Глава 13.
И вот они оказались в конце комнаты. Все. Финиш. Дальше идти не куда. Он сел. Молча, без единого звука. Он сидел и смотрел на нее. Смотрел так, как смотрят преданные животные на своих хозяев. А она даже не поднимала глаза. Должно быть в ее жилах закипала кровь от разъедающего чувства вины, ведь она была так виновата перед ним!
Но нет.
Ей казалось это все таким нереальным: предложение руки и сердца, похищение, и даже то, что он сейчас с ней. Ей казалось, что она все это выдумала, или как это обычно бывает, пересмотрела фильмов на ночь и все приснилось. Она выдумала все, до мельчайших деталей. Этих людей, этот дом, и даже его...
Она придумала его. Раскрасив в мужественность, загадочность, надломленность - темный букет, который так нравится женщинам.
Он шагнул в ее жизнь из подсознания, скользнув взглядом обсидиановых глаз, заставив запутаться в ее ресницах. Она наделила его темной, мрачной привлекательностью.
Он сделал шаг, выскальзывая из ее головы, и тут же перестал быть ее. Все смотрели на него, облизываясь и задерживая вдохи. А он молчал, посылая взгляды-молнии, стекающие по пылающим телам.
И только она знает правду. Его не существует... Не существует такого прожигающе великолепного ЕГО... Да, есть парень который сейчас сидит рядом с ней, но то что она сама в нем придумала нельзя увидеть никому.
Он молчал. В комнате стояла пьянящая тишина. И даже жаль, что он не слышал то, о чем она думает. Ее мысли набирают разбег и ударами выходят из головы, запуская новые.
Она посмотрела на него, в его глазах был страх. Он отчетливо читался в каждом его робком движении. Он смотрел на нее и чего-то ждал.
Она знала, что именно он ждал. Но это было слишком трудно сделать ей. Она сделала вдох. Вытянула губы и замерла. Пульс пропускает удар, и торопясь нагнать, спотыкаясь, неровно стучит в горле. Выдохнула и опустила голову. Она произнесла эти слова в голове тысячи раз. Спокойно, искренне, рыдая, крича, медленно, громко, оглушая собственные мысли. Она слизывала их с губ, они горчили на языке. Обжигали рот, врастали в гортань. Она запивала их сигаретным дымом, стирала рукавом, отказываясь проговаривать. Они просятся на поверхность ночными бредовыми кошмарами и звенящей бессонницей. Они отпечатались на ее радужке, и она видит мир сквозь их преломление. Она узнает их, угадывая в каждом людском силуэте, ситуации, с чужого плеча. Она разбирает их звон в льющейся воде, в скворчащем пламени конфорки, в дребезжащем чайнике, видит их отражение на его металлическом боку. Они складываются из чаинок, всплывающих на поверхность в чашке. Она проживала их, сжигала в своей голове, но не могла произнести. Она пробовала снова и снова.
Иногда так трудно отважиться и прошептать: «Прости». Еще минута, две, три. И с ее опаленных губ вырвалось это режущее разум слово:
- Прости меня, - она выстрелила этим обжигающим словом в него, словно пулей пистолета, вот-вот разорвавшей на куски тело.
Он удивленно смотрел на нее:
- За что? - он даже улыбнулся, спрашивая какая причина стала тому, что такая горделивая девушка, как она решила извиниться...
- Тогда, в ресторане... Ты ждал услышать "да"... А я... - она договорила и опустила голову, подчеркивая еще больше свою вину перед ним...
- Нет! Глупенькая... Ты все сделала правильно. Ты сделала так, как сказало твое сердце. Не за что извиняться, я же не держу на тебя зла.
Он протягивает мне руку. Эта рука такая знакомая, я помню её тепло. Крупная кисть, длинные пальцы, сплетение вен - канатов под смуглой кожей. Весь остальной мир – не в фокусе. Я не отвожу взгляда. Его рука, как последний бастион, последний оплот надежности и…надежды? Так робко, легко, невесомо по моей коже скользят его пальцы. Мое сердце окутывает теплый кокон надежды. Я мелко и не глубоко дышу, боясь выдохом погасить огоньки, фитильками множества свечей, укладывающихся в полость моей груди. И тяжесть небес на моих плечах растворяется. Он опутывает меня мерцающей сетью. Хитрые узлы, сплетения, узоры. Каждое сверкающее сцепление – огонек надежды, мягкая вспышка нежности, искрящееся воспоминание, оседающее теплом в груди. Огоньки множатся и сияют, выравнивая мое дыхание. Вдох не подменяет выдох, темнота в периферическом зрении рассеивается.
Мои дрожащие пальцы утопают в его ладони. Сияющая сеть опускается на наши сплетенные руки. На моих глазах вот-вот появятся слезы... Но нет! Я сдерживаю в себе эту бурю, дабы остаться все той же гордой девушкой с красными губами. Не казаться "тряпкой". Нет.
Он держит меня, за руку, смотрит на меня, а я пытаюсь казаться смелой: смотрю прямо ему в глаза. И он сжимает мою руку сильнее. Он читает, то, о чем кричат мои явно расширевшиеся зрачки: "не отпускай меня".
Я поднимаю голову выше и расправляю плечи.
Словно у меня не дрожат руки.
Я расслабляю мышцы скул и висков, делая взгляд более открытым и доброжелательным.
Словно трещин в моей броне не существует.
Я приподнимаю уголки губ и более пристально смотрю на него, чтобы мягкие линии сгладили напряжение.
Словно зубы не сжаты до боли.
Я убираю сталь из взгляда.
Словно за этой сталью нет соленой влаги.
Я создаю другую реальность, трансформируя свою внешность, которую видит мир.
Словно не сломана внутри....