Скандальный альянс

Я не понимаю, что происходит. Крики людей в супермаркете. Моя сковородка-спасительница, которая должна была меня уберечь от маньяка, валяется далеко и не прискачет, чтобы помочь. И куча битого стекла вокруг. Я не могу дышать. Моя сумка тоже валяется где-то на земле, а в ней телефон. Всё тело ноет от удара. Я не в силах даже пошевелиться.

Меня резко приподнимают, и тошнота появляется в горле. Сейчас вырвет. Я пищу, когда меня грубо разворачивают и прижимают к другому столбу. Моих щёк касаются тёплые ладони. Моргая, смотрю полным паники взглядом в чёрные глаза, полные ярости. О-о-о, да, я знаю и эти глаза, и их владельца.

— Дерик? — шепчу я.

— Какая к чёрту сковородка, Джина? — шипит он, ощупывая моё тело.

— Я... что... почему... — Перевожу взгляд на осколки и на двери, которых уже нет. То есть как нет. Они есть, но разбиты.

Раздаётся визг шин. Куча людей, окружающих нас. Все в чёрных костюмах, как спецназ. Чёртов спецназ! Только сейчас вижу, что Дерик в таком же виде. На нём бронежилет. Какого чёрта? Зомби?

— Мы его взяли, сэр. Он у нас. — Различаю голос Калеба. Он приподнимает защитную маску.

— Хороший улов, леди Реджина, не так ли? С вами точно не соскучишься. Вы мой Санта, исполнивший мечту поучаствовать в чём-то подобном, — он улыбается мне.

Кажется, я сейчас упаду. Медленно скатываюсь по столбу вниз, но руки Дерика придерживают меня.

— Проверь позиции. Мы должны уехать отсюда, и надо замять всё здесь. Мы вылетаем в Альору немедленно, — бросает Дерик, хватая меня за талию. Я хочу поднять руку, но её бьёт от боли, рвущейся изнутри.

Издаю стон и хнычу.

— Что? Что такое?

— Локоть... я не могу... больно, — шепчу я.

— Чёрт. Машину скорей и в госпиталь. Немедленно. Самолёт пусть будет в состоянии готовности. Как только поймём, что с ней, улетаем. Нам не нужны проблемы в Америке.

— Нет, я...

— Джина, закрой рот. Ещё раз попробуешь защищаться сковородкой, я тебя ей же и отлуплю. Сковородка, Джина! Какого чёрта? За тобой охотится киллер, а ты стоишь одна, на открытой местности и с грёбаной сковородкой! Дура!

Приоткрываю рот, чтобы накричать на него за оскорбления, но боль снова стреляет в локте.

— Киллер? Что происходит? Почему ты здесь? Я звонила тебе! — возмущаясь, пихаю его другой рукой, но так слабо, что он даже не чувствует это.

— Это уже не важно. Машина на месте, поехали...

— Но я... я не могу... меня ждут...

Дерик специально касается ушибленного локтя, причиняя мне невыносимую боль, от которой я выгибаюсь, и перед глазами мелькают чёрные точки. Ноги сразу же подкашиваются, и я заваливаюсь на него.

— Так-то лучше. — Он подхватывает меня на руки и несёт, продолжая давить на руку. Я, кажется, отключаюсь от боли. Скулю и прижимаюсь к нему. Не могу иначе. Мне снова так холодно... трясёт.

— Всё, всё хорошо. Дай я посмотрю. — В машине Дерик ощупывает мою руку, из глаз от боли брызжут слёзы.

— Как минимум сильный ушиб, максимум — перелом. Ты не могла сгруппироваться?

— Что? Да пошёл ты... ненавижу тебя... Боже, как я ненавижу тебя... — шепчу, заваливаясь набок от слабости.

— Надо же, не думал, что буду рад таким признаниям от тебя, Джина.

— Заткнись, Дерик. Закрой... свой... грязный... чёртов... пасть... я прикончу... тебя...

— Да ты злишься. И по этим эмоциям я тоже скучал, Джина. Я сообщу твоим родственникам, что ты немного помята. Снова.

Я падаю в темноту так же быстро, как и закрываются глаза. Ничего не чувствую, кроме ужаса и паники. До меня доносятся громкие разговоры. На лицо надевают маску, и так ярко становится вокруг. Ну нет, не снова. Не надо... не хочу...

Меня куда-то везут, но я ищу рукой... ищу... шарю ей... что-то ищу и нахожу. Тёплую ладонь. Немного шероховатую. Грубую. Родную. Дерик. Но она исчезает. Мне снова что-то ярко светит в глаза, выгибаюсь. Хочу сказать, чтобы отвалили от меня. Меня ослепляет. Боль снова прокатывается по телу, а затем всё стихает.

