Глава 24
Раздался стук в дверь, надеюсь, что это принесли еду.
- Да, да, открыто, - я хотела подойти к двери и открыть её, но она сама открылась, в это время Найл оставил на стол свечку, я без понятия, где он её взял.
Мы оба посмотрели на закрывающуюся дверь, перед нами стоял Луи с фартуком на поясе и разносом.
- Луи?
- Да, это я. Привёз вам еду, - он подошёл к нашему столу, начал выкладывать на него еду.
Я вовсе не понимала его действий. На лице были видны обработанные раны, что немного радовало, так как есть кому о нем позаботиться. Сначала он бьет Найла, после чего, заявляется официантом в наш номер, затем раскладывает еду. Мне кажется, что-то здесь не совсем чисто.
- Луи, ты что, подсыпал снотворного в еду? - эта мысль единственная пришла ко мне в голову, после чего он улыбнулся и, посмотрев на меня, ответил:
- Нет, как ты могла такое подумать, я же приличный человек, а не кто-то там. Зачем мне вам мешать? У вас же, я посмотрю, романтический ужин.
- Это не романтический, а дружеский ужин, ты понимаешь разницу?
- Безусловно. Приятного аппетита, что-то ещё будете?
- Нет, спасибо, можешь идти, - на счёт того, что в наших тарелках ничего не было, я сомневалась на все сто процентов. Не может же он так просто отпустить меня. Или, я слишком высокого мнения о себе, что меня невозможно отпустить.
Надо меньше думать о себе, но больше о работе. Я вспомнила о том, что мне нужно позвонить мистеру Брауну, поэтому я вышла в другую комнату, набирая по пути его номер.
- Алло, Джесси?
- Здравствуйте, мистер Браун. Недавно звонили из той компании, они переделали документы, скинули на мою почту, я проверю и отвечу им.
- Да, хорошо, спасибо, что предупредила меня. Удачного отдыха.
- Спасибо, до свидания, - я сбросила трубку и вернулась в гостиную, где уже сидел Найл с салфеткой поверх рубашки, начинал кушать.
- Стой! Подожди, дай мне сначала попробовать.
- Джесси, я не младенец, могу сам разжевать пищу. Но, если ты так хочешь, то мы можем попрактиковаться на ягодах, их передавать удобнее.
- Найл, ты не понимаешь всю серьёзность ситуации? Луи мог подмешать Бог знает чего в еду.
- Также, как и тебе. Но, ему бессмысленно это делать, я думаю, он же не глупый мальчик.
- Дай мне ложку, - я выхватила ложку из его рук, затем взяла часть еды и попробовала. На вкус было довольно таки неплохо, да и вроде, подмешанного ничего нет.
- Ты убедилась?
- Да, все, приятного аппетита, я, пожалуй, тоже присяду и покушаю.
Я отодвинула себе стул, на который после села и начала кушать. Скажу честно, готовят здесь изумительно, наверняка это стоит больших денег, поэтому я должна внести хотя бы половину суммы.
После ужина, мы с Найлом по очереди сходили в ванную, так как спальня здесь одна, то пришлось решать, кто будет спать на диване.
- Найл, я могу там лечь, это не составит труда.
- Но тебе будет неудобно! Мы должны сделать тебе полное удобство, также как и мне.
- И что теперь? На полу стелить?
- Нет, мы оба можем лечь в кровать, почему нет?
- Потому что мы разных полов, Найл.
- Мы же уже делали так, так почему же не повторить снова?
- Ох, ладно, давай только быстрее ляжем, я устала.
- Вот и отлично, - я легла на край кровати и прикрыла глаза, здесь не было никакой спальной одежды, поэтому пришлось лечь в нижнем белье, наверное, поэтому, я не хотела ложиться в одну кровать.
По средине ночи я почувствовала тёплые руки на талии, которые прижимают меня ближе к себе, но я не могла их убрать, потому что быстро погрузилась в сон.
На утро я встала, к счастью, одна, без Найла, поэтому смогла переодеться. На стуле лежала новая рубашка, которую мне пришлось надеть, так как моя рубашка была мокрая и лежала на батарее.
Эта рубашка подошла просто идеально, хотя Найл купил её, как он сказал, ещё в Лондоне.
Я оделась, заправила кровать и вышла из комнаты в гостиную. Там на столе лежал листок, где было написано:
"Джесси, выйди из номера, иди налево, пока не дойдёшь до прачки, у меня для тебя есть сюрприз".
Свернув листок пополам, я взяла ключ от номера и вышла. Какой ещё сюрприз и к чему это?! Видимо, мне придётся снова объяснять ему, что этого лучше не делать.
Я открыла комнату прачки, хотела включить свет, но не смогла, так как дверь резко закрылась и я оказалась прижатой к стене, тёплое дыхание раздавалось над ухом.
- Найл, отпусти меня, я не люблю такие сюрпризы! - я хотела отдать ему бумажку, но он сам её забрал и убрал в задний карман. В брюках нет задних карманов, по крайней мере не у Найла точно. Я видела его брюки.
- Я не Найл, - послышался его смешок, затем мокрые поцелуи на оголенном участке шеи.
- Луи? - мой голос, дрожал. Так как он ударил Найла, не было никаких шансов на то, что и меня он меня не ударит.
