Новый Тёмный Лорд [ЗАКОНЧЕН]

Гарри Поттер, а вернее, бывший Поттер, сидел и смотрел на пергамент в руках, которые мелко дрожали. ОНИ говорили ему, что его родители - темные маги, и это оказалось правдой. Только вот они соврали, а может, и сами не знали, что родители были вовсе не какие-нибудь простые граждане магического мира.
На бумаге было ясно и чётко написано:
Эдвард Принц
Отец: Маркус Принц (побочная линия семейства Принц)
Мать: Мелисса Принц, в девичестве Дарклайт, внебрачная дочь Флимонта Поттера
Предрасположенность: артефакторика, зельеварение, снятие проклятий…

Гарри, то есть теперь уже Эдвард, опустил руку и, откинув голову, засмеялся. И это был не истеричный смех, а скорее, таким образом организм решил избавиться от напряжения, даря лёгкость во всём теле. Хотя лёгкие нотки злорадства в смехе всё же присутствовали.
Успокоившись, Эдвард посмотрел на обеспокоенного гоблина, и на его губах расцвела ухмылка настоящего слизеринца. Теперь-то он понял, почему шляпа так хотела спихнуть на этот факультет. Как бы Дамблдор ни пытался, в парне всё же была кровь тёмных магов.
Дамблдор. Гнусный обманщик и манипулятор. Эдвард вспомнил, как ещё сегодня утром был самым счастливым, ибо всё закончилось. Никакой войны или тёмных лордов. Никакой беготни по лесу и горам, словно загнанное животное. Но всё это вмиг разрушилось.
Парень встал, позавтракал, сел с книгой у камина. Но где-то через час огонь вспыхнул, и перед Гарри Поттером встали Дамблдор, Сириус, Римус, Лили и Джеймс, за которыми маячил какой-то парень, как две капли воды похожий на него.
Сначала показалось, что это чья-то злая шутка или же бред его уставшего тела. Но когда директор улыбнулся в своей манере и стал говорить… Гарри захотелось, чтобы всё это закончилось как можно быстрее. Нет, не так. Он пожалел, что не умер там, на поле битвы, пронзённый каким-нибудь проклятьем.
Из слов Дамблдора и остальных выходило, что ОН НЕ является Гарри Поттером. Его родители - пропали без вести и до сих пор о их судьбе так ничего и не было известно, а его хотели отдать в магловский приют, но милый и добрый директор подобрал сиротинушку и дал кров и свою любовь. «Гарри» мысленно усмехнулся. Видал он этот кров и нежные чувства.
Дальше - больше. Поттеры решили, что им надо скрыться, но из-за пророчества… Но тут добрый дедушка взял всё в свои руки и такого намутил, что любо-дорого. Семейство смылось далеко и надолго и стало жить-поживать и детей клепать. Их у них, окромя Гарри, ещё трое: две девочки и один мальчик.
По плану директора подменыш должен был в конце помереть при лучшем раскладе, ну или на худой конец выжить и быть пнутым под зад с благодарностями в виде ключа от сейфа, где почти пусто оказалось.
Когда лже-Гарри вернули его внешность, вернее, личина должна была в течении часа сойти без побочных эффектов, и, всунув его вещички и ключик мини-золотой, выпихали за дверь, парень бродил по улицам маггловской Англии. К вечеру, оклемавшись, он понял своего злейшего врага и даже слегка восхитился им.
Пальцы всё ещё сжимали ключ, который больно впечатался в ладонь. Посмотрев на него, парень решил для начала сходить в банк. Там почти ничего не осталось от той огромной горки, которую он видел в свои одиннадцать лет. Всего каких-то пятьсот золотых монет.
Гоблин, хитро сверкая глазами, спросил, не желает ли юный господин проверить свою родословную. Правда, стоит это недёшево, как раз хватит того, что находится в ячейке. Сначала парень хотел отказаться. Как он будет жить без денег, без дома? Но что-то ему словно шептало: «согласись», и, кивнув головой, прошёл вслед за довольным гоблином. И не прогадал.
