Глава 8. Удар по лицу
«Ответственность?» — это слово звучало странно.
Ли Синь тоже почувствовал странность, но задумываться было некогда.
Сейчас он — выгнанный из дома незаконнорожденный сын, без еды, без одежды, без жилья. Какое уж тут достоинство?
— Квартира: три спальни и две гостиные, три раза в день еда, — сказал он. — Больше ничего не нужно, лишь бы хватало на жизнь.
Для мужчины напротив это не должно было быть проблемой.
Гу Жань действительно почти не колебался и согласился.
— Я потом всё верну, — добавил Ли Синь.
Гу Жань открыл дверцу машины, ничего не сказал, только посмотрел на него долгим, многозначительным взглядом. Весь он был воплощением холодности.
Ли Синь: «......» Ну ладно.
Гу Жань сел за руль, Ли Синь — на пассажирское место.
Когда он повернул ключ и взялся за руль, взгляд скользнул к юноше: тот положил голову на стекло, закрыл глаза, лениво зевнул, словно маленький котёнок.
Будто чувствовал себя не очень хорошо — слегка нахмурился.
В этом было что-то завораживающее, от чего невозможно отвести взгляд.
Ленивый котёнок заметил его взгляд, прищурил глаза, похожие на лепестки персика, длинные ресницы дрогнули, словно дразня.
— Что такое? — спросил он. — Что-то случилось, брат?
Гу Жань внезапно поднял руку и наклонился к нему.
Ли Синь испугался этого резкого движения, чуть не взъерошился и приготовился сопротивляться, но увидел, что тот уже выпрямился.
— Ремень безопасности, — тихо проворчал мужчина.
Ли Синь: «......» Ну ремень так ремень, но зачем этот недовольный тон?
Он пробормотал «понятно» и снова откинулся, собираясь поспать.
Честно говоря, настроение у него было паршивое.
Не из-за прошлых неприятностей «оригинала», а из-за какой-то необъяснимой раздражённости, вперемешку с болью в пояснице и спине, и лёгкой тошнотой, поднимающейся из желудка.
«Укачало?» — подумал Ли Синь.
Не должно быть, у «оригинала» такой проблемы не было.
К счастью, машина ехала ровно и не быстро.
Примерно через полчаса они остановились.
Ли Синь отстегнул ремень, открыл дверь — и солнечный свет ударил в глаза, он чуть не пошатнулся.
— Тебя поддержать? — холодно спросил Гу Жань.
Он хотел согласиться, но тон был слишком холодный, и Ли Синь струсил, покачал головой: — Не нужно.
И тут же оказался под его рукой — Гу Жань обнял его за плечо.
Ли Синь: «......» Зачем тогда спрашивал?
С кучей вопросов в голове он посмотрел вперёд — и окончательно растерялся.
Теперь у него не только голова, но и всё тело было знаком вопроса.
— Квартира с тремя спальнями и двумя гостиными вполне подойдёт... — он сглотнул и с отчаянным взглядом посмотрел на мужчину. — Вилла не нужна.
Гу Жань сказал: — Я нашёл только виллу.
И подвёл его к небольшой вилле справа, при нём ввёл код на двери.
— Запомнил? — поднял глаза на него.
Ли Синь опустил взгляд: — Запомнил.
— Хорошо, — Гу Жань не стал задерживаться. Дождался, пока он войдёт, и быстро развернулся, не сказав ни слова лишнего.
Ли Синь поспешно закрыл дверь и с облегчением выдохнул.
«Страшный человек», — подумал он. — «Что он вообще за человек?»
А в это время мужчина, о котором он думал, убрал ключи, но не сел в машину, а пошёл к вилле напротив.
Немного подумав, ввёл другой код.
Раз уж искал жильё, то и себе нашёл. Он не мог всё время жить в доме семьи Гу — было непривычно.
А почему он помог этому изгнанному сыну семьи Ли?..
Стоило вспомнить его, как в голове вспыхнули целые картины.
На самом деле этот молодой господин Ли был довольно интересным.
Гу Жань приподнял бровь и загадочно улыбнулся.
В тот день Ли Чжэнь вернулся домой очень поздно.
У Гу Хая было плохое настроение, и он, конечно, пошёл с ним — они пили в баре до полуночи.
