Глава 5
Мы встретились через 30 минут. Он был встревожен и удивлен, что я попросила его приехать к моему дому, сразу же после того, как мы разошлись. Я вышла на улицу, так, что бы не заметила мама, но в дверях встретила отца.
- Куда это мы на вечер? - он улыбнулся и ждал, пока я как всегда чмокну его и отвечу, что-то вроде "Да вот, проветриться решила". Но по моему взгляду он сразу понял, что я все знаю.
- Лекси...- он сделал шаг ко мне, что бы обнять, но я отпрянула. Злость вырвалась наружу, обида и отчаяние тоже:
- Вы не сказали мне! Вы врали..столько лет...
Я пролетела возле него, не обращая внимания на его крики "Алексия вернись!" и погнала вон из нашего двора, в сторону сквера, где меня должен был ждать Эрик.
Я увидела его возле фонтана, он шел мне навстречу. Я остановилась и глядела на его приближающуюся физиономию, пока он меня не заметил. На секунду мне захотелось рвонуть назад, домой. Я поняла, что не вынесу жизни без него, без его улыбки, шуток, советов и защиты. Я любила его, любила Лизи - они были для меня родными людьми. И сейчас я должна признаться, что навсегда уйду из их жизни. Не навсегда, так очень надолго.
Потом он увидел меня, и я вспомнила, что мой дом не здесь, а за миллион миль. Я сделала шаг навстречу, хотя по прежнему ничего не хотела ему говорить. Но Эрик сильный, он все поймет. Главное быть сильной мне.
Я бросилась к нему в объятия, прежде, чем сообразила, что это было лишнее. Так я никогда не смогу с ним проститься. Нужно взять себя в руки, а не распускать сопли, и я отпрянула от него.
Он смотрел на меня. С плохо скрытым недоумением и тревогой. Потом просто сказал:
- Пошли сядем.
Мы сели на фундамент фонтана, я опустила голову и вздохнула. А потом...потом Эрик вскочил на ноги и ушел. Я сидела с широко открытыми глазами, совсем ничего не понимая. У меня даже мелькнула мысль, что он меня бросил. Так даже было бы лучше. Но в темноте зимнего вечера я не увидела, куда направился мой лучший друг. Он вернулся через минуту и протянул мне мороженко.
И я разрыдалась.
Я плакала с грустью, горечью и обидой. Я плакала от несправедливости и гнева, и плакала от любви. Это мороженое стало чем то вроде символом нашей дружбы. Лимонный рожок, который я ела со своими друзьями уже тысячу раз, когда мне было грустно или когда я задыхалась от смеха. Эрик покупал нам с Лизи его на протяжении двух лет, и знал, что мне он лучше всего поднимает настроение. Я потеряю даже это.
Эрик не сказал ни слова. Он сел рядом со мной, обнял меня, а я уткнулась лицом ему в плечо. Лекси Хоттонс плачет, как малолетняя стерва. Лекси Хоттонс не плакала с десяти лет. Лекси сломалась. Ведь у меня всегда все было, до малейшей капли. Я была счастлива, я была всем одарена, так почему же это все должно вычеркнутся из моей жизни? Почему? Я достойна лучшего...
Мне казалось прошла вечность, прежде чем он отпрянул от меня и взглянул мне в лицо. Мои слезы еще не высохли, но я немного успокоилась. Большим пальцем он вытер слезу с моей щеки. Потом кивнул.
- Расскажи мне.
И я рассказала, все то, о чем мне поведала мама. Я не упустила ничего. Есть люди в моей жизни, от которых у меня просто нет секретов.
Я закончила, и ожидала его реакции. Он мог сказать "О черт, Алекс, это хреново. Мы что нибудь придумаем!" . Мог сказать "Этого не может быть, тут какая-то ошибка". Он мог жалеть меня, мог взбесится от отчаяния, мог снова обнять меня и говорить, что ему будет меня не хватать.. Но он молчал, сложив руки домиком и оперевшись локтями об колени.
Я повернула голову и откровенно посмотрела на него. Наши глаза встретились, и я увидела в них муку. Муку и грусть. А потом он встал, и переборов в себе эту муку, сказал спокойным голосом:
- Тебе там понравиться, Алексия Хоттонс. Я в этом уверен.