Близкие но чужие [Zayn Malik]

- Зейн, по­жалуй­ста, - гла­за Эм­мы блес­те­ли от пе­лены со­леных слез. Вы­терев их, кос­ну­лась брю­нета, но он от­дернул­ся, как от го­ряче­го пред­ме­та, что­бы не по­лучить ожог. - Ты не так всё по­нял.

- Не так всё ви­дел. Ты это хо­тела ска­зать? - не уз­нал свой го­лос Ма­лик, но про­дол­жил. - Зна­ешь, своё ра­но или поз­дно бе­рет верх над лич­ностью. И твои ша­лав­ские по­вад­ки под­твер­ди­лись. Не го­вори мне боль­ше ни­чего и дай у­ехать, - шаг­нул к ма­шине, но де­вуш­ка за­горо­дила ему путь. Ни­ког­да бы Зейн не сде­лал то, что сде­лал, но он от­тол­кнул ба­рыш­ню с до­роги с та­кой не­навис­тной си­лой, что она упа­ла на зем­лю и за­реве­ла ещё боль­ше. Не пос­мотрев, как стра­да­ет его ког­да-то под­ру­га, за­вел мо­тор и у­ехал, сма­хивая с щек слё­зы. Толь­ко эта осо­ба его за­дер­жи­вала в этом го­роде на не­делю. За­чем? За­чем всё это? Он мог спо­кой­но у­ехать, ос­та­ва­ясь с Куд­ряшкой в дру­жес­ких от­но­шени­ях, но, черт! На­до бы­ло на ка­кой-то хуй ос­тать­ся и всё ис­портить! Ус­по­ка­ива­ло толь­ко од­но : ещё чуть-чуть и Зейн у­едет на Х-фак­тор. Нач­нется но­вая жизнь, за­будет­ся прош­лая. Всё бу­дет хо­рошо. Ког­да-ни­будь дол­жно стать всё хо­рошо, дол­жно при­быть счастье на пер­вую плат­форму, прав­да? Но от­ча­яв­ший­ся па­рень не знал, что Куд­ряшка и есть его счастье. И сколь­ко дол­жно прой­ти вре­мени, что­бы встать на эту плат­форму и удач­но сесть на по­езд с име­нем : счастье? Нез­на­ние по­рой по­могет жить. Эм­ма про­дол­жи­ла жить по дру­гой при­чине. Ко­неч­но, она лю­била свою семью, но ведь каж­дый че­ловек пред­по­лагал о том, что без не­го в этой жиз­ни всем бу­дет луч­ше. Вот и Грин, доб­равшись в сле­зах до­мой, за­мер­зшая и ни­кому не­нуж­ная зак­ры­лась в ван­ной и при­дума­ла, как срав­нять сче­ты с жизнью. За­чем жить? Во­об­ще, за­чем мы жи­вем? Каж­дый от­ве­тит на этот воп­рос по-раз­но­му : од­ни ут­вер­жда­ют, что для счастья, дру­гие - для сво­боды, третьи - прос­то, что­бы в ко­неч­ном ито­ге уме­реть, а кто-то - для са­мой жиз­ни. Нам по­дари­ли эту жизнь, сто­ит ли прок­ли­нать её, как де­ла­ет Эм­ма в сей мо­мент? Она под­несла лез­вие к ру­ке и за­рыда­ла ещё боль­ше, по­тому что по­нима­ла, нас­коль­ко ник­чемна, что­бы прос­то взять и вый­ти из этой иг­ры под наз­ва­ни­ем «Жизнь». Кто уми­ра­ет по сво­ему же­ланию, тот па­да­ет не толь­ко в гла­зах ок­ру­жа­ющих и Гос­по­да, но и в гла­зах са­мого се­бя. Нет ни­чего ху­же : ра­зоча­ровать­ся в се­бе же, по­нять не­дос­той­ность се­бя пе­ред сво­ей жизнью. Но ведь Эм­ма ни в чем не ви­нова­та. Прос­то она хо­тела быть с лю­бимым че­лове­ком, что да­же не раз­би­рала ко­го це­лу­ет. А ес­ли за­думать­ся? По­вез­ло, что её ос­та­новил Зейн. Зейн, её лю­бимый Зейн. Ес­ли бы не ос­та­новил? Ра­зуме­ет­ся, де­вуш­ка ре­шилась бы на это се­год­ня поз­дним ве­чером. Она чуть не со­вер­ши­ла са­мую не­ис­пра­вимую ошиб­ку в сво­ей жиз­ни, а по­чему не со­вер­ши­ла? Спа­сибо ему. Прав­да, спа­сибо. Хоть Зейн и наз­вал её ру­гатель­ным сло­вом, но он ос­та­новил её, зас­та­вил рас­крыть гла­за на про­ис­хо­дящее. Всё к луч­ше­му, ведь так? Толь­ко по­чему-то Эм­ма так не пос­чи­тала и про­вела лез­ви­ем по за­пястью, взвыв от кро­вото­чащей бо­ли. Рёв раз­дался по все­му до­му. В дверь ван­ной ком­на­ты пос­ту­чалась обес­по­ко­ен­ная семья ша­тен­ки и поп­ро­сила от­крыть дверь. Эм­ма лиш­ний раз убе­дилась, что без неё в этом ми­ре луч­ше, ведь ро­дите­ли мог­ли про­дол­жать за­нимать­ся сво­ими де­лами и не об­ра­щать на ка­рег­ла­зую ни­како­го вни­мания, но встре­вожи­лись и бро­сились к обе­зумев­шей до­чери. Грин млад­шая про­вела оче­ред­ную ли­нию по внут­ренней сто­роне за­пястья. В этот раз кро­ви брыз­ну­ло мно­го боль­ше, ба­рыш­ня зат­кну­лась, наб­лю­дая, как брыз­жет тем­но-алая жид­кость фон­та­ном. Об­ла­датель­ни­ца её уже ни­чего не слы­шала и не ви­дела, кро­ме тем­но­ты и Зей­на.

- Эм­ма! Не­мед­ленно от­крой дверь! По­жалуй­ста, доч­ка, - взмо­лилась Анет. В это вре­мя гла­ва се­мей­ства вы­ломал дверь. Зас­тав де­вуш­ку под ду­шем пря­мо в одеж­де, уже не до­гады­вались, что де­ло пло­хо, родс­твен­ни­ки бы­ли в этом уве­рены. Брэд­ли лов­ко выз­вал "ско­рую", не смот­ря на свой ма­лый воз­раст. Отец вы­тащил юную от­ча­яв­шу­юся ле­ди из ван­ной и по­ложил на кро­вать, а ма­ма вы­пол­ни­ла нуж­ные ре­комен­да­ции пос­ле ухо­да вра­чей, вы­тащив­ших ша­тен­ку из без­донной про­пас­ти смер­ти. Оч­нувшись, ка­рег­ла­зая прос­то не по­нима­ла, за­чем её род­ные это сде­лали, ведь от неё столь­ко проб­лем. Тог­да-то Эм­ма и осоз­на­ла зна­чение и цен­ность сво­ей семьи так­же про­дол­жи­ла жить. Пос­ле этой си­ту­ации ув­леклась тре­нин­гом и вздох­ну­ла пол­ной грудью, на­де­ясь на луч­шее в бу­дущем. А на­деж­ды ско­ропос­тижно оп­равда­лись.