Придурковатый Ники.

Сону лежал в своей комнате, завернувшись в одеяло как в кокон. Он уткнулся в телефон, пытаясь не думать. Не думать о том, как Рики спокойно ложится рядом. Как он обнимает, будто случайно. Как тепло у него под подбородком. Как он пахнет.

Он едва не взвизгнул от неожиданного сообщения:

Хисын:

> Иди сюда. Фильм смотрим. Не ной.

Через секунду:

Рики:

> Если не придёшь — сам приду за тобой, мелкий.

Сону выдохнул.
— Чёрт бы вас побрал...

Он нехотя встал, натянул широкую кофту, в которой почти утопал, и босиком вышел в зал. Хисын уже сидел в углу дивана, уткнувшись в пульт. Рики развалился с другой стороны, закинув ногу на подлокотник. Посредине между ними — ровное, заманчивое местечко.

Сону зыркнул на него.

Потом — на Рики, который уже смотрел, приподняв бровь.
Потом — на Хисына, который вообще не отрывал взгляда от экрана.

И, не говоря ни слова, сел рядом с Хисыном, плотно прижавшись к спинке дивана. Подальше от одного слишком самодовольного придурка.

Тишина. Три, два...

— А ты чего не рядом с ним? — лениво протянул Хисын, не отрывая глаз от экрана. — Может, на этот раз поцелуетесь уже?
Он чихнул. — А то всё вокруг да около.

Сону покраснел как варёный рак.

— ЗАТКНИСЬ, ХИСЫН!
Он уже хотел встать, но Рики протянул руку за его спиной и толкнул его обратно на диван.

— Да сиди ты уже, — усмехнулся он. — Никто не собирается тебя целовать... пока.

— ЧТОО!? — Сону подпрыгнул, как будто ему подушку под ноги подложили.

— Я про фильм, — спокойно добавил Рики, хватая пульт. — Он называется «Поцелуй на прощание». Очень тематично, да?

— Я вас двоих возненавижу, честное слово, — пробормотал Сону, пряча лицо в рукав кофты.

— Поздно, — хмыкнул Хисын. — Ты уже живёшь с нами. Это необратимо.

И пока на экране началась романтическая сцена, Сону вжал голову в плечи, молясь, чтобы только бы не уснуть опять на Рики. Но предчувствие подсказывало, что всё закончится снова катастрофой — и, возможно, на этот раз… не такой уж и плохой.