- Итак, юный господин, хотите ли попробовать стать лордом Принцем и получить немаленькое наследство?
- А как же…
Эдвард вспомнил, что слышал от Малфоя, вернее, подслушал, что Северус Снейп являлся Принцем в главной ветви, а не побочной. Значит, имел больше преимуществ.
- Лорд Принц вычеркнул свою дочь из рода, а значит, и мистер Снейп не может стать главой, только членом семейства. И то если его примут назад, - ответил гоблин, словно прочитав мысли парня. – Итак, вы желаете это сделать?
- Желаю, - выпалил Эдвард, боясь, что сам же и передумает, а ведь ему уже нечего терять.
- Вот и славненько, - гоблин потёр лапки и хищно улыбнулся.
А почему бы и не порадоваться? Такой богатый род чуть не канул в лету. Деньги они ведь любят счёт, а не лежать мёртвым грузом. Гоблин достал шкатулку из слоновой кости (а слоновая ли она была? Кто ж этих тёмных знает), на которой были вырезаны какие-то руны. Эдвард разобрал лишь несколько: чистота, сила, наследие, удача, истина.
Открыв шкатулку, протянул парню. Внутри на бордовом бархате уместился перстень. Широкий ободок с рунами, сверху герб Принцев и небольшой чёрный алмаз. Просто, но со вкусом. Эдвард и сам не понял, что делает. Протянув руку, он взял перстень и надел его на палец. Но тут же почувствовал резкую боль.
- Он должен вас распробовать. Вдруг не понравится кровь. Полукровок он не особо приветствует, - успокоил гоблин клиента, понимая, что перстень уже принял решение и даже уменьшился в размерах, плотно обхватив палец. – Поздравляю, лорд Принц. Поговорим о вашем наследстве?

***

Эдвард сидел в кабинете у камина и изредка отпивал из бокала. Он уже год не выходил из дома. Вернее, выходил, но редко и старался делать это незаметно. Мантия-невидимка-то осталась с ним. Забывчивый старый пердун Дамблдор совершенно забыл, видать, про неё. А ведь всего-то и надо было, что сказать, и вещица оказалась бы у хозяина.
Парень хмыкнул и отпил из бокала кроваво-красную жидкость. Да, теперь он многое понял и принял. Даже на чистокровных перестал косо смотреть, особенно тех, кто из слизерина. Жаль ему не дали шанса быть самим собой. Теперь всё было бы по-другому.
Год не прошёл впустую. Эдвард выписал себе лучших учителей из Франции и Италии. Те сумели вбить в его дурную, забитую раньше всякими глупостями голову то, что должен знать каждый волшебник и каждый аристократ. Ох, и трудно было с его мизерными знаниями, почерпнутыми в Хогвардсе. Уж тут-то добрый дедушка постарался на славу.
Чем больше он понимал, тем больше было его желание вытащить из дерьма тех, кто попал в мясорубку войны. И первым из них стал Северус Снейп. Дамблдор ведь ничем не помог своему шпиону, решив удалить со своей арены. Но у Эдварда были припрятаны доказательства и плюс к этому хорошо оплачиваемый адвокат.
Следующим стал Люциус Малфой с Нарциссой и Драко. За них пришлось побиться. Добрый дедушка не хотел выпускать такую добычу, как мэнор и счета в банке (хотя кто б ему дал? точно не гоблины и не родовая защита).
Остальных, намеченных парнем, дёргать из тюряги стало легче лёгкого. Дамблдору ничего не оставалось после пары статеек Риты Скитер. Пришлось ему отойти на задний план, скрежеща зубами. Эдвард тогда хорошенько повеселился, полностью избавившись от гриффиндорской отваги и безрассудства, перейдя к слизеринской хитрости.
