слепая любовь

Элиас открыл глаза только ближе к полудню. Он не сразу понял где находится. С потолка незнакомой комнаты свисала дешёвая люстра, в воздухе стоял тяжёлый запах алкоголя и перегара.
«У Валери…» — наконец дошло до него, и воспоминания прошлой ночи обрушились обрывками. Он рывком поднялся с кровати. На пути к выходу он заметил, как кто-то спал прямо на полу, кто-то свернулся клубком на кресле, везде валялись банки, пустые бутылки, мусор. Дом был похож на поле боя после вечеринки. Элиас вышел на улицу, поймал такси и молчал всю дорогу, пытаясь собрать воедино хотя бы кусочки ночи. Когда он вставил ключ в замок своей квартиры и открыл дверь, его сразу встретил шум. Сначала, звон разбитой посуды, затем глухой удар, будто что-то тяжёлое полетело в стену. И голос Алекса, сорванный от крика:

— Мразь, блять!

Элиас замер, сердце ухнуло вниз. Он осторожно сделал шаг внутрь, не решаясь сразу идти дальше. С каждой секундой становилось только хуже. Хлопок, звон осколков, и снова тяжёлое дыхание Алекса. На ватных ногах Элиас дошёл до порога кухни. Перед глазами предстал хаос, перевёрнутый круглый стол, осколки тарелок по всему полу, отпечатки ударов на двери.

— Алекс… — тихо выдохнул он.

Алекс резко обернулся. Его глаза горели злостью, а дыхание было сбито, как после драки. Он замер на несколько секунд, лишь глядя в лицо Элиаса, а потом выдавил с кривой усмешкой:

— Малыш пришёл… — в таких словах не было нежности, только издёвка.

— Что происходит, Алекс? — с трудом спросил Элиас.

— Это ты у меня спрашиваешь? — в один миг голос Алекса сорвался, и он рванул вперёд. Рука взметнулась в воздухе и обрушилась по щеке Элиаса звонкой пощёчиной. Элиас пошатнулся от удара, ладонь тут же метнулась к щеке, а глаза наполнились растерянностью и болью.

— Ты охренел?! — сорвался он криком. — Да объясни мне, за что ты меня бьёшь?!

Алекс шагнул ближе, его руки дрожали от злости.

— Как тебе сука, спалось с Валери? Понравилось, да?!

Элиас отшатнулся ещё дальше, уперевшись в стену, и непонимающе замотал головой.

— Что?.. О чём ты вообще говоришь, Алекс?

В голове Алекса мгновенно вспыхнули воспоминания прошлой ночи…

———

Люди смеялись, танцевали, а он только и делал, что искал глазами знакомое лицо.

— Элиас?! — звал он, проталкиваясь сквозь шумных пьяных. Но его нигде не было видно.

Алекс спрашивал у всех подряд, не видели ли его. Наконец, один из парней махнул рукой в сторону лестницы.

— Кажется, он с Валери наверх поднялся.

Эти слова будто ножом резанули. Алекс рванул вверх по ступеням. В груди всё горело от гнева и страха увидеть то, от чего больше всего боится.  Он наугад открыл первую попавшуюся дверь.

И замер.

Перед его глазами Элиас, лежащий на кровати, и Валери. Их губы сливались в поцелуе. Её руки скользили по его торсу, она сидела верхом, а он отвечал на её поцелуй. Внутри Алекса всё оборвалось. Он едва не упал прямо на пороге. Он стоял несколько секунд, оцепенев. Глаза горели слезами, и он заставил себя аккуратно прикрыть дверь, чтобы их не спугнуть. И сразу же развернулся и ушёл прочь по коридору, сжимая кулаки так, что ногти впивались в ладони. Слёзы уже катились по лицу, и он даже не пытался их вытирать.

———

— Я всё видел. — прошептал Алекс, снова вернувшись в настоящее, его голос дрожал. — Я видел, как вы целовались.

— Коть, я… — тихо выдохнул Элиас, пытаясь дотронуться до его руки.

— Блядь, нет! — резко оборвал Алекс, отдёрнувшись. — Не называй меня так больше.

— Алекс, я клянусь тебе, я был пьян, я думал что это ты.. — он заговорил быстрее, почти заикаясь.

— Я?! — Алекс горько усмехнулся. — Серьёзно? Мы что, настолько похожи?

— Между нами не было ничего, кроме тупого поцелуя.

— А, значит поцелуй ничего не значит, да?

— Но я же был не в себе, Алекс, пойми. Прости меня, пожалуйста…

Алекс уже хотел что-то сказать, но взгляд сам упал на шею Элиаса. Он резко шагнул ближе, схватил Элиаса за челюсть и грубо поднял его лицо так, чтобы свет падал на шею. Элиас попытался отстраниться, но Алекс держал крепко. И тут он увидел. Следы. Чёткие, багровые засосы, вчерашние. Не показалось. Не его фантазии. А настоящие чужие следы на шее его любимого. Внутри всё сжалось в комок.

