Связана

Адель кинула последний взгляд на зеркало и повернулась к Шэмилю. Кивнув головой, она взяла его за руку и позволила увести себя вниз,  к остальным. 

– Ты готова?  – спросил Левиафан. Адель кивнула.  Затем демон выразительно строго посмотрел на Райко,  но тот с улыбкой повторил жест демонессы. – Ну, тогда закрываем глаза. 

Майя прижалась к Самуэлю,  крепко обняв Айриш; Шэмиль притянул к себе Адель, а Леви незаметно взял за руку Райко. 

За доли секунды они оказались в темной Преисподней.

– Идем,  нас ждут, – коротко кинул Самуэль. 

Адель старалась не смотреть по сторонам,  старалась не замечать любопытных взглядов демонов. Ей не было комфортно в этом мире, она была демоном, но не принадлежала миру, в котором должна жить. Её мысли вдруг вернулись к матери четверых братьев.

Кем была Ксана Вудшир? Видимо, об этом никто не знает. Даже сам король, потому что он удивленно поднял брови вверх, как только Левиафан рассказал ему о цели визита семьи в Преисподнюю. Оркс ласково улыбнулся Адель и вновь посмотрел на сына, а когда тот закончил говорить, задумчиво потер подбородок.

– Все это... Странно. Я, конечно знал, что Ксана была увлечена подобными вещами, но никогда не думал, что она и после смерти будет продолжать бродить в мире людей, – мужчина вздохнул.

– Отец, если ребенок не будет питаться, то и Адель, и её ребенок погибнут. Ему нужны души, – произнес Самуэль.

– Возможно, как только Адель удастся родить двух здоровых малышей, то заклятие точно будет разрушено, – предположил Леви. Он старался убедить отца в необходимости действовать срочно и безотлагательно, но тот все думал и думал...

– Я понимаю, что вы спешите, но, поймите, заблудшим в грехе душам ведется счет. Их тела все еще живы, и ангелы тщательно стараются их освободить из наших оков. Если я отдам вам несколько душ, не предупредив об этом Верха, то баланс нарушится, а последствия будут необратимы.

– Ну, так в чем проблема?

– Проблема в том, что ангелы слишком правильны. Если бы кто-нибудь из их народа оказался в таком же положении, как Адель, они бы плевать на это хотели. Главное – выполнить план по спасению душ, а то, что на свет может не появиться ни в чем неповинный ребенок, для них не имеет никакого значения. А тут еще и дитя демона. Я не могу просто так взять и заявиться к ним с правдой! – ответил Оркс, переходя с каждым предложением на повышенные тона.

Адель подошла к нему под взгляды демонов и взяла за руку, а затем заглянула в глаза. Она почувствовала страх, бегущий по его венам, отчаяние, и потому улыбнулась.

– Все в порядке. Иногда именно ожидание приносит большие плоды, нежели действие. Чем мы можем помочь?

В груди повелителя что-то дрогнуло. Он не мог смотреть на эту девушку без нежности и отцовской любви. Его мощная рука водрузилась на бледную щеку демонессы и погладила бархатную кожу.

– Ну почему? Почему ты рождена демоном? Ты же ангел, в самой его плоти, – шепотом спросил он.

– Не знаю, – честно ответила Адель. – Но, раз рождена, значит, на это есть свои причины.

Оркс вздохнул и обнял демонессу, а затем обратился к своим сыновьям, Майе и Айриш.

– Вы останетесь здесь. Покои вам подготовят. Я постараюсь подняться на Верха и поговорить с их Властелином.

– Властелином? – поморщился Райко. – Сколько пафоса!

– Тише, малыш, все хорошо, – шепотом произнес Леви ему на ухо и слегка прикусил нежную кожу. Райко возмущенно пискнул, но все-таки замолчал. Оркс улыбнулся, глядя на них.

– Да, Властелином. Венера очень строгая... женщина. А её муж, Энгельс, и того хуже. Говорят, что демоны самые жестокие существа. Как же они ошибаются, – усмехнулся Оркс. – Наверное, вам стоит осмотреть родной дворец, а я пока отправлю на Верх кого-нибудь.

– Да, отец, – ответил за всех Левиафан. Райко постоянно шел рядом и улыбался, что вызывало некие подозрения у остальных демонов, но они тактично молчали.

