчел, опуская взгляд на ботинки начальника. Он уже успел помыть их от крови, потому выглядели они как обычно идеально. Идеально чёрными.
-Не нравится. Даже больше скажу - меня это бесит.-грубо ответил Уильям, садясь на стул.
-Но... Ты ведь начальник отдела! Ты мог бы попросить их об этом... Попросить не держать их здесь!-из-за прилива чувств, она перешла на крик. Подобное Уиллу не понравилось, и, подобая дворовой собаке, когда проникли на её территорию, он рявкнул:
-Ты думаешь, я не пытался?!
Какая-то непоколебимая злость поселилась в глазах жнеца, заставляя девушку замолчать. Она лишь робко подала голос:
-Прости... Я не знала.
-Разговор окончен.-Уилл поднялся на ноги, подходя к двери, попутно доставая ключи. Рейчел, поджав ноги, наблюдала за его действиям, боясь и слово сказать.
Наконец, перестав её нервировать,дверь со скрипом закрылась, оставляя прохладное дуновение воздуха, которое приятно пришлось по волосам и щеке. Она поежилась - в комнате холод. Запутавшись в одеяло, Уайт не нашла ничего интереснее, чем пялиться на часы. Она бы и дальше продолжала это делать, если бы не... Если бы не ощущение, что кто-то за ней следит. Нагло, рассматривая с каждой стороны, заглядывая в душу и разбирая её на мелкие детали.
-От этого тиканья я сойду с ума...-уныло протянула девушка.
Она взяла со стола органайзер для канцелярии, принесённый в её отсутствие. Правда, зачем он нужен, если никакой канцелярии нет - понять она, увы, не могла. С силой размахнувшись, она отправила жестянку в полёт до ненавистных часов. И всё-таки эта штука была тяжелее, чем Рей думала. По стеклу резко прошла полоска трещины, но отвратительный звук не остановился. Под рукой ничего не было, а жестяная баночка уже покоилась располовиненная.
Она принялась подпрыгивать до идиотских часов, пытаясь достать их рукой, но они, зараза, далекова-то висели.
-Что ты делаешь?-в комнату вошёл Ти Спирс собственной персоной. «Интересно, на сколько нелепо я выглядела? »-спрашивала себя Рей.
-Часы хочу достать. Мешают.-спокойно произнесла та.
Уилл встало вздохнул. Только сейчас она заметила, что у него в руке... Поднос. Накрытый крышкой, но приятный аромат было слышно даже так. Уильям подошёл к ней вплотную,чем вызвал замешательство у девушки.
-Ты так и будешь мне мешать?-выгнув бровь, спросил Уилл.
Она поспешно отошла от жнеца, наверное, метра на три. Ибо спина ощутила неприятный холодок от стены.
***
Уилл ступал по мрачному коридору департамента, неся в руках поднос с едой. Нет, в столовой все также обслуживали, но... Он увидел неподдельный страх в её глазах, когда она зашла туда. Он не хотел после этого и близко подпускать её к этому месту. Правда,мысли были заняты такими монологами: «Зачем я это делаю? Я ведь не обязан.» Его жутко раздражал тот факт, что он и сам не может понять себя. Из-за этого он люто ненавидел ту девчонку. Это ведь она виновата, что он сейчас мечется в раздумьях.
Ну и что прикажете сказать ей? «Я стал за тебя воловаться, поэтому не потащу в столовую? »– глупо. Ну, он и импровизировал:
-В столовой какие-то неполадки. Кормить велено здесь.
А как объяснить, что вместо отвратительного супа он принёс ей мясо собственного приготовления?
-Печь сломалась, пришлось готовить самому. Не оставлять же голодной пациента.
-Не зови меня так.-запротестовала та.-
Ощущение, будто я в психбольнице.
-Я могу и сам с уверенностью назвать это дурдомом. Но на тебя ведь не надевают смирительную рубашку.
-Все это место - и есть смирительная рубашка.