12 глава
Все ученики вышли из класса, шепча что-то про Лазареву и Тимофеева. Тоня напоследок послала воздушный поцелуй подруге и вместе с Владой скрылась за дверью.
— Ну вот мы и одни, — выдохнул Миша, смотря на класс.
Наташа вздрогнула и повернулась к парню.
— Ага. Одни, — согласилась синеволосая. — Начнём уборку?
Миша кивнул, направившись к шкафу, и достал оттуда всё для дежурства.
— Знаешь, Наташа, — вдруг начал Миша спокойно и тихо. — А ведь когда я на тебя спорил, я не знал, что привяжусь к тебе.
— Привяжешься? Ко мне? — хлопнула глазами Наташа. — Хотя... когда я узнала о споре, я надеялась, что ты изменишься. И моя надежда не подвела меня, — едва улыбнулась она.
Миша поставил ведро на парту и обернулся к Наташе.
— Выходит, что не подвела, — улыбнулся он. — Я-то думал, что ты возненавидишь меня.
— Скорее наоборот, — хихикнула девушка. — Ладно, хватит тут минуты правды. Иди налей в ведро воды, а я пока подниму стулья. — начала Наташа уже более сухо.
Миша послушно подхватил ведро и направился к выходу, но в дверях притормозил.
— Сухость тебе не к лицу, Лазарева, — бросил он через плечо, сверкнув глазами. — Но приказ принят.
Пока в коридоре удалялись его шаги, Наталья принялась за парты. Грохот стульев о столы заглушал навязчивые мысли о Нугзаре. Да, они расстались, но уход Гибадуллина казался чем-то неправильным.
Через несколько минут вернулся Миша. Он поставил ведро на одну из парт и молча начал смачивать тряпку. Некоторое время они работали в тишине: слышалось только шуршание по доске и плеск воды.
— Слушай, Наташ, — Тимофеев первым нарушил молчание, протирая подоконник. — Как думаешь, Нугзар уехал просто так?
Наташа замерла с тряпкой в руках.
— Классная руководительница сказала — родители переехали. Значит, просто так.
— В середине четверти? — Миша вопросительно изогнул бровь. — Он даже не попрощался. Я видел его вчера у выхода. Он выглядел так, будто... будто проиграл войну, Наташ.
Синеволосая закусила губу. Она вспомнила их последний разговор и тот холодный взгляд Нугзара, который раньше всегда светился теплотой. Стало не по себе. Чтобы скрыть замешательство, она начала яростно оттирать какое-то пятно на парте.
— Тебе-то какая разница? — буркнула Наташа. — Ты его особо и не любил.
— Не любил, — согласился Миша. — Потому что он всегда был... «правильным». А я — не особо. Но не хочу, чтобы ты винила себя в его уходе.
Он подошёл ближе, так что Наташа почувствовала слабый запах его парфюма, смешанный с ароматом мыла. Миша накрыл её руку своей, останавливая хаотичные движения тряпкой.
— Перестань тереть, ты сейчас дырку в дереве проделаешь.