Адель ни на шаг не отставала от мужа, крепко держа его за руку. Что-то внутри заставляло боязливо сжиматься сердце, а тело дрожало от какого-то беспокойства. Шамиль заметил это и, как только они оказались в его бывшей спальне, усадил демонессу, а сам устроился на полу у ее ног.

– Ну, что с тобой? – спросил он и ласково погладил белую тонкую ручку, на которой поблескивало обручальное кольцо.

Адель не знала, что сказать, по её рукам поползли морозное узоры. Это было всегда, когда она погружалась слишком глубоко в себя.

Ей снова было ведение. Какое-то странное, нереально реальное... И этот холод, что сковывает все тело прямо до кончиков пальцев, и зазывной шепот на непонятном языке... Она лежала в ночной темноте, прямо под светом белой полной луны, на тонком льду. Пустым взглядом она смотрела прямо на белоснежный сияющий диск и пыталась дотянуться до него рукой, но что-то внезапно заставило закрыть глаза, а когда ресницы снова распахнулись, Адель увидела перед собой Шэмиля, неотрывно смотрящего на нее.

– Что ты видела?

Демонесса схватилась рукой за голову и покачала ею. Она ничего не помнила.

– Не знаю... Ничего плохого не было, не было вообще ничего. Словно... Какое-то странное спокойствие и... Вроде бы... Голоса... Но я... Не помню... Может, показалось...

Шэмиль удивленно посмотрел в растерянные глаза демонессы. Адель никогда не забывала своих снов. Помнила с точностью и до мелочей. Могла воспроизвести увиденное в любую минуту и без запинки рассказать.

– Это странно, может, нам стоит сказать Левиафану? – предложил Шэмиль, но Адель отрицательно покачала головой.

– Не думаю, что это хорошая идея. Сами справимся. Тем более, что лед в сердце твоего брата только-только начал таять, не стоит ему мешать, – широко улыбнувшись, сказала Адель, вспомнив, как вел себя Райко рядом со старшим братом.

– Ты права. Я, конечно, знал, что это когда-нибудь случится, но не знал, что именно с ними! – демон всплеснул руками. – Я даже не знаю, как к этому относиться.

– Это любовь, Шэмиль. Такая же любовь, как у нас с тобой, как у Самуэля с Майей, как у Ксаны с Орксом. И мы с тобой не имеем никакого права осуждать или обсуждать правильность этой любви, потому что она не наша. Понимаешь? У любви вообще нет правил. Помнишь, как мы разделили с тобой ту порцию горячего шоколада в библиотеке? – Адель слегка захихикала, а Шэмиль улыбнулся. Он был очарован этим звуком. Самыми прелестными нотками в её голосе. В её звонком смехе.

– Конечно, помню. Как такое можно забыть? – ответил он ей и по обыкновению положил свою голову на её колени. Так спокойно...

– Расчешешь мои волосы попозже? – попросила демонесса. Шэмиль взял несколько длинных синих прядей в руки и бережно провел по длине, а затем вдохнул запах морозной свежести.

– Не отстригай их так часто. Пожалуйста.

Адель нежно погладила белоснежные пряди супруга и поцеловала его в макушку. Она в который раз благодарил судьбу за то, что именно Шэмиль понял её, что именно он стал тем, с кем она связана на всю свою жизнь.

– Хорошо. Я обещаю. Ну, так расчешешь или нет? – капризно заканючила Адель. Шэмиль звонко расхохотался. Она была такой милой, как ребенок. Ну, как тут отказать? Тем более, пока отец занят, они могли отдохнуть. А полноценный отдых они получали только от общества друг друга.

Поэтому вскоре Адель сидела на коленях у камина, а Шэмиль расчесывал ее волосы, любуясь задумчивым взглядом возлюбленной, который был направлен на танцующие языки пламени. Внезапно она сказала:

– Наши дети тоже будут сидеть у камина, и мы. Мы будем семьей.

Шэмиль замер. Он отложил гребень и сел с ней рядом, притянул к себе и пообещал:

– Да, так и будет. Я сделаю все, чтобы так и было.

Оба улыбались, и оба были счастливы в эти короткие минуты тишины. А как же иначе? А иначе и быть не может.