Парень посмотрел на настенные часы и вздохнул. Осталось пять минут до того, как все соберутся. Его адвокат наотрез не желал спасённым говорить, кто же благодетель, вытащивший их из такой жопы. И вот вчера Эдвард распорядился отправить всем письма с порт-ключами. Даже те, кому было всё равно и не желал встречи, всё равно будут перенесены в назначенное место. Не зря же парень учился у лучшего артефактора.
Бросив ещё раз взгляд на часы, он отставил бокал и встал с удобного кресла. Выйдя из кабинета, прошёлся по коридору и остановился у двойных дверей. Эльф в нарядной ливрее поклонился и щелчком открыл, впуская в большой зал, где был только круглый стол со стульями, камин и картины с разнообразными пейзажами. Мебель была белоснежная с золотистым узором. Обивка стульев жёлтая с золотом под цвет стен, но не кричащего оттенка, а приятного для глаз. Что-то между золотисто-солнечным и лимонадным*. После всего, что случилось с Эдвардом, тому хотелось, чтобы всё вокруг было светлое и радовало глаз. Но не настолько, чтобы аристократы, сморщив нос, высказали своё «фу».

Зайдя в зал, парень осмотрел собравшихся и хмыкнул. Некоторые недовольно осматривались, некоторые делали это с любопытством, а некоторые (конечно же это был Северус Снейп) просто сидели, отодвинув от стола стул.
- Добро пожаловать в мой дом, - сказал Эдвард громко, что бы было слышно всем. – Вы, наверное, спрашиваете себя, что вы здесь делаете? Отвечу. Я бы хотел с вами познакомится поближе и понять, не зря ли потратил свои деньги на адвокатов, чтобы вытащить вас из той ж… из того места, в которое вы сами себя загнали. Прошу, садитесь.
Когда все подозрительно и с опаской таки сели за стол, Эдвард сделал то же самое и щёлкнул пальцами. Появились бокалы с шампанским, а также различные закуски.
- Не беспокойтесь, они не отравлены, - скривил губы в ухмылке и закинул в рот одну из канапешек. – Давайте выпьем за свободу и за встречу.

                             ***

«Собрание» подошло к концу, и Эдвард отмёл несколько кандидатов в новую гвардию «ААД» (Анти Альбус Дамблдор). Конечно, все они об этом не знали, но кое-что поняли. Парень взглянул на Малфоев и Снейпа. Они стояли возле Гринграссов и о чём-то оживлённо болтали.
Эдвард фыркнул. Видать, хотят сынулю пристроить. Ох уж эти аристократы, никогда не меняются. Скользнув взглядом по Драко, он отметил, что тот возмужал и стал более серьёзным, но всё такая же бледная поганка, в отличие от отца. Тот, видимо, недавно хорошенько отдохнул, судя по лёгкому загару и улыбке. Изредка мужчина бросал взгляд на хозяина этого «собрания».
Парень хоть и не часто выходил из-за отсутствия не только времени, но и желания, а всё же знал, что Нарцисса решила уйти из семьи и теперь ведётся бракоразводный процесс. Что там у них случилось в семье, никто не знает, но то, что женщина назвала мужа бесхребетным существом, слышали многие. Это произошло ещё тогда, когда их только выпустили из-под стражи.
Эдвард ещё раз скользнул взглядом по Люциусу, замечая, что не такой уж он и надменный, каким хочет казаться. Война всех хорошенько потрепала. Вон тот же Снейп… А хотя нет. Кажется, ему это всё пошло даже на благо. Волосы чистые, кожа приобрела нормальный оттенок и зубы ровные и белые. А ещё Эдвард заметил, что губы профессора иногда выдают лёгкую НЕ ехидную и НЕ презрительную улыбку.
- На сегодня мы закончили. Если кому-то неинтересны дальнейшие планы и общение со мной, пришлите сову. Куда, думаю, говорить не надо, все запомнили, кто я, - сказал Эдвард, поднимаясь с своего места, и добавил: – Мистер Снейп, не могли бы вы остаться ненадолго? У меня есть к вам разговор.
