Глава 18. Парень
Перед самым выходом на сцену Ли Синь передал телефон Сун Чэнпу.
— Когда я подойду туда, просто нажми на эту кнопку посередине, чтобы начать запись, — проинструктировал его Ли Синь. — Записывать-то умеешь?
Сун Чэнпу поднял на него взгляд: — Зачем записывать?
— Когда тебе наставляют рога, это определенно стоит запечатлеть на память, — ответил Ли Синь. — Как только я приложу руку ко лбу, можешь выключать. А дальше — хочешь появляйся, хочешь сиди здесь и не высовывайся.
Он озорно подмигнул: — Я тебе помог, теперь и ты мне задолжал услугу, верно?
Глядя на беззаботное и безразличное выражение лица юноши, Сун Чэнпу внезапно почувствовал холодок внутри. О цели этой записи долго гадать не приходилось.
Но не успел он ничего сказать, как Ли Синь перестал улыбаться, взял бокал с вином и направился к той паре в углу.
Там Ли Чжэнь только что повесил трубку. Он был в недоумении. С чего это у Сун Чэнпу такой тон, будто ему задолжали восемь миллионов?
Гу Хай сжал его запястье и спросил: — Кто это был?
— Пустяки, — Ли Чжэнь расслабил брови и мягко добавил: — Просто друг.
Затем он отложил телефон и, притворившись, что делает это случайно, поднял глаза, встретившись взглядом с Гу Хаем. В этом взгляде сквозила кажущаяся сдержанность, но в глубине таилась бесконечная нежность и привязанность.
Сердце Гу Хая дрогнуло. Ему вдруг показалось, что он поступает слишком жестоко. Как он мог предать Ли Чжэня — человека, которого глубоко любил столько лет? Чувствуя вину, он сменил тон и принялся лихорадочно подбирать ласковые слова, чтобы утешить Ли Чжэня.
Но не успели слова слететь с его губ, как краем глаза он заметил знакомый силуэт. Человека, который никак не должен был здесь появиться.
Увидев Ли Синя, Гу Хай мгновенно отбросил руку Ли Чжэня, будто сжимал не запястье любимого, а раскаленный уголь.
Ли Чжэнь не сразу понял, что произошло, и проследил за его взглядом. Он увидел приближающегося юношу с бокалом в руке. В глазах того читалось удивление, смешанное с какой-то неясной улыбкой — едкой, словно нож, полоснувший его по лицу.
Ли Чжэнь побледнел и в панике вскочил.
Ли Синь спросил: — И чем это вы тут занимаетесь?
— Э-э... — Гу Хай отвел взгляд. — У Ли Чжэня было плохое настроение, я его утешал.
— Вот как? — Ли Синь усмехнулся. — А я всё слышал. Я пришел пораньше и слышал весь ваш разговор.
Лицо Гу Хая мгновенно застыло, в голове стало пусто. Юноша опустил уголки глаз и натянул горькую улыбку — он выглядел как расстроенный, обиженный ребенок, вызывая невольную жалость.
Забыв о стоящем рядом Ли Чжэне, Гу Хай выпалил: — Это всё ложь!
Ли Синь: — Ну конечно, я ведь всего лишь замена.
— Кто это сказал?! — отчаянно заспорил Гу Хай.
Ли Синь скосил глаза на застывшего рядом Ли Чжэня.
Гу Хай: — Быть не может, у нас с А-Чжэнем ничего нет.
Ли Чжэнь резко вскинул голову, с недоверием глядя на Гу Хая. Эти слова стали искрой, упавшей в стог сена — внутри у него всё мгновенно вспыхнуло. Гнев и стыд смешались, подступая к самому горлу.
Ли Чжэнь больше не мог притворяться. Он в ярости вскочил и с силой толкнул стоящего рядом Ли Синя. К счастью, тот был начеку и вовремя увернулся.
— Ли Синь! Ты, черт возьми, сделал это специально!
— Я специально? — Ли Синь нашел это забавным. — Специально наставил самому себе рога?
Не в силах его переспорить, Ли Чжэнь повернулся к Гу Хаю: — Гу Хай, что ты сейчас сказал? Ты помнишь, что говорил мне, когда мой отец только привел Ли Синя домой? А что ты говорил мне, когда начал встречаться с ним? Ты говорил, что не любишь его, а сошелся с ним только потому, что он похож на меня! Что если когда-нибудь мои чувства изменятся, ты всегда будешь ждать меня на прежнем месте!
Ли Чжэнь был на грани срыва и вывалил всё, что было на уме, не заботясь о последствиях. Под конец Гу Хай, сгорая от стыда и гнева, хлопнул по столу: — Замолчи!
— Ли Синь! — глаза Ли Чжэня покраснели. — Теперь ты видишь? Тебя, мать твою, использовали как замену! Ты только на это и годен!
Пока эти двое спорили, Ли Синь не спеша потягивал слабое красное вино из своего бокала. Когда Ли Чжэнь закончил тираду, вина оставалось еще больше половины. Юноша не стал допивать, а изящно приложил руку ко лбу. Бросив мимолетный взгляд вдаль и увидев, что Сун Чэнпу в углу опустил телефон, он снова посмотрел на взбешенного Ли Чжэня.
— Знаешь, что может быть позорнее, чем роль замены? — Он слегка приподнял бровь.
Ли Чжэнь опешил, не понимая, к чему он клонит.
— Куда позорнее то, что твоя «замена» тебя вытеснила, — Ли Синь покачал бокалом. В отблесках красного вина его черты лица приобрели какой-то демонический оттенок. Он с улыбкой спросил: — Как думаешь, Гу Хай всё еще любит тебя?
Слова были слишком правдивыми и били в самое больное место. Ли Чжэнь мгновенно замолчал, не в силах вымолвить ни слова.
Гу Хай же, напротив, воодушевился. Секунду назад он боялся, что слова Ли Чжэня ослепят Синь-эра, но теперь видел — юноша понимает его сердце. Гу Хай сделал шаг вперед, его взгляд светился нежностью: — Синь-эр...
— Старший брат, не пойми превратно, — Ли Синь поспешно отступил на шаг. — Между нами ничего нет.
Гу Хай: «...»
— Ладно, у меня дела, я пойду, — он поставил бокал на стол, подвинув его поближе к Гу Хаю. — Оставляю недопитое вино тебе. Думаю, тебе очень хочется вылить его кому-нибудь на голову.
Не удержавшись, он лукаво усмехнулся, встал и помахал рукой на прощание: — Ушел.
Он оставил за спиной двоих людей, которые в неловком молчании сверлили друг друга взглядами. Ли Чжэнь шевельнул губами, желая что-то сказать, но чувствовал, что любая фраза будет неуместной. Он потянулся, чтобы схватить Гу Хая за запястье, но тот вовремя уклонился, подхватил оставленный бокал и поднял его над головой Ли Чжэня.
Сладкое, с резким запахом вино мгновенно вылилось на него, стекая по лицу, попадая в глаза и нос. Ли Чжэнь замер как вкопанный, с открытым ртом и изумлением глядя на человека, который только что облил его с ног до головы.
— Протрезвел? — В глазах Гу Хая было безразличие, которого Ли Чжэнь никогда раньше не видел. Голос звучал ледяным: — Тебе пора прийти в себя.
Ли Синь вышел из бара и столкнулся с Сун Чэнпу у самого входа. Тот сидел на обочине и пересматривал видео.
Ли Синь подошел к нему: — Записал?
— Угу, — кивнул Сун Чэнпу и протянул ему телефон. Он поднял голову и мельком взглянул на Ли Синя: — Откуда ты знал, что я помогу тебе с записью?
— Да что там запись... Если бы я сейчас попросил тебя пойти и влепить Ли Чжэню пощечину, ты бы, наверное, и на это согласился, — Ли Синь открыл видео и остался доволен результатом. Затем он посмотрел на понурого юношу. — Он просто использовал тебя как инструмент, играя на твоих чувствах.
Сун Чэнпу тяжело вздохнул: — Я знаю.
— Осознать ошибку и исправиться — это путь хорошего мальчика, — Ли Синь похлопал его по плечу. — Как славно, я снова совершил доброе дело.
Сун Чэнпу: «...»
— Добро по расписанию, начинаем с себя, — с праведным видом добавил Ли Синь.
Сун Чэнпу лишь усмехнулся в ответ. Он поблагодарил его, поймал такси и уехал домой — «приходить в себя».
Ли Синю тоже нужно было ехать, и он уже хотел заказать машину, но открыв приложение, вспомнил, что в Alipay у него остались всё те же несчастные десять с лишним юаней. На такси не хватит.
Звонить Ван Цаню не хотелось — тот вчера на него обиделся из-за отказа участвовать в каком-то мусорном реалити-шоу. Участвовать Ли Синь действительно не хотел и не мог. В его нынешнем состоянии он сможет свободно двигаться от силы еще три месяца, а потом не то что в шоу — из дома выйти не сможет.
У Ли Синя разболелась голова. Пролистав контакты, он обнаружил, что единственный человек, к кому можно обратиться — это Гу Жань. Поколебавшись между вариантами «попросить о помощи» и «идти два часа пешком», он выбрал первое.
В это время Гу Жань сидел в офисе, слушая поучения старейшин компании.
— А-Жань, ты всегда был рассудительным и не искал неприятностей. Какая муха тебя укусила на этот раз? — говорил старик, явно пребывающий в ярости. — Ты рискуешь предприятиями семьи Гу! Семья Ли уже расследует тот анонимный пост. Что будет, когда они узнают правду?
Гу Жань неспешно листал документы: — Пусть узнают. Тем лучше.
— Даже если ты ни во что не ставишь семью Ли, что если в будущем потребуется деловое сотрудничество? Ты готов разрушить отношения из-за каких-то мелких знаменитостей?
Гу Жань промолчал. Он лениво поднял взгляд и выпрямился. В его холодных черных глазах вспыхнула ярость, когда он обвел взглядом присутствующих. Старик вздрогнул и умолк.
— Если вы хотите, чтобы я разгребал завалы в вашем семейном бизнесе, вам придется меня слушаться, — отчеканил Гу Жань. — В противном случае — разбирайтесь сами.
Похоже, он задел их за живое — в кабинете воцарилась тишина. Старик открыл рот, желая возразить, но его прервал внезапный звонок.
Увидев, что звонит Ли Синь, Гу Жань приподнял бровь и взял трубку.
Ли Синь: — Брат, перекресток на улице Дунчжоу, дом восемь. Жду, очень срочно.
Гу Жань сдержал улыбку: — Хорошо.
С тех пор как они вернулись из приюта, Ли Синь ни разу не связывался с ним сам. Это был его первый звонок, и Гу Жань почувствовал, что настроение улучшилось, а раздражение от стариков испарилось.
Он не стал продолжать собрание, не стал звать водителя, а сам сел за руль и поехал по адресу, который назвал юноша. Это было недалеко от бара Ли Чжэня.
Увидев Ли Синя у входа в бар, он невольно нахмурился: — Что ты здесь делаешь?
— Творил добро и копил заслуги, — ответил Ли Синь. Он открыл дверь, собираясь сесть на заднее сиденье, но обнаружил, что она заперта. — Задняя дверь сломалась?
Гу Жань, не моргнув глазом: — Угу.
— Оу, — Ли Синь нехотя обошел машину и сел на переднее пассажирское место.
Оказавшись внутри, он посмотрел на Гу Жаня и вспомнил одну вещь. Про вчерашний стрим. Вчера фанат попросил его в следующий раз провести стрим вместе с парнем и пообещал донат в сто тысяч юаней. Сто тысяч... Ли Синь подумал, что этот фанат, вероятно, такой же богатей, как и человек рядом с ним. Сто тысяч — этого достаточно, чтобы вывести стрим в топ чарта, а там пойдут новые доходы. Искушение было слишком велико.
Вчера в пылу азарта Ли Синь не устоял и согласился. И только потом до него дошло — у него же нет никакого парня. Ван Цань не подходит, Сун Чэнпу тоже, Гу Хай с Ли Чжэнем — и подавно. Он перебрал в уме всех знакомых и в итоге остановился на Гу Жане.
Сначала он подумал, что это как-то неправильно: они уже случайно переспали, а теперь он еще и тайно вынашивает его ребенка. Но глядя на этот холодный, лишенный мирских желаний вид Гу Жаня, он решил, что ничего страшного. В конце концов, если он всё объяснит, Гу Жань точно ничего не напутает. К тому же, на стриме не нужно показывать лица, так что это должно быть просто.
Ли Синь подался вперед: — Есть разговор.
Гу Жань повернул голову: — М-м?
— Я завел блог с трансляциями, и мне нужен кто-то на роль «друга-парня» для гостевого участия, — сказал он. — Не хочешь попробовать?