- Молодец, малышка, правильно, - я начала сопротивляться, чтобы не оставаться прижатой к стене.
- Луи, отпусти меня.
- Нет, не отпущу.
- Нет! Что ты делаешь? Прекрати! Мне нужно идти! Я не настроена на твои детские игры.
- Если ты так хочешь, то мы можем поиграть по-взрослому, - снова его дыхание и мокрые поцелуи на шее.
- Не хочу, Луи! Прекрати!
- Отпущу, если позволишь себя поцеловать, - думаю, перетерпеть пару секунд я смогу.
- Ладно.
- И ответишь мне на поцелуй.
- Что это значит?
- Ну, будешь шевелить губами в ответ. В общем, полностью повторять действия мои.
- Ладно, - выхода не было, а стоять здесь до вечера я не собираюсь.
Он нагнулся ко мне и накрыл мои губы своими, начиная шевелить ими. Я пыталась сдержать тебя чтобы не дать слабину, потому что мне надоело, что люди делают то, что они хотят. Делают это со мной. Луи укусил меня, намекая на то, что я должна ответить. Я попыталась это сделать, после пары минут безуспешных "стараний", он отстранился. Я чувствовала себя, откровенно говоря, девушкой лёгкого поведения. Меня просто берут и используют, кому как хочется.
- Не смей об этом говорить Найлу. Иначе он пострадает. Не смей говорить вообще, что было, - на что я кивнула, после чего он открыл дверь, выпуская меня. Как маленькую собачонку, которая является игрушкой хозяев.
Мне было очень тяжело дышать, на глазах наворачивались слезы. Зачем он это делает, для чего? В какой-то степени я гаптофоб, боюсь прикосновений, а тут на столько! Безусловно, я могу терпеть прикосновения, я научилась это делать, но сам факт, что меня обламывают парни, остаётся фактом.
Я вбежала в свой номер, точнее, номер наш с Найлом, он уже был там, когда я вбежала в номер, он непонятно на меня посмотрел, затем, видимо, хотел пойти за мной, но я закрылась в ванной.
Открыв кран с холодной водой, начала умываться, протирая все лицо, шею и села на холодный кафель.
Я облокотилась о ванну, запрокинула голову и почувствовала, что горячая соленая жидкость катится по щекам. Неужели я так сильно нагрешила в прошлой жизни, что в этой терплю такие наказания?
Я обняла себя руками, затем подогнула колени, на которые положила руки и наклонила голову вниз. Слезы полились ещё с большей силой. Кем я стала? Кого я позволила из себя сделать? Девушку лёгкого поведения? Уже представляю, как мачеха или сестра будут говорить, если узнают: "из монашки, в шлюшки, да, Джессика?" Не хочу так. Мне не нравятся эти изменения в жизни!
Найл ломился ко мне, чуть ли не выламывая дверь, я знаю, что он этого не сделает, так как не пожелает платить за испорченное имущество.
- Джесси, открой дверь!
Раньше у меня появлялись мысли о том, что стоит перестать существовать, но сейчас я считаю их более адекватными. Именно сейчас, но я должна жить. Хотя бы ради Найла, он мой друг. А если я ему не нужна? Всего лишь развлечение?
- Джесси, не смей ничего делать, слышишь меня? Открой живо дверь! - он стал тарабанить ещё сильнее, пытаясь её открыть.
Возможно, он это делает из принципов, хотя кто его знает. Целовать меня его не заставлял никто.
А если это было частью какого-либо коварного плана? Как заставить меня почувствовать что-то, например, боль? У них у всех была цель заставить меня что-то чувствовать.
Я чувствую боль, невыносимую боль, которая окутывает мой организм полностью. Я чувствую, что внутри стало пусто, нет абсолютно ничего. Нет присутствия сердца. Его просто взяли и вырезали из моей груди, а потом растоптали, снова взяли и растоптали, жестоко. А после этого кусочки, которые остались от него, сожгли, а пепел ветер разнёс в разные части мира. Его уже никогда не собрать в единое целое и не поместить на место. Морально я просто прекратила своё существование.
Боль, отчаяние, разочарование, эти чувства просто убивали меня, терзали, жестоко издевались надо мной. Это слишком для меня, я не могу этого вынести. Хочется закричать от отчаяния, заставить выйти эти чувства. Покинуть меня.
Нет, так не может больше продолжаться, - я сидела на кафеле, не слыша и не воспринимая ничего, Найл не оставлял попыток выломать дверь, но к счастью, у него ничего не выходило. Я знаю, что сидеть нельзя на холодном кафеле, знаю что нельзя чувствовать. И не хочу чувствовать. Сердца больше нет, ветер унёс его пепел.
Над ним жестоко издевались, а затем выбросили. Поиграли и бросили! Я не могла остановить поток слез, который скатывался по моим щекам. Я больше не буду доверять людям, я уже пыталась. Снова попадаюсь на эту удочку.
Я не хочу это чувствовать, лучше быть "пофигистом", чем подобное.
Я вытащила успокоительное из аптечки и выпила несколько таблеток не измеряя даже дозу. Наплевать на исход.
Спустя какое-то время меня немного отпускает, я запрокидываю голову назад и закрываю глаза...
End POV Jessie