— …сука… — прошептал он, и в этот момент по его щекам потекли слёзы.

Он оттолкнул Элиаса так, что тот ударился плечом о стену.

— Ненавижу тебя.

И, не давая тому времени на реакцию, резко развернулся и вышел. Элиас не пошёл за ним. Даже не сделал шага. Он стоял, прижав ладонь к шее, будто пытаясь стереть эти проклятые следы. Он понимал, никакие оправдания сейчас не спасут. Ни одно слово не вернёт доверие, которое рухнуло в одну секунду. И в груди всё сильнее холодела пустота.

Алекс вышел из квартиры как во сне. По дороге он взял крепкую водку, пару тёмных бутылок вина, и не задумываясь, просто чтобы наполнить ночь чем-то, что притупляет боль. Дорога до дешёвой гостиницы заняла не много времени. На ресепшене дали ключ от комнаты на третьем этаже. Алекс захлопнул дверь и сразу же открыл первую бутылку, делая большой глоток, так будто в жгучей жидкости можно растворить утрату. Часы тянулись. Бутылки опустели одна за другой. С каждым глотком нарастало не только опьянение, но и холодная ясность: ему было невыносимо от мысли, что кто-то мог так легко коснуться того, что он считал своим. «Никто не имеет права трогать мою собственность», мысленно рыкнул он про себя, и эта мысль раздулась. В ту же самую секунду сработала другая мысль, страшнее: Элиас не бежал за ним. Он не стал хватать за рукав, просить, падать на колени, он просто стоял и держал в руках шею с засосами, и это означало, что доверие порвалось. Для Алекса это было предельнее любого удара. Не брошенная фраза, не что-то физическое, а молчаливая готовность принять прощение или оставить. Он осёкся на грани пустоты: «Может, он и вправду сможет отпустить меня так легко?». Но мысль «нет, я не хочу так просто потерять его» всплыла моментально и загудела громче. Он был зависим им. Элиас занимал у него не просто место рядом, а ритм дня, точки опоры, свет, по которому он ориентировался. Он не мог представить утро без этого человека.

Он оказался в ванной, холод плитки под ногами. В зеркале бледное лицо и дрожащая рука. Лезвие лежало на краю раковины, тонкое, будто специально подставленное под его взгляд. Оно отражало тусклый свет лампы и смотрело на него остро, почти насмешливо. Алекс стоял напротив, сжимая кулаки, и ловил себя на том, что слишком долго не отрывает глаз. Мысли путались,  будто это лезвие предлагало простой выход: шаг в сторону боли, чтобы притупить всё остальное. Оно словно шептало: “Ну давай, сделай. Тогда он точно не уйдёт.”

Через некоторое время, когда он сделал то, что и думал только что, он решил просто манипулировать Элиасом. Чтобы тот почувствовал вину, чтобы боялся потерять до ужаса, чтобы просил прощения на коленях. Он аккуратно поднял руку, сделал снимок. Крупный план с этими следами. Просто фотография, говорящая за себя. Под фото он набрал одно короткое сообщение и отправил:

> Приедешь?

Телефон завибрировал через несколько секунд. Строки появились, как будто Элиас только и ждал от него сообщения.

> Блядь, Алекс, не смей.
> Я сейчас приеду, где ты?
> Сука
> Коть, ответь пожалуйста.

Алекс смотрел на экран, дыхание застряло в груди. Он отправил локацию, короткий пин, адрес, и сел на холодный пол, чувствуя и облегчение, и острейшее прокалывание внутри. Он понимал что план сработал. Элиас едет. И это одновременно пугало и утешало, но правда была одна. Сделанный кадр дал последний шанс. Шанс начать игру уже по планам Алекса.

Алекс хотел лишь сыграть, выдавить пару слёз, чтобы вызвать жалость у Элиаса. Но в груди что-то сломалось, и настоящие слёзы сами потекли по щекам. Он не играл, он по-настоящему рыдал, уткнувшись лицом в колени. В этот момент дверь резко распахнулась. Элиас вбежал, сердце колотилось. Он быстро оглядел комнату, уже в отчаянии, и наконец, взгляд наткнулся на фигуру Алекса в углу. На плитке пятна крови.

— Малыш… — сорвалось с губ Элиаса, шёпотом полным боли.

Он бросился к нему и обнял крепко. Алекс всхлипнул и потянулся навстречу с такой силой, что пальцы вцепились в спину Элиаса. Он рыдал громче, давился собственными слезами.

— Я рядом, все хорошо. — тихо повторял Элиас, уткнувшись носом в его волосы. — Прости меня пожалуйста. Я такой идиот, что позволил остаться тебе одному в такой ситуации. Прости пожалуйста..

