5 Глава
Было тяжело. Всё тело болело от удара о землю. Голова, как будто раскололась на две части. Перед глазами белый туман. Я попыталась пошевелить руками и ногами, но не вышло. Я могла двигать пальцами, но руки были, точно связаны у меня за спиной. Я попробовала поёрзать и за спиной почувствовала шершавую поверхность дерева. Я была привязана к дереву, на том же самом поле, где мы дрались с Мелиссой. Я бы смогла победить, если бы не тот голос, который отвлёк меня.
- Может во мне осталось хоть капля силы, которая смогла бы мне помочь.
Но ни огня, ни ветра, ни земли и воды я не чувствовала. Связи не было ни с одним источником силы. Ощущение было, что я как выжатая тряпка, брошенная на земле. Ещё одно моё движение привело к тому, что о кору дерева я поцарапала руки. Сразу же защипало, и я перестала делать попытки выбраться. Я была бессильна в чём-либо. Самой мне себе не помочь.
Когда я проснулась небо начало уже темнеть, но звёзды не появлялись. Когда послышался первый раскат грома, я поняла, что дождя не миновать. И я снова отключилась.
- Вставай, растяпа, вставай! - послышался треснутый голос какой-то женщины, - Дождь льёт, а она спокойно тут сидит.
Я открыла глаза и посмотрела на женщину лет шестидесяти. Она была в чёрном платке, в плаще, а над головой держала, что-то наподобие большой книги.
- Я не могу, - прохрипела я в ответ, и поёрзала для правдоподобия. Но каким-то чудом я была не привязана к дереву. Руки спокойно лежали на моих ногах, а сама я полу-лежала, полу-сидела облокотившись на дерево.
- Не валяй дурака и мигом вставай. Побежали в дом, он не далеко у меня. Давай, девочка, я не хочу промокнуть так, чтобы потом заболеть. Всякая болезнь теперь может завалить меня в гроб.
Я не стала ждать ещё одно приглашения и встала. Мы вместе побежали по полю. Оказывается, если чуть дальше пробежать, то добежишь до склона, который ведёт к деревне. Деревянные домики стояли длинными рядами, все ухоженные и ярковыкрашенные. Мы спустились и побежали к голубенькому домику, с ухоженным садиком и небольшим колодцем.
- Вот и мой домишко! - радостно сказала женщина, когда дверь отварилась и мы вошли внутрь. Дом был маленьким, но уютным и милым. Пушистые коврики голубого цвета были везде: в прихожей, где мы и были, в кухне, которая находилась напротив прихожей, и виделся краешек из прилежащей комнаты слева. Голубые стены, рядом умывальник с печкой, а по другую сторону маленькая стенка с посудой и кринками, чайничками и прочей кухонной утворью. Женщина сняла с себя плащ, бросила книгу на печку, сняла бошмаки и тяжёлой и шаткой походкой пошла к столу на кухне. Такое ощущение, как будто она не бежала только, что километра два от дерева до своего жилища. Как только женщина села на стул, то сразу посмотрела на меня.
- А ты, что душенька, стоишь у порога, проходи. Ах, ты же вся до ниточки промокла. Сейчас, сейчас, - старушка тут же встала и убежала в комнату. То резвая, то немощная, первый раз вижу таких старушек. Очень странно.
- Проходи сюда, милая. Смотри, что я тебе приглядела! Моя дочь носила его. Ох, даже и не верится, наконец-то кто-то его наденет на себя. Целых пятнадцать лет тут пылится, а оно такое красивое.
Я сняла с себя кроссовки, полные воды, и осторожно, на носочках, прошла в комнату, оставляя за собой мокрый след.
Старушка стояла спиной и прижимала к себе платье. Как только я вошла, она тут же повернулась и вручила мне платье. Старое платье с рюшечками и бантиками, нежно-розового цвета до самого пола. Такое носили ещё в девятнадцатом веке, не раньше.