Мужчина кивнул головой, а остальные стали покидать зал через камин. Когда помещение опустело, Эдвард указал бывшему профессору взглядом на выход, давая понять, что тот должен следовать за ним.
Они вышли из зала и вернулись в кабинет, из которого юный лорд Принц вышел пару часов назад, дабы начать собрание. Сев в кресло, рукой предложил другое кресло гостю.
- Итак. Вы, наверное, теряетесь в догадках зачем же я попросил вас остаться, - сказал Эдвард, щелчком пальцев призывая эльфа, который поставил на небольшой столик графин с огневиски и два стакана.
- Не особо, - голос зельевара изменился, оно и понятно - укус змеи повредил голосовые связки, но всё же. – Но выслушать - выслушаю.
- Ну конечно. Вы ни капельки не изменились, профессор, - хмыкнул Принц, беря стакан в руки.
- Простите, мы знакомы? Вроде среди своих учеников вас не видел, - прищурился Снейп.
- Знакомы. И вы даже знаете меня с самого первого моего курса. Просто раньше я выглядел по-другому. Если вы дадите непреложный обет, то даже открою тайну, как меня звали.
- Даже так? – скептически выгнул бровь Северус. – А вот это уже интересней.
- Поверьте, это очень интересная тайна, в которой замешан Дамблдор.
Снейп, услышав имя ненавистного старика, скривился, словно съел целый лимон, и вперил взгляд в парня.
- Хорошо. Я согласен.
- Вот и замечательно.
Через пару минут оба смотрели, как на запястьях появляется и пропадает тонкая ниточка связывающего заклятия.
- А теперь давайте я вам представлюсь. Эдвард Маркус Принц, лорд Принц. Хотя все меня знали семнадцать лет как Гарри Джеймса Поттера.
- Что? – вылетели слова из уст Снейпа, прежде чем он совладал с собой. – Но Поттер…
- Да-да, - махнул рукой, скривившись, как от зубной боли, Принц. – Тот Поттер - настоящий. Как оказалось, Джеймс, Альбус, Лили, Сириус и Римус придумали неплохой такой план. Сделав вид, что Поттеры померли, свалили в другую страну и там скрывались и весело плодились.
- А как же…
- Как же Гарри? Они взяли его с собой, а Дамблдор нашёл ему замену. Меня. Он не знал ни имён, ни фамилий волшебников, которые погибли при первой войне. Как я выяснил в Гринготсе, это были Маркус и Мелисса Принц. Открою секрет, у Джеймса была внебрачная сестра, на пару лет старше. Так что формально я не только Принц, но и Поттер, - горько усмехнулся Эдвард. – Чтобы я не мельтешил перед глазами Дамблдора, он спихнул меня Дурслям. А уже в одиннадцать добрый дедушка забрал меня в школу волшебства и малёк посюсюкал со мной, чтобы я доверился ему. Я, конечно, ни о чём не жалею… Хотя нет. Есть кое-что. Я был идиотом, что не пошёл на Слизерин, когда шляпа посоветовала. Рон, да и Драко в этом поспособствовали. Если бы мне сейчас дали выбор, это точно был бы НЕ Гриффиндор. Я многое узнал за время, что прошло с войны. Думаете, я просто так всех вытащил из тюрьмы? Как бы не так. Моё желание - это месть. Пусть люди узнают правду.
- М-да. Но всё же в вас осталось гриффиндорское.
- Вы так считаете? Думаете, я идиот - просто так пихать голову в этот змеиный клубок? Ничего, я подожду и буду действовать медленно. И вы все мне в этом поможете.
- Что? И зачем мне это всё?
- А думаете у вас есть выбор? – хищная улыбка расцвела на губах Эдварда.
- О чём это вы?
- Вы никогда не смотрели на свою метку? – Принц ткнул пальцем в предплечье Снейпа, и тот, словно под гипнозом, закатал рукав рубашки. – Не думали, почему она не исчезла, когда Том отбросил копыта?
