8.
Когда Анабель ушла за качалкой, привязав меня к столбу, я немного испугался одиночества, так захотелось кого-нибудь найти хотя бы взглядом.
Через несколько минут появилась девушка, таща за собой легкую качалку, с ремнями. Я тут же опешил и взбудоражился, захрапел и бросился в сторону от непонятного объекта. Но трензель во рту и повод сделали мне больно, поэтому я приструнился и лишь изредка дергался.
Анабель ощетенилась и дернула меня за повод, оставив качалку недалеко от столба.
- Ты чего себя так грубо ведешь? Ведь ты же спокойный был! - Девушка явно нервничала и я это чувствовал по ее скованности в движениях и частом дыхании. Но не прекращал бояться этой огромной штуковины.
- Девушка! Вы с ума сошли?! - Появился с воплями Кенни, который шел с моим старым, ободранным недоуздком.
Да, этот недоуздок был у меня с самого рождения, лошади отлично узнают свою амуницию, поэтому я с первого взгляда нашел в нем что-то родное и любимое. Но левый глаз закровился и я фыркнул от боли, вытянув голову на лебединой шее вверх.
- Отвяжите повод! Отвяжите! - Уже бежал Кенни ко мне, а Анабель беспомощно стояла на мягком грунте шикарного манежа, наблюдая за моими мучениями.
Долгие минуты миновали и мой глаз был прижжен холодным раствором спиртовки. Хорварда я еще не видел по близости, но чувствовал его присутствие. Беркли стоял рядом и держал меня за чембур, пока ветеринар осматривал глаз и слегка прижимал ватный диск со спиртом.
- Ты, Анабель, о чем думала, когда натаскивала на него качалку?? Это молодой жеребец, ему морально еще нельзя... - Говорил Кенни с видом образованного рысачника.
Анабель тупо потупилась в пол и повела плечами, глубоко вздохнув.
Из-за угла появился... Хорвард! Я сразу узнал собранную, твердую, но в тоже время расплавленную и заваленную. Приободрившись и подняв голову высоко, я радостно захрапел, а затем раздался долгий, протяжный ржач, который побудил многих моих сородичей заржать вместе со мной.
- Ты узнал меня, слепыш? - Спросил хозяин и ласково погладил по гладкой, караковой морде с рыжим храпом. - Твой глаз выглядит лучше, тебя лечили, верно?
- Да, мы прижигали... - Вставила слова Анабель и указала на ватный кровавый диск в руках Кенни.
- Он может видеть силуэты? - Спросил мой коренастый хозяин, своими пухлыми от доедания губами, все еще придерживаясь за красный недоуздок, будто боясь упасть.
- Не такой пугливый как раньше... - Снова взбрыкнула белобрысая девка.
Тут воцарила тишина, меня поражали добрые глаза Хорварда, когда он оглядывал мое бельмо.
Через несколько часов я уже покоился в своем бывалом деннике, мирно пожевывая отпаренное сено и тщательно оглядываясь. В проходе появился человек. Все лошади вскинули головы и заржали.
Этот мужчина, довольно маленького роста, средней толщины, но видно, что очень опытный. Его мягкие руки скользили по моей лоснящейся шерсти, застегивая уздечку.
- Познакомишь его с качалкой? - Спросил конюх Филлип, выглядывая из угла денника, покуривая очередную сигару.
- Угу, - буркнул тренер, продолжив копошиться с нащечным ремнем.
Я стоял спокойно, чуть приподняв голову и хвост, наблюдая за двумя мужчинами.
А теперь я расскажу вам как выглядит моя конюшня, так как ее вам придется видеть часто и представлять.
Сверхдлинная конюшня, которая лабиринтом простиралась по всей территории. Красивый, украшенные узорами денники, очень просторные. А еще здесь есть огромный амуничник с рысачьей сбруей и множеством качалок.
Вернемся.
Меня вывели на улицу, летнее солнце припекало гнедую шерсть, а теплый, южный ветер согревал внутренности и левый глаз.
Я с осторожностью наступал на асфальтированную землю, ведь мои копыта были слегка раздробленны, а суставы визжали от невыносимой боли.
Мужчина, что вел меня, то и дело поглядывал на мои ноги, дабы убедиться, что я не грохнулся еще за 10 метров. Мы пришли к мягкому песочку, где меня ждала призовая легкая качалка, к виду которой я давно привык.
- Что-то с ногами, - строго произнес мистер Хорвард, дажидаясь моей остановки.
- Согласен, будем лечить. - Виновато отрезал конюх и грубо бросил хитрый взгляд на копыта. Я сразу понял, что этот человек любит делать все только по словам шефа, для него шеф - это Бог.
- Давай запрягай, чего встал? - Нервно, но тихо скомандывал хозяин, бездушно куря попиросу в стороне. На меня напялили рысачью сбрую, я не противился, ведь привык ко всяческим прикосновениям к моему телу, в голове закрутился Том и то, как осторожно он одевал седло, чистил...
В сознание меня вернул Хорвард, который яростно подошел к конюху и одной рукой, так как во второй у него была сигара, подправил сбрую.
- Вообще уже?! Даже это разучился делать, позови Филиппа! - Приказал нервный хозяин, а когда конюх убежал за помощником, тот крикнул в след , - Лошадь то привяжи, бестолочь!!
После нескольких долгих часов, на меня вгрузили эту махину, сделав пару шагов, мне не понравилось, что с зади меня что-то волочится, я стал брыкаться, при чем так сильно, ибо стоящий спереди Хорвард вдруг прикрыл рот ладонью и странно за ворчал.
В общем, мне не очень то понравилась затея с качалкой, поэтому всякий раз, когда на меня ее надевали я выдавал огромных козлов и жутко бузил. Как говорил хозяин, я хлоднокровный убийца качалок, так как сломал не одну...