— Нет! — выкрикивая, распахиваю глаза и сажусь на больничной койке.

— Тише, это кошмар. Тебе дали успокоительное, пока не придут анализы крови. Ты немного поспала, пока тебя осмотрели, переодели и взяли кровь на анализы. — Дерик надавливает мне на плечо, и я ложусь обратно, тяжело дыша.

— Это ты... ты здесь... мы в Америке? — непонимающе бормочу я.

Он в чёрном костюме. Без бронежилета. С напряжённым лицом. Кивает мне. Подносит воду к губам, и я отпиваю немного.

— Что с рукой? — Бросаю взгляд на перебинтованный локоть.

— Без анализов они не могут ничего сделать. По предварительным данным, сильный ушиб, но нужно убедиться в этом. Сотрясения нет. Я вовремя подставил руку. Сковородка? Серьёзно, Джина? До сих пор в шоке от твоего странного выбора, — говорит, буравя меня недовольным взглядом, и садится на койку.

— А что? Это всё, что я смогла придумать, находясь в супермаркете?

— Там ещё и ножи продаются, Джина. Это оружие намного лучше, чем сковородка.

— Это холодное оружие, и меня могут посадить. Я разумна.

Он бросает на меня скептический взгляд.

— Так, обсудим выбор оружия позже. Что снова происходит, Дерик? Ты сказал, что это был киллер. Почему? Что я ему сделала? Или кому я что-то сделала, раз на меня натравили киллера? — устало шепчу я.

— Долгая история.

— Я слушаю. Ты не отвечал на мои звонки.

— Я был здесь, логично, что мой альорский номер отключён.

— Тогда как мне нужно было связаться с тобой, если ты не отвечаешь на звонки? Отличный из тебя спаситель, — фыркаю я.

Дерик шумно вздыхает и качает головой.

— Я прилетел утром.

— То есть ты здесь целый день и только сейчас появился? Да ты просто жестокий мучитель.

— У меня были причины. К тебе приходил мой человек. Я послал его, чтобы узнать, что на самом деле случилось на дороге.

— Твой?

— Да. Рядом с тобой всегда есть мои люди, которые в любой момент выполнят все мои требования. Они начали следить за тобой со вчерашнего дня, пока я готовил операцию.

— Та-а-ак. С этого места поподробней. В каком дерьме мы снова оказались?

Он поджимает губы, и я понимаю, что зря это сказала. Дерик и так всегда чувствовал себя виноватым, а теперь ещё и это.

— Прости, я просто... напугана и хочу знать правду. — Тянусь к нему свободной рукой, но он немного отодвигается. Потрясающе!

— Сабина позвонила Герману два дня назад и сказала, что слышала разговор своего отца про какую-то аварию в Америке. Он был зол, что наглая проходимка не погибла. Сабина испугалась и попросила Германа проверить тебя. Он передал всё мне. Далее, я связался с ней, когда получил сведения, подтверждающие факт аварии. Сабина рассказала, что, значит на тебя поступил заказ — убрать немедленно. Мы с Сабиной официально расстались. Это была её инициатива. Она сообщила мне это из дома, оставшись там, чтобы подумать. Также она рассказала отцу, что между нами с ней ничего нет и не будет. Видимо, ему это не понравилось. Он искал причину и нашёл её в твоём лице. Ни для кого не секрет, что ты была в Альоре совсем недавно. Мне нужен был повод. То есть реальная угроза моей жизни, чтобы вывести это на тот уровень, где у меня есть власть. Мне пришлось выжидать момент, когда киллер найдёт свою жертву и будет готов стрелять. Тебе свистнул Калеб, чтобы ты, как-то отреагировав, двинулась с места, и вот тогда киллер начал работу. Он выстрелил тремя пулями. Одна попала в меня, две — в стеклянные двери. Его взяли. Я посоветовал Сабине немедленно возвращаться в Альору и дожидаться там меня. Данис тоже с ней. У него есть доказательства, но слабые, о причастности их отца к твоим проблемам. Поэтому сейчас они оба находятся под защитой Альоры.

Дерик замолкает, а я так и сижу с приоткрытым ртом. Я не сумасшедшая. Меня, правда, хотели убить. Я не сумасшедшая! Так, стоп!

— Ты выжидал момент, пока в меня будут стрелять? Ты совсем рехнулся? — возмущаясь, повышаю голос.

— Мне нужны были доказательства. Прямые доказательства угрозы моей жизни. На твою никто не посмотрит, а если закажут меня, то это уже дело, которое требует немедленного вмешательства. Это крайне сложная операция, и я рассчитал всё. Я подготовлен...