Зельевар побледнел и посмотрел в лицо парню. Сейчас на нём можно было увидеть вовсе не ехидство, а грусть, исходившую из сердца.
- Хотите сказать…
- Не хочу, а прямо говорю. После битвы я получил от Тома не только часть его сил, но и ВАС всех как слуг.
Спина Принца, до сих пор прямая, сгорбилась, а он сам словно сдулся, как воздушный шарик, из которого выпустили весь воздух. Свободная рука легла на лицо и устало потёрла. Пальцы сжали переносицу и с силой помассировали. Дурацкая привычка тех, кто долго носит очки. Хотя сейчас Эдвард в них не нуждался.
Снейп внимательно следил за парнем, вглядываясь в каждую чёрточку: прямые волосы цвета воронова крыла, отросшие чуть ниже плеч, овальное лицо с немного угловатыми чертами, тёмно-карие, почти чёрные большие глаза с пушистыми ресницами, широкие угольные брови, нос с небольшой горбинкой, припухлые нежно-розовые губы и лебединая шея. Телосложение скорее жилистое, чем худощавое, всё же Поттер, вернее, лорд Принц, занимался квидичем, да и почти год в бегах не дал организму набрать пару килограмм мясца на кости. Да, было в нём что-то от Поттеров, хотя большая часть досталась от Принцев. Благо фамильный «клюв», как у самого Северуса, видоизменился и не уродовал миловидного лица.

- Но давайте поговорим о том, ради чего я вас попросил остаться.
- А что, разве это не то дело, По… кх-м, лорд Принц? – Снейпу, узнавшему правду, было тяжело больше не называть парня Поттером, да и изменить свои взгляды на их отношения в школе.
- Нет. Я хотел предложить вам войти в род Принцев, чтобы защитить, если понадобится. Все клятвы и проклятия будут аннулированы. А также я сниму, как с родственника, эту мразь, - говоря, Эдвард указал на темнеющую метку на предплечье.
- Я могу подумать? Вы должны понимать, что такие дела сразу не решаются. Тут надо хорошенько взвесить, - нахмурившись, ответил зельевар.
- Ну конечно, как же по-другому. У вас есть пара недель до следующего собрания. Ведь тогда я всех призову не порт-ключами нежно, а через метку, чтобы все поняли, во что они вляпались.
- А вы всё же изменились.
- Попробуй не измениться, когда те, которые вроде как умерли, живы и здоровы, да ещё и сделали из тебя козла отпущения. Но ничего, Поттеры уже должны были получить документик о задолженности перед Принцами. Я хорошенько порылся в старых записях и нашёл расписку. Да, она была написана пару сотен лет назад, НО всё ещё юридически годна. Ладно, не буду вас задерживать. У вас, наверное, много своих дел, а я отвлекаю.
- Вы правы, но уж больно любопытно, что же там за задолженность?
- Профессор Снейп и любопытство? – в притворном ужасе Эдвард прикрыл ладонью рот. – Кто-то в Запретном лесу сдох? А может, пойдёт снег в середине лета?
- Шутничок, - фыркнул зельевар.
- Да ладно. А насчёт документа... Вы сами скоро всё узнаете.

***

Джеймс Поттер рвал и метал, вернее, бегал по кабинету словно загнанный зверь из угла в угол, не находя решения. Да как они посмели? Да откуда они вообще вытащили эту древность? Да как… Да как… Да как… В голове крутились одни вопросы, на которые ответов не было.
А выхода действительно не было. В документе чёрным по белому было написано, что в случае невозвращения долга в течение ста лет (дата окончания термина была ясно прописана в договоре) любой из семьи Принцев может потребовать дань в виде самого младшего отпрыска. Девочка то или мальчик - не существенно, главное, чтобы на момент требования ребёнок по очерёдности рождения был последним.