Он оторвался от объятия на долю секунды, с силой всматриваясь в лицо Элиаса, и слова повалили одно за другим, наигранно тихие, но с той самой режущей ноткой, что ранила сильнее кулака.

— Знаешь… если тебе с ней лучше, — проговорил он и замолчал, будто выбирая каждую фразу, — Я могу не мешать вам. Я просто…

Элиас встрепенул, пальцы сжались в его спине.
— Алекс!

Но Алекс не остановился.
— Если ты хочешь, я могу уйти из твоей жизни, чтобы ты был счастлив. Может, она сделает то, чего не смог я…

Элиас сдавленно рассмеялся, в смехе было и отчаяние, и ярость, и наверное море любви. Он сжал Алекса за плечи и поцеловал в губы.

— Малыш, прекрати. Пожалуйста. Нет и ещё раз нет. Она мне не нужна. Я блядь, тебя люблю, безумно люблю, слышишь? Это было случайно, такого не повторится больше, прости меня.

Алекс снова отстранился, глаза горели слезами и недоверием.
— Обещаешь? — прошипел он.

— Я клянусь тебе, — ответил Элиас, и в голосе не было фальши. — Осознанно я бы не сделал такого. Я был пьян, я не знал что творю. Если бы я мог вернуть время назад..я бы никогда не позволил этому случиться.

Он наклонился и погладил Алексу щёку, пальцы дрожали.
— Я не уйду. Только ты. Только с тобой.

А дальше пауза. В этой паузе Алекс следил за каждым микро-движением Элиаса. За тоном, за взглядом, за тем, как дрожат губы Элиаса. Медленно гнев менялся местами с усталостью и какой-то застывшей надеждой.

— Я не понимаю ещё многое, — прошептал Алекс наконец, — Но я вижу, что ты сейчас говоришь правду.  — добавил он.

Элиас шептал, гладя волосы:
— Я люблю тебя. Я буду делать всё, чтобы ты видел это и не сомневался.

Через несколько минут Элиас, словно очнувшись, вспомнил о руках Алекса. Осторожно взял его ладонь, поднял и посмотрел прямо на неё.

— И что это? — тихо, но жёстко спросил он.

— Ничего, — резко дёрнул руку Алекс.

— Алекс…

— М?

— Зачем ты сделал это? Ты ведь не маленький ребёнок.

— Не маленький, — глухо ответил он. — Но тоже имею эмоции.

— Эмоции это одно. Но так нельзя. Это опасно, и никогда не выход.

Алекс лишь бросил короткое «Ага» и поднялся, уходя в гостиную. Элиас остался на месте, потом поднялся, зашуршал чем-то в ванной и вернулся через пару минут с бинтом и ножницами. Сел рядом с ним на диван.

— В аптечке пусто, ужас какой, — пробурчал он. — Но хоть это лучше, чем ничего.

Когда он протянулся к его рукам, Алекс отдёрнул их.

— Не надо.

— Коть.

— Сказал же, не надо.

— Не спорь со мной, — уже твёрже произнёс Элиас и всё-таки поймал его ладони. Осторожно, аккуратными движениями он начал перевязывать порезы, чтобы Алекс не ходил с открытой раной.

Алекс смотрел куда-то в пустоту, пока вдруг не почувствовал, как на его руки упали тёплые капли. Он поднял взгляд на Элиаса и аккуратно приподнял его лицо. Тот плакал. В глазах стояли слёзы, он до боли прикусывал губу, будто боялся сорваться и разрыдаться в голос.

— Эй… почему ты плачешь?

— Просто… мне жаль, — Элиас судорожно вздохнул. — И больно смотреть на твои руки. Не делай так больше, прошу тебя.

Алекс выдохнул, и сердце болезненно сжалось.

— Котя… — только и смог произнести он, крепко прижимая Элиаса к себе.

Тот успел поставить бинт и ножницы на тумбочку, прежде чем обнять его в ответ. Они сидели так долго, в полной тишине, чувствуя только биение друг друга. Потом Алекс медленно опустился, ложась на диван, и Элиас последовал за ним. Алекс кончиками пальцев стер слёзы с его щёк, склонился и нежно поцеловал в губы. Элиас закрыл глаза, прижался ещё крепче и будто всем телом дал понять, что он никуда его не отпустит.

———

неожиданно правда? после столько времени я выкладываю проду..

если вы подписаны на мой тгк, то должны были знать причину долгого отсутствия, я говорил.

чтобы не пропускать новые зарисовки и полезные материалы/нарезки, подписывайтесь на тгк: lun_amour

p.s. момент с лезвием в целях лишь усилить такую атмосферу, тем более я не стал детально описывать все это. в реальности я не поддерживаю такое и осуждаю. не занимайтесь таким!