— Тебя ранили! Дерик! Ты ранен? — выкрикиваю испуганно.

— Я был в бронежилете. Нет, я не ранен. Но спасибо, что ты всё же вспомнила обо мне, — ехидно кривится он.

— Боже, да прекрати уже! Ты меня мишенью сделал!

— Ты сама себя ей сделала! На кой чёрт ты, вообще, не позвонила мне, как только произошла авария? Ты обещала и обманула меня! Как я могу тебе верить после этого? — кричит он. Поднимается с кушетки и обхватывает свою голову руками.

— Я не могу оставить тебя в Америке, Джина. Ты летишь со мной в Альору, пока я не накажу того, кто тебя заказал. Поняла меня?

— Нет. Я остаюсь здесь. Всё именно из-за Альоры! Если бы вы с Германом не подстроили всё, то я была бы сейчас замужем и, вероятно, беременна от Питера! А вы сломали мою жизнь! Я всё знаю! Не отнекивайся! Вы угрожали Питеру, Герман был здесь, на моей чёртовой несостоявшейся свадьбе! Он подстроил всё с твоей подачи! Это ты мне лгал, а я не я тебе! — задыхаюсь от крика и тяжело дышу.

— Что ты несёшь?

— Не прикидывайся идиотом, Дерик. Питер мне всё рассказал. И про то, как некто позвонил ему и потребовал организовать свадебное путешествие в Альору, как и забронировать номер в отеле Эльмы. И про то, что ему потом снова писали с требованием отменить свадьбу. А затем, вообще, Герман лично наставил на него пистолет и обещал превратить свадьбу в кровавое побоище. Так что не нужно мне снова врать. Я помню всё. И то, как ты обвинял меня в шпионаже, прекрасно при этом зная, кто я такая. Я умалчиваю о том многом, о чём ты не сказал или врал мне. Поэтому я имею право послать тебя к чёрту вместе с твоей Альорой. Вы все мне поперёк горла. — Дёргаю больной рукой и издаю стон. Можно мне бутылку водки, чтобы не мучиться?

— Джина, я бы не занимался такой ерундой, и если это сделал Герман, то спрошу с него. Я только знал, что ты должна была приехать с мужем. Всё. Но ты приехала одна, и я защищал корону...

— Которая теперь практически у тебя на голове. Не жмёт? — ядовито шиплю.

— Ты невозможна! Я повторяю, что непричастен к этому! Я, как идиот, рисковал жизнью...

— О-о-о, тебе напомнить, что я получила сотрясение, меня опоили, затем я чуть не погибла в реке, а потом, вообще, получила пулю? Хочешь ещё? Окей! Твой больной на всю голову друг и кузен решили, что будет очень весело изводить меня, манипулируя твоей жизнью! Один заставил меня поехать к чёрту на кулички и потерять смысл жизни, как и работу, а другой лишил меня мужа и вероятной семьи! Тебе мало? Я могу добавить! Отец-психопат твоей грёбаной любовницы решает прикончить меня, потому что я мешаю вашему милому альянсу! Да пошёл бы ты на хрен со своими рисками! Ты...

Мою гневную, полную боли и страданий речь, прерывает звук распахнувшейся двери.

— Редж!

— Боже мой! Милая!

В палату залетают Мег и Инга. Они с ужасом смотрят на меня, затем обнимают, отчего я снова стону.

— Не надо... не трогайте меня, — рычу и кладу больную руку на кушетку.

— Что случилось?

— Мне позвонил какой-то мужик и сказал, что ты в госпитале!

— Предполагаю, что этим мужиком был сам кронпринц Альоры. Вот он, — язвительно говорю и бросаю красноречивый взгляд на Дерика, стоящего неподалёку от девушек.

Они обе оборачиваются и охают.

— Мег, Инга, представляю вам Фредерика Альорского, который стал причиной всех моих бед и который сваливает отсюда. Навсегда и прямо сейчас, потому что я видеть его не хочу, — шиплю.

— Нет. Ты выслушаешь меня, Джина. Добрый вечер, девушки, — Дерик быстро кивает им, натягивая улыбку, но потом вновь смотрит на меня волком.

— О Господи, я бы тоже свихнулась ради него, — Инга расплывается в улыбке.

— Ваше Высочество, а брата у Вас нет?

Дерик так красноречиво смотрит на них, что они сразу же замолкают.

— Ты, чёртова американка, будешь делать теперь то, что скажу я. Ты считаешь, что я счастлив решать твои проблемы? Я жалею о том, что моему члену слишком хорошо в тебе, чтобы разумно думать! Жалею о том, что ты вернулась в мою страну и перевернула её вверх дном! Ты моя проблема, и я буду решать её! Ты летишь со мной в Альору и будешь под моим пристальным контролем...

