Глубокая рана
Алёша, Валентос и Степачетто вальяжно раскинулись на огромном, видавшем виды, потрепанном советском диване. Валентос думал о завтрашнем зачёте по истории, Алёша размышлял на тему следующей стрелки с Пирогом, а Степачетто просто крутил в руках нокию. Все ждали одного - прихода Валентины.
Внезапно после очередного круга нокии вокруг руки гопника, она зазвенела. Степачетто задолбил по кнопкам.
- Посаны, расходимся, - объявил Степачетто, держа телефон в руках, - сеструха эсэмэснула по мобиле тип туды-суды я, значит, зависла у своей подруги, у нее ептыбля и переконтуюсь до утра, тип потом до ботанического сада идти ближе, епта.
Валентин посмотрел на включенный экран свежеотжатой нокии и увидел в нём текст, который он, по неопытности в гопкультуре, никак не мог сопоставить с сообщением, пересказанным Степачетто: "Стёпочка, сегодня не смогу прийти домой, переночую у Тамары, которая живёт возле моего университета, утром как раз идти долго не придётся."
- А с чего ты взял, что она пойдёт в ботанический сад? - спросил Валентос.
- Бля буду, Валентос, шутки такие не шути, на ботана бачаришь, - предупредил Степачетто.
У Вали бешено забилось сердце. Он представил, что было бы, если другие гопники, не считая Алёши, распознали бы в нём ботана. Валик кинул испуганный и недоумевающий взгляд на Алёшу.
- Ну бля, эт шарага тип, - незаметно прошептал Алёша на ухо ботану, но увидев его всё ещё не понимающие глаза, перевел подробнее, - универ, кароч.
После некоторого молчания Алёша встал и направился к выходу:
- А чо мы здесь толклись два часа, ска, я ептыбля не намерен тут спать, мне еще за семами идти в магаз.
Алёша надел мокасины, подозвал Валентоса, и они вместе вышли на уже изрядно потемневшую улицу.
- Валентос, ну ты и чиплан, чо ты пялил очко на Степачетто. Он ж чуть не просек! - Алёша харкнул на землю и нервно почесал репу.
- Прости, просто не могу никак привыкнуть к вашему социальному положению и столь выраженному жаргону, - смущенно сказал Валентин.
После таких заумных слов Алёшу чуть не хватил удар:
- Валентос, я лясну тя по шарабану и не посмотрю, что мы в одном братстве. Ну ты это, ну это, врубил кантору кароч.
Они свернули на освещенный проспект. Вдалеке показался "Антошка". Алёша попрощался с Валентосом и поспешил за любимыми семками.
Перед тем как открыть дверь, он тщательно заправил футболку в треники и ровно нахлабучил кепос, на случай если сегодняшняя смена будет сменой Зины.
Но его ждало разочарование. За кассой сидела лишь Люба, на этот раз с другим кроссвордом в её мощной руке.
- Чо надо?, - бесцеремонно спросила кассирша у зашедшего гопника.
- Могла б и запомнить, беру ток одно, - недовольно поморщился Алёша.
- У меня таких как ты сотни за день приходит, - огрызнулась Люба.
Решив воздержаться и не спорить с тупой продавщицей в любимом магазе, Алёша последовал к стенду с семками.
Его любимыми семками на протяжение вот уже десяти лет были "Изысканные". Ни один день не мог пройти без их чудесного вкуса, ароматного маслица внутри и нежной шелухи. Сегодня утром дед доел последнюю пачку месяного запаса, чем очень огорчил Алёшу. Семки были своеобразным фундаментом его жизни, поэтому он так ими дорожил.
Подойдя к стенду, он не заметил "Изысканных" семок. Были только "Бабкины закуски", "Дачные" и "Три подсолнуха". Алёшу бросило в дрожь. Трясущимися руками он стал перебирать пачку за пачкой в поисках хотя б одной самой захудалой упаковки любимых. Тщетно. Их не было.
- Эй, где "Изысканные"? - в волнении крикнул Алёша продавщице.
- Так их нет уже третий день. С производства сняли. Больше ни здесь, ни в другом магазине, ни где бы то ни было ещё не будет семок этой фирмы, - равнодушно ответила Люба, медленно перелистывая страницу кроссворда своими жирными пальцами.
Сердце Алёши затрепетало. Он почувствовал невыносимую боль в грудной клетке и медленно сполз на кортаны. Глаза обволок густой серый, полный нечеловеческого страдания, туман. Последний раз Алёша испытывал подобное чувство, когда смотрел на строющуюся библиотеку для физиков на любимом месте всех гопников двора. Но даже это не сравнится с тем, что чувствовал Алёша сейчас.