Но это значило, что Джеймсу придётся отдать годовалого сына, в котором души не чаяли все в семье. А пожертвовать непонятно кому своё чадо - смерти подобно. Но, увы и ах, другого выхода не было. И откуда вылез этот лорд Принц? Ведь последний помер довольно давно, при этом не оставив наследников.
Джеймс, несмотря на огромную сумму, был даже готов заплатить её и добавить сверху. Но ответ пришёл с отказом. И это ещё сильнее бесило Поттера. В этот момент он даже злился на себя и на Дамблдора, что решился с семьёй вернуться в Англию. Лучше остались бы в Испании. Да и климат там намного лучше. Плюс Поттер-мэнор разрушен и его надо было восстанавливать с нуля. Благо они не магглы. Гоблины всё сделали за пару недель, и теперь родовое поместье вновь обрело своё былое величие.
Ну да, слава, что лилась рекой, будоражила кровь. Старший сын и наследник, Гарри, просто упивался всем этим. Да, это не он сражался в войне, но ведь они и так в первой так настрадались из-за этого проклятущего Воландеморта. Им это в виде компенсации. А где пропадает оборвыш тёмных магов, ему даже не интересно. Хватит и тех откупных, что были ему выплачены. Да хоть пусть сгинет в пучине ада, ему плевать на парня. Самое главное, что его семья счастлива, жива и здорова. И вообще, надо было давно избавиться от всех тёмных. Они только портят карму своей грязью.
Да уж. Адвокаты, которых нанял Джеймс, разводили руками и сочувственно качали головами. Нахрен ему сдалось их сочувствие, сына-то придётся отдать, или заработает весь род Поттеров хорошенький откат, вплоть до потери магии, как сказали ритуалисты.
Поэтому или-или, третьего варианта не дано. Лили рыдала в своей комнате над кроваткой младшего сына. Дочери, приехавшие на летние каникулы, притихшие сидели в своих комнатах, боясь выйти и нарваться на родителей. Гарри же свалил к крёстному отцу ещё в конце весны и не появлялся дома, поэтому не знал, что у них случилось.
После войны он постарался отделится от «друзей». В отличие от родителей, дети Уизли не знали про весь этот план. Также и Гермиона. Поэтому пришлось расстаться с ними. Хотя Гарри изредка заходил к Уизли в гости, чтобы посмотреть на подросшую Джинни, которая была похожа на пасмурное солнышко из-за смерти старшего брата.
В окно постучалась сова. Джеймс вздрогнул и рванул вперёд, впуская пернатую. Была надежда, что это или гоблины, или адвокаты, или ещё кто из той братии, которую он нанял для решения своей малюсенькой проблемы. Но, к его ужасу, письмо было от адвокатов лорда Принца. В нём им давалась неделя перед отдачей сына и просьба не проводить над ним никаких обрядов вообще, ибо, во-первых, он будет считаться «бракованным товаром», а во-вторых, придётся отдать другого ребёнка и получить небольшой откат.
Схватившись за сердце, Джеймс побежал к жене. Та с опухшими от слёз глазами посмотрела на супруга с надеждой, но после отрицательного кивка, сгорбилась в кресле и закрыла лицо руками. Поттер перечитал вслух письмо и, подойдя к жене, погладил её по волосам в попытке утешить.
- Будь проклят тот день, когда мы решились вернутся в Англию, - всхлипнула женщина. – Это нам аукнулся план Дамблдора. Магия не любит такой несправедливости по отношению к своим детям. А мы втянули того парнишку. Ни нормальной жизни, ни семьи.
- Что ты несёшь, женщина, - скривился Джеймс, убирая руку с шелковистых рыжих волос. – Светлые должны править этим миром, а тёмные сидеть под лавкой. И тот щенок получил то, что получил заслужено.
Лили положила руки на колени и грустно посмотрела на мужа. Он не был помешан, как остальные аристократы на чистокровности, но зато был заскок насчёт светлых и тёмных. Последних мужчина люто ненавидел, и если тёмному плохо, значит, родился где-то один светлый.