Глава 20
Глава 20
Вторник начался странно.
Я пришла в школу, села за парту, достала учебник. Никита Константинович вошёл в класс, поздоровался, начал урок.
Всё как обычно.
Кроме одного.
Он ни разу на меня не посмотрел.
Сначала я не придала значения. Мало ли — занят, думает о чём-то. Но час шёл, а он даже не взглянул в мою сторону. Не спросил, не вызвал к доске, не ответил, когда я подняла руку.
Будто меня не существовало.
На перемене я спросила у Камелии:
— Ты заметила?
— Что?
— Он на меня не смотрит.
— Может, просто не хочет, чтобы было заметно? — предположила она.
Я кивнула, но внутри закипало беспокойство.
Остальные уроки прошли как в тумане. Я ничего не запоминала — только считала минуты до звонка.
А на последнем уроке, когда я снова подняла руку, он снова меня не заметил. Вызвал другого ученика. Даже не посмотрел в мою сторону.
Когда прозвенел звонок, я собрала вещи и вышла из класса последней. У двери остановилась.
— Никита Константинович, — позвала я тихо.
Он поднял голову от журнала. Посмотрел. Впервые за день.
— Что, Ким?
— Я… — я запнулась. — Ничего. Извините.
Я вышла в коридор и чуть не бегом направилась к выходу.
В машине я молчала. Андрей спросил, что случилось. Я сказала — голова болит. Он не поверил, но не стал допрашивать.
А вечером я лежала на кровати и смотрела в потолок.
«Может, я что-то сделала? Может, он узнал про сочинение? Может, ему кто-то сказал?»
Телефон пиликнул. Сообщение от Камелии: «Ты как?»
Я написала: «Нормально».
Соврала.
Потом позвонил Максим — он был в другой комнате, но почему-то решил позвонить, а не зайти.
— Ты чего грустная? — спросил он.
— Не грустная, — ответила я. — Устала.
— Ложись спать.
— Лягу.
Я положила трубку и закрыла глаза.
Перед глазами стояло его лицо, когда я позвала его у двери. Равнодушное. Холодное.
«Может, я ему всё это время просто казалось? Может, он вообще на меня не смотрит, а я придумываю?»
Я не знала. И от этого было ещё больнее.
На следующее утро я пришла в школу раньше обычного.
Шла по коридору, одна, и вдруг услышала голоса из учительской. Дверь была приоткрыта.
Голос Светланы Юрьевны, нашей литераторши:
— …да, Ким написала очень сильное сочинение. Искреннее. Мне кажется, у девочки сейчас непростой период.
А потом — его голос:
— Я знаю. Я присматриваю.
Я замерла. Сердце пропустило удар.
Он сказал: «Я знаю. Я присматриваю».
Не «я не заметил». Не «мне всё равно».
«Я присматриваю».
Я тихо отошла от двери и пошла в класс.
На уроке он снова на меня не смотрел. Но теперь я не боялась.
Потому что поняла: он делает это специально. Чтобы никто не заметил. Чтобы я была в безопасности.
И внутри стало тепло, как от глотка горячего чая в холодный день.