- Ало, чо ты тут уселся, Вася, - Люба отложила кроссворд и нахмурила брови, затем перевела взгляд на пустые безжизненные глаза гопника, и тогда встревоженно спросила: - Тебе плохо? Я могу помочь?
Алёша не ответил. Он просто не слышал слов продавщицы. Да если бы и услышал, что бы он сказал? Люба могла помочь ему, только если б открыла очередную гигантскую коробку с надписью "Изысканные" и обильно посыпала её содержимым стенд или сразу б отдала коробку в руки Алёше. Человеку, с такой глубокой раной ничем помочь попросту нельзя.
В голове поплыли воспоминания. Вот Алёше десять лет. Сегодня у него день рождения.
- Сына, ты это самое кароч, не запятнай нашу репутацию во дворе, будь чётким, как твой батька, - батя открыл пивандрий глазом и стал разливать по стаканам. Алёше он тоже налил сполна.
- Димас, ты чо, - оддернул батю дед, - чо это за чипланское пожелание? Сори сюда, алень. Алёша, ты мой любимый внук, хотя больше нету, такие дела. Но я те хотел втереть то, что истинными гопниками не становятся, а рождаются, как ты. И мы с бабкой дарим этот знатный подарок, - дед протянул Алёше большую коробку от мокасин, завязанную чем-то издали похожим на ленту. - Ты заценишь, я знаю.
Алёша взял дедов дар, потряс его и улыбнулся. Дед впервые ему что-то дарил так официально.
- Спасибо, - поблагодарил он деда.
- Чо бля, - батя ошарашенно раскрыл глаза. Дед сделал вид, что умирает, маман подавилась пивандрием, а бабушка полезла в шкаф за валокордином.
Алёша испугался и исправился:
- Благодарю, епта!
Все снова заулыбались, и праздник продолжился.
Тем же вечером Алёша распаковал подарок деда. Внутри коробки лежала цветная пачка семок. На ней был изображен гопник, элегантно отставивший мизинец. Из его рта тянулось комиксное облачко, где было написано: "Семки изысканные, ботаны обысканные".
Алёша бережно открыл пачку и зачерпнул горсть ароматных семок. Лузганул. Ещё. И ещё. Так опустошилась его первая элитная пачка семок, без которой после он не мог прожить и дня.
Кроме этого, Алёша вспомнил и негативные моменты его жизни, например, когда в девятом классе он случайно оставил пачку "Изысканных" на скамейке возле падика, и её склевали голуби.
Он вспоминал, вспоминал, и на глаза наворачивались слёзы. Но он терпел. Гопник должен быть стойким и внутренне несокрушимым. Алёша знал это и сдерживал чувства сквозь дикую боль.
На ватных ногах он поднялся с кортанов и понуро побрел на улицу.
- Возьми хоть Дачные, там новинка, теперь есть со вкусом пиваса, - крикнула вдогонку Люба.
Если бы она хоть чуть-чуть разбиралась в семках, то сразу бы поняла, что сморозила непристойную глупость. "Изысканные" не требовали никаких новинок. Каждая пачка содержала свой вкус, в зависимости от настроения. Когда Алёша радовался, он чувствовал вкус пиваса и только приготовленной горяченькой пюрехи с маслицем. Когда грустил, вкус семок становился похожим на вкус водяры, а иногда и маринованных огурцов. Если бы сейчас он щелкал "Изысканные", то за секнду бы опьянел от количества водяры, полученной посредством семок.
Ноги еле как дотащили Алёшу до его квартиры, где он безжизненно рухнул на облезлый диван.
***
Валик благополучно дошёл до дома, предварительно переодевшись из гопника в ботана в своём подъезде. Мама жарила картофель и очень обрадовалась приходу сына.
- Валечка, мой ручки, иди в комнату, сейчас принесу вам покушать.
- Нам? - удивился Валентин.
- Да, да, к тебе пришёл гость, - улыбнулась мама, - минут двадцать назад. Я сказала подождать, знала ведь, что не опаздаешь к ужину.
Валя задумался, кто бы мог прийти к нему в такое время. Институтские друзья никогда не выходили из дома просто так, а новые знакомые гопники, слава богу, не знают его адрес.
Любопытство взяло верх и, пропустив процедуру мытья рук, Валик направился в свою комнату. Он приоткрыл дверь, заглянул и ... прирос к земле. За столом сидела Валентина. Она оторвала глаза от настольной энциклопедии и уверенно сказала:
- Валик, ты мне нужен.