— Да ни черта.

— Я устал от тебя. Я устал от того, что мне нужно разрываться на две страны и волноваться о твоей жалкой жизни! Она мне не нужна! Ты мне не нужна! Я собираюсь жениться! Можешь прихватить своего Питера, и я устрою вам обоим счастливую жизнь! Но ты будешь рядом со мной! Я сделаю так, чтобы все увидели — между нами никогда ничего не было и не будет! Каждый совершает ошибки. Ты моя ошибка, за которую я расплачиваюсь своим временем, вместо того, чтобы улучшать жизнь своего народа! Ты едешь в Альору! И пока каждый не увидит, как ты счастлива со своим Питером... Да я вам такую свадьбу организую, что весь мир будет на ушах стоять! Ты этого хочешь? Без проблем! Твой слизняк будет с тобой, а ты — при мне! Уяснила, Джина? — Рычит он, стоя уже вплотную ко мне, а мои чёртовы защитницы предусмотрительно отошли в сторону.

— Да пошёл ты. Чтоб у тебя никогда ничего не встало на твою Сабину, проходимец! Ты сначала разберись со всеми проблемами в стране, а потом уже думай о своём члене!

— Я могу делать это одновременно! И раз твой Питер вернулся, то скатертью вам обоим дорога в ад!

— В ад? То есть к тебе? Ты и есть чёртов ад, Фредерик! Я жалею о том, что встретила тебя! Ты псих, и таких же вокруг себя собрал! Германа я лично за яйца подвешу!

— Я сделаю это первым!

— Я это сделаю! Он мою жизнь испоганил! Из-за тебя! Ты ему что-то наплёл, раз он разузнал всё обо мне и решился на такое! Следил за мной, как и ты! Психи, вот ваше определение! Никто не может улыбаться всю свою жизнь! Альорцы — психи! А ты их предводитель! Адское дитя! — Хватаю подушку свободной рукой и изо всех сил бью его по лицу.

— Ненавижу тебя! Ненавижу тебя! Я подыхаю здесь без тебя, а ты, скотина, жениться решил! Я тебя убью! Ненавижу тебя! Вали к своей Сабине в свою Альору! Я мишень для тебя! Ты даже не подумал, как мне страшно! — визжу, лупя уже воздух подушкой, а потом так больно становится.

Всё стихает. Меня трясёт. Рыдания вырываются из груди.

— Ни хрена ж себе моя сестрёнка даёт, — шепчет Инга.

— Надо было попкорн захватить. Так интересно. У неё, оказывается, есть эмоции, нужен был только подходящий мужчина. Волкодав...

— Закрыли рты. Все, — рычит на них Дерик.

А я не могу успокоиться. Всё, что я пережила за последнее время, выливается в долгий и протяжный скулёж.

Дерик обхватывает меня за плечи, но я дёргаюсь. Снова и снова. Он крепче прижимает меня к себе, и я цепляюсь за его пиджак.

— Ненавижу тебя... ненавижу так...

— Знаю, я себя тоже ненавижу. Прости меня. Я очень зол. Я боюсь за тебя, Джина. Не могу позволить, чтобы с тобой что-то случилось. Прости, Джина...

Дверь снова открывается. Хлюпаю носом и поворачиваю голову к миловидной женщине.

— Мисс Хэйл, вам нужно успокоиться. Вы в полном порядке, — улыбаясь, она подходит к нам. Дерик отпускает меня. Вытираю покрывалом нос.

— Вы сделаете хотя бы что-то? Сколько нам ещё ждать? Ей больно, — зло говорит Дерик.

— Ох, с этим небольшая проблема.

— Какая может быть проблема в обычном рентгене? — возмущается Дерик.

— Мисс Хэйл, когда вы в последний раз сдавали анализы? — обращается она ко мне.

— Я... не помню, год назад. Наверное... не знаю.

— Восемь месяцев назад.

Бросаю на Ингу удивлённый взгляд.

— Что? Я забирала тебя из госпиталя, потому что ты была голодной и злой, а я не пьяной. Я это помню, — она пожимает плечами.

— Не важно. Что не так? Результаты пришли? Вы будете что-то делать с её рукой? — вставляет Дерик.

— К сожалению, мы не можем подвергать такой опасности вас, мисс Хэйл.

— Что? Я больна? Я умираю? — испуганно шепчу.

— Нет, вы здоровы. Дело в том, что вы беременны, мисс Хэйл. По результатам анализа крови срок чуть больше двух месяцев.

Да вы издеваетесь!