больница
вскоре мне сообщили, что я иду на поправку. точнее, для реанимации. говорить я уже могла, хотя запиналась и воздуха мне нужно было в два раза больше. могла спокойно сидеть.
боков стал реже приходить. не потому что не хотел, а потому что в больнице был режим. он находился в палате с 9 утра до 9 вечера, а все остальное время он отдавал работе. пытался иногда порадовать меня. покупал полевые цветы, привозил фрукты и то, что было разрешено, кроме каш и супов.
ради Бокова я старалась стать лучше. когда его не было пыталась встать. получалось? нет, не всегда. иногда, когда везло. ходить точно не могла, но равновесие уже держала. в общем, начинала жить заново. как двухлетний ребенок, только ещё понимая, что я следователь и ненормально, что я восстанавливают уже третью неделю. нет, конечно это нормально, но не для меня.
ещё через два дня я уже ходила по палате.
-боков, ты чего? -спросила я, хромая подходя к нему. Женя смотрел в окно.
-м? нет, ничего... -происходило явно что-то. но я не подала значения.
-так вот... убийца... -боков повернулся, но не ко мне. в палату кто-то зашёл. медсестра улыбнулась.
-уже ходите! -с восторгом сказала она. -ну, тогда завтра выписываем, да?
-да. -сказал боков.
медсестра поставила тарелку и вышла.
-жень, я знаю что-то происходит. что?
-дарь, мне сказали, сказали, что тебе осталось недолго. если ты прямо сейчас не начнёшь лечиться.
-нет, я себя хорошо чувствую. знаешь, иногда и врачи ошибаются. -боков улыбнулся, надеясь, что я сказала правду.
я подошла к окну, взяла сигареты с подоконника.
-стой, стой, стой! а вот сигареты тебе теперь нельзя. -сказал испуганно боков, стараясь забрать пачку из рук. я отпустила. сигареты рассыпались по подоконнику с разводами.
-тогда и ты курить не будешь. -я собрала сигареты и выкинула их демонстративно в мусорку.
-что поделаешь с тобой, Дарья.
боков подошёл сзади, резко развернул осматривая меня. уже нежнее взял повернул голову, чтобы посмотреть на шею. на ней красовался шрам. в знаке рыб. я невольно дернулась и отпрянула.
-прости. -сказал боков убирая руки от лица.
-ничего, просто... жень! -я распахнула широко глаза. то, что я дернулась напомнило мне Дмитрия. -убийца не Злобин!
-убийца был злобиным?
-нет, я так думала. или он... в общем, Дима.
-дима в ростове, успокойся, солнце.
я покачала головой, в глазах потемнело. я пристрастилась на табурет. русые волосы рассыпались по плечам, свет падал и волосы становились более рыжими.
-я потом объясню, как вернусь в отдел. но это может быть Дима или они могли работать сообща. -сказала я. -у Димы есть свободный доступ к наркотикам, к оружию. у Злобина нет, но зачем тогда Ване отходить? я видела его краем глаза, он подходил и улыбался. он мог напасть, но сделал это все Дмитрий.
боков почесал щетину.
-может, но вряд-ли они вообще знакомы. -сказал боков.
-а вот тут вообще нихуя. Дмитрий и познакомил меня со злобиным, и сделал все так, чтобы мы поступили в один университет. к тому же, злобин всегда следил за мной, а они двоюродные братья.
-санта Барбара какая-то. не сходится ниче. ладно, посмотрим. и Диму этого, и Ваню.
боков старался быть как никогда спокойным, но получалось это не всегда. иногда он злился на самого себя, на других. иногда просто нервничал.
-так что случилось? тебе что-то сказали? -я подняла наконец взгляд. боков остолбенел.
-м.. сказали, что... -он выдержал паузу, не специально, видно, что проглатывая ком в горле. -если ты не поправишься, будет сильная ломка и тебе придется делать кислородную маску, то тогда. -он снова замолчал, понятно, что слёзы накатывались и он пытался их сглотнуть.
-тогда? -спросила я.
-тогда тебе осталось недолго. -боков повернулся к окну, достав откуда-то пачку сигарет выкуривая ее с фильтром.
я остолбенела от такого ответа, но чувствовала себя очень хорошо. Женю было не обрадовать этим, он думал, что я специально ему вру, чтобы он успокоился.
-у меня, -начал он. -девушка была, ну как девушка, подруга. жили вместе, но ничего больше не успело случиться. умная, маруськой звать. она скончалась от рака. не знаю, может онкология. тоже говорила, что хорошо всё, но пока не пошла сильная стадия. я надеюсь, что ты поправишься. надеюсь, что вы с ней различается судьбой.
боков повернулся.
-она была для меня всей жизнью, но когда она умерла я перестал чувствовать себя живым. это было единственное ради чего я живу, это было как должное. если умрёшь ты, то я окончательно погибну. я вижу в ней тебя. ты точная ее копия, только ты дала мне понять что такое жизнь.
в палату зашёл санитар. боков спрятал сигареты за спиной, хотя дым было видно.
-мужчина, уже закончилось время. режим. девять часов десять минут. -сказал мужчина, занося поднос с едой.
боков обнял меня и вышел.
я осталась наедине с черным хлебом, киселем и пюре с котлетами. я съела черный хлеб и выпила кисель, оставив невкусное горячее.
наутро Бокова не было. было не странно, он позвонил мне и сказал что приедет к двенадцати, а время только девять. в палату зашла женщина. видимо, администратор.
-доброе утро, Дарья Григорьевна. вас выписывают, по вашему состоянию мы видим, что вы уже восстановились, но даём больничный на неделю. молодой человек обещал подъезать за вами к двенадцати. вещи он забрал.
я с облегчением вздохнула. скинула с себя больничное платье, которое уже провоняло, натянула обычные джинсы и темную кофту.
боков как и обещал приехал ко времени. забрал меня. мы заехали в аптеку и купили ингалятор. мне сказали подышать на всякий случай. мази, таблетки и прочая фигня. дали лист с лечебной диетой и тренировки на дыхание.
женя приходил уставший с работы. я так скучала по нему, по маленькой квартире, по отделу, что засыпала с женей в обнимку так, будто в первый или в последний раз.
боков следил, чтобы я точно при нем ещё раз сделала дыхательную разминку и использовала ингалятор. я следила, чтобы он не забывал есть, потому что приезжал очень поздно и сразу падал на кровать.
так мы жили неделю, пока я не вышла на работу.