20
Он вернулся.
Мое сердце начало бешено стучать. Оно стучало так быстро, что я обхватила себя из-за страха, что оно выпрыгнет из груди.
Он вернулся.
Он вернулся.
Мой худший кошмар воплотился в жизнь — мальчика, которого я знала, больше не было.
Затем я застыла, когда Джей остановился и посмотрел в окно моей спальни, прямо на комнату ниже той, где я была сейчас. Порыв ветра прошел по двору, растрепав его длинные светлые волосы, и в эту секунду я увидела невероятную боль и сильную тоску в его глазах. Образ его напряженного выражения лица, когда он смотрел в мое окно, ударил меня сильнее, чем поезд. В этом потерянном выражении был мой Джей.
Мальчик, которого я узнала.
Джей сделал шаг к моему окну, и на мгновение я подумала, что он может взобраться внутрь, как он делал многие годы. Но внезапно он остановился, и его руки сжались в кулаки. Он закрыл глаза, и так крепко стиснул зубы, что со своего места я могла видеть, как его челюсть напряжена.
Затем, очевидно изменив свое мнение, Джей развернулся и направился к своему дому. Я стояла у окна кабинета, в тени. Я не могла двигаться из-за шока от увиденного.
Свет в спальне Джея включился. Я видела, как он ходил по комнате, затем подошел к окну и сел на широком подоконнике. Он приоткрыл окно, прикурил сигарету и выпустил дым через открытый зазор.
Этот Джей был тусклым, не сверкал так ярко. Вся яркость была заслонена тенью и погрязла в темноте. Как будто мальчик, которого я любила, остался в Норвегии.
Машина Джоша притормозила у дома Джея. Я увидела, что телефон Джея засветился в руке, и он медленно вышел из комнаты и спустился с крыльца. Он шел небрежно и развязно к Джошу и Брайсу, которые выпрыгнули из машины. Он хлопнул их обоих по спине и поприветствовал.
Затем мое сердце треснуло надвое. Медс соскользнула с заднего сиденья и крепко обняла Джея. Она была одета в короткую юбку и обрезанный топик, демонстрируя свою фигуру. Но Джей не обнял ее в ответ — хотя это не облегчило мою боль. Потому что Джей и Медс выглядели так идеально, стоя друг с другом.
Все они погрузились в машину. Джей сел последним, заняв переднее сиденье, и затем машина покатилась по улице и скрылась из виду.
Я вздохнула, когда видела, как задние фары исчезают в ночи. Когда я снова посмотрела на дом Хосслеров , я увидела, что папа Джея стоит на краю крыльца, вцепившись в перила и глядя в направлении, в котором только что уехал его сын. Затем он поднял голову к окну кабинета, и его губы растянулись в печальной улыбке.
Он видел меня.
Мистер Хосслер поднял руку и слабо помахал мне, и когда я помахала в ответ, увидела выражение печали на его лице.
Он выглядел уставшим.
Он выглядел убитым горем.
Он выглядел как человек, который потерял своего сына.
Я вернулась в свою спальню, легла на кровать и взяла свое любимое фото в рамке. Когда я смотрела на влюбленных — красивого мальчика и влюбленно смотрящую на него девочку, я задалась вопросом, что же случилось за последние два года, что Джей стал таким проблемным.
Затем я заплакала.
Я оплакивала мальчика, который был моим солнцем.
Я оплакивала мальчика, которого однажды полюбила всей душой и сердцем.
Я оплакивала Эсми и Джея— пару, которая была слишком красива и слишком быстро исчезла.