Гу Хай напился и всё время признавался ему в любви. Сотни раз, искренне, даже держал его за руку.
Чем больше он признавался, тем сильнее Ли Чжэнь внутри радовался, но на лице изображал печаль и стыд, говорил: «Прости».
У него блестящее будущее — как он может принять однополую любовь?
Чтобы не отвлекали, Ли Чжэнь поставил телефон на беззвучный режим. Лишь когда подъехал к дому, вспомнил о нём.
Достав аппарат, он увидел десяток пропущенных вызовов.
Все — от матери Ли.
«Наверное, Ли Синь получил побои, и она звонит, чтобы я вернулся и сделал вид, будто всё под контролем», — подумал Ли Чжэнь и лениво перезвонил.
Телефон ответил почти мгновенно.
— Почему ты всё ещё не дома?! — голос матери Ли был взволнован и даже скрежетал зубами. — Быстро возвращайся! Твой отец хочет тебя видеть.
— Меня? — переспросил Ли Чжэнь. — А Ли Синь?
— Не упоминай этого ублюдка, — зло фыркнула мать Ли, потом немного успокоилась и добавила: — Когда вернёшься, молчи. Что бы отец ни говорил, ругал — ты только слушай.
Ли Чжэнь похолодел внутри — понял, что дело серьёзное.
За всю жизнь отец ни разу его не ругал.
С тревогой он уже собирался войти, но решил сначала позвонить незаконнорожденному брату, чтобы узнать, что произошло.
Однако Ли Синь не отвечал.
Раз не ответил, два не ответил. Ли Чжэнь начал злиться: раньше Ли Синь никогда не смел не брать трубку.
«Кто он такой? Осмелился не ответить на мой звонок?!»
С раздражением и чёрным лицом Ли Чжэнь вошёл в дом.
Видно было, что случилось что-то серьёзное: вся семья собралась в гостиной. Отец Ли сидел на центральном диване, лицо мрачное, полное гнева.
Мать Ли сидела рядом, вытирала слёзы платком и гладила мужа по спине, уговаривая:
— Не сердись.
Ли Чжэнь растерянно подошёл:
— Папа?..
— Не называй меня папой! — отец Ли, переполненный яростью, нашёл, на кого её вылить, и свирепо взглянул на него.
Ли Синь — ладно, он незаконнорожденный, подобранный с улицы, от него и не ждали многого.
Но Ли Чжэнь!..
С детства рядом, с детства послушный!
Как он мог совершить такое непослушание и непочтительность?!
Ли Чжэнь не понимал, натянуто улыбнулся, пытаясь сгладить:
— Что случилось, почему так сердитесь? — и быстро оглядел всех вокруг, надеясь отвлечь внимание.
— А где Синь? — будто в шутку добавил он. — Опять баловался и рассердил вас?
Он думал: раз беду натворил Ли Синь, то и стрелы направить на него. Просто не повезло, что сам попал под горячую руку.
Но эти слова окончательно взбесили отца.
— На колени! — лицо отца Ли покраснело, голос грозно прогремел.
Ли Чжэнь не понял, хотел спросить, но мать метнула на него взгляд. Пришлось проглотить все вопросы, опустить голову и с обидой встать на колени.
Отец спросил:
— Сценарий для Ли Синя — ты ему дал?!
Ли Чжэнь замер, слова застряли.
Да, сценарий действительно он дал.
Он хотел показать Гу Хаю, какой он добрый и великодушный, а заодно «подарить» Ли Синю возможность, чтобы тот считал его хорошим братом и доверял ещё больше.
Он был уверен: Ли Синь — мягкотелый, глупый, не различает добро и зло. Даже если отец узнает, тот всё равно подумает: «Брат хотел для меня лучшего, я не могу его предать» — и промолчит.
Но он всё рассказал отцу!
Ли Чжэнь стиснул зубы от ненависти. «Неблагодарный ублюдок!»
Отец, видя его молчание, понял всё и взбесился ещё сильнее:
— Говори!
— Папа, простите, это моя ошибка, — поспешно признался Ли Чжэнь. — Вы же знаете, Синь так любит актёрство, я пожалел его.
— Он каждый день у меня в ушах ныл, я и сжалился...
— Сжалился? Тогда сам управляй домом! — отец швырнул стакан. — На коленях всю ночь! Не вставать!
— Лао Ли! — мать заплакала всерьёз. Это же её родной сын, как можно не пожалеть? — Он ведь хотел защитить брата. Ты же знаешь, он мягкий, кто мог подумать, что Синь...
Ли Чжэнь поспешил спросить:
— А что с Синем?
Мать вздохнула:
— Синь хочет разорвать отношения отец–сын.
Разорвать отношения? Ли Синь?
Ли Чжэнь едва не рассмеялся. Внутри он ликовал.
«Синь совсем с ума сошёл? Хочет порвать с семьёй Ли?»
Но это даже хорошо — отличный шанс для него. В голове он уже строил планы, а на лице изобразил другое.
— Так нельзя! — поспешно сказал он. — Папа, Синь ещё молодой, его слова нельзя воспринимать всерьёз!
— Ему девятнадцать! Он ещё маленький?! — рявкнул отец.
Ли Чжэнь сделал вид, что вот-вот расплачется:
— Папа!..
— Не защищай его! Хочет порвать — пусть порывает! — холодно бросил отец. — В семье Ли не нужен такой сын (带把的 — грубое выражение: «с придатком», то есть «мужик»).
Если бы это сказали за закрытой дверью, можно было бы не считать серьёзным.
Но отец Ли специально пустил слух.
На следующий день новость о том, что Ли Синь порвал отношения с семьёй Ли, попала в топ поисковых запросов. Если бы не этот тренд, никто бы и не знал, что у семьи Ли вообще есть такой молодой господин.
Но внимание большинства было не на Ли Сине.
В топе висел пост в Weibo, набравший тысячи репостов, и к Ли Синю он не имел никакого отношения.
«Популярный актёр Ли Чжэнь откладывает фан-встречу из-за травмы. По слухам, его избил родной отец Ли Ючжан!»
К посту прикрепили фото, увеличенное фанатами. Хоть и размытое, но видно синяк на колене Ли Чжэня.
Он был в шортах, лицо бледное.
Ли Синь проснулся рано утром и первым делом увидел эту новость.
Сонный, протирая глаза, он открыл топ и, читая, не удержался от смеха.
«Что за цирк?»
«Ли Чжэнь решил через топ продавать образ?»
Вскоре сам Ли Чжэнь выложил пост, оправдываясь. Слова были проникновенные, с несколькими фотографиями:
«Это всего лишь семейное дело. Брат поругался с отцом, и я тоже виноват. Получил наказание — заслуженно. Спасибо фанатам за заботу! Не волнуйтесь, даже с травмой я не задержу съёмки~»
К посту приложил три фото: селфи, снимок травмы и постер школьной драмы, где он играл главную роль.
«Ого, умеет привлекать внимание», — усмехнулся Ли Синь, открывая комментарии фанатов.
— «Какой брат? У Чжэня есть брат?»
— «Это незаконнорожденный всё испортил! Почему наш Чжэнь должен страдать?! Отец Ли несправедлив! Надо было наказать того ублюдка!»
— «Пф...» — Ли Синь едва не поперхнулся водой, читая эти комментарии.
«Фанаты, вы серьёзно? Я-то думал, что у меня уже крепкие нервы, но это... просто разрыв шаблона».
Он пролистал дальше:
— «Наш Чжэнь такой добрый! Ради этого незаконнорожденного терпит наказания, сердце разрывается!»
— «Чжэнь-ге (哥哥 — старший брат) настоящий ангел, а тот ублюдок неблагодарный!»
— «Семья Ли должна гордиться Чжэнем, а не этим позором!»
Ли Синь чуть не рассмеялся вслух.
«Добрый? Ангел? Да он просто пиарится!»
Он откинулся на спинку дивана, лениво пролистывая комментарии, и чем дальше читал, тем больше ощущал, что фанаты Ли Чжэня живут в каком-то параллельном мире.
«Ну ладно, пусть живут. Мне-то что».
Но всё же внутри у него закипала злость.
«Меня выставили козлом отпущения, а он — жертвой. Красиво играет, Чжэнь, красиво».
Ли Синь усмехнулся, закрыл Weibo и бросил телефон на диван.
— «Ха, посмотрим